Странное путешествие мистера Долдри - Марк Леви

И, прежде чем Алиса успела ответить, Долдри подтвердил, что все так и есть.

— А в Англии нельзя найти хорошего мужа? — продолжал офицер.

— Наверное, можно, — сказал Долдри, — но там нет такого, который подошел бы для мисс.

— А вы, сэр, тоже приехали к нам искать жену?

— Боже упаси, я всего лишь сопровождающий.

— Стойте здесь, — приказал офицер, которого слова Долдри весьма озадачили.

Он удалился в застекленный кабинет. Долдри с Алисой видели, как он о чем-то беседует со старшим по званию.

— Обязательно было рассказывать таможеннику эти глупости? — рассердилась Алиса.

— А что мне еще было сказать? Насколько я знаю, это и есть цель нашего путешествия, а я терпеть не могу врать властям.

— Когда мы занимались паспортами, вас это не остановило.

— Да, но это было дома, а здесь мы на чужой земле, и я должен себя вести как подобает джентльмену.

— Ваши выходки обернутся для нас неприятностями, Долдри.

— Да нет же, правда всегда окупается, вы и этом сами убедитесь.

Алиса увидела, что начальник пожал плечами, вернул паспорта офицеру, и тот подошел к ним.

— Все в порядке, — заявил он, — закона, запрещающего приезжать в Турцию для вступления в брак, нет. Желаю вам приятного пребывания у нас и большого счастья, мисс. Пусть Всевышний пошлет вам в мужья честного человека.

Алиса холодно улыбнулась в ответ и забрала паспорт со штампом.

— Ну, кто был прав? — хвастался Долдри, выходя из аэропорта.

— Могли бы просто сказать, что мы приехали в отпуск.

— Учитывая, что у нас разные фамилии, это было бы в высшей степени непристойно.

— Вы несносны, Долдри, — сказала Алиса, садясь в такси.

— Как по-вашему, каков он собой? — спросил Долдри, усаживаясь рядом.

— Вы о ком?

— Этот загадочный мужчина, ради которого мы приехали сюда.

— Не валяйте дурака, я приехала за новым ароматом… я представляю его красочным, чувственным и в то же время легким.

— Что до красочности, то беспокоиться не о чем: бледнее нас, бедных англичан, трудно кого-то найти. А насчет легкости… если вы намекаете на мое чувство юмора, боюсь, мне нет равных. Про чувственность это уж вам судить! Все, больше вас дразнить не буду, а то вы явно не в настроении.

— Настроение у меня прекрасное, но, если бы вы не выставили меня на таможне заурядной авантюристкой, оно было бы еще лучше.

— А вы считайте, что я просто отвлек таможенника от вашей фотографии, из-за которой вы в Лондоне так волновались.

Алиса толкнула Долдри локтем и отвернулась к окну.

— Опять скажете, что у меня скверный характер? Да вы сами дитя, и жизнь у вас была не сахар.

— Может быть, но мне хотя бы хватает честности это признать.

Начались пригороды Стамбула, и спор сам собой утих. Такси приближалось к бухте Золотой Рог. Узкие улочки, пестрые фасады домиков, поднимающихся ступенями вверх по склонам холмов, такси и трамваи, воюющие за место на дороге… Жизнь в городе бурлила, завораживая путешественников.

— Как странно, — проговорила Алиса, — мы так далеко от Лондона, а место кажется мне знакомым.

— Это потому что я рядом, — съязвил Долдри.

Такси остановилось на округлой площадке, примыкающей к широкому мощеному проспекту. Отель «Пера Палас»,[8]величественное здание французской архитектуры, построенное из тесаного камня, возвышалось над улицей Мешрутийет квартала Тепебаши, в самом центре европейской части города. Шесть стеклянных купольных конструкций украшали потолок огромного холла, в смешанной внутренней отделке удачно сочетались английские деревянные панели и восточная мозаика.

— У Агаты Кристи здесь был личный номер, — сообщил Долдри.

— Здесь чересчур роскошно, — возразила Алиса. — Можно было поселиться в скромном семейном пансионе.

— У турецкой лиры выгодный обменный курс, — заметил Долдри. — К тому же мне все равно приходится прилагать неимоверные усилия, чтобы пустить наследство по ветру.

— Если я правильно поняла, вы сделались несносным ребенком, когда начали стареть, Долдри.

— Все возвращается на круги своя, моя дорогая. Месть — это блюдо, которое подают холодным. Поверьте, мне за многое нужно расквитаться с собственной юностью. Но довольно обо мне. Идемте устраиваться. Через час встретимся в баре.

Час спустя, поджидая Алису в баре, Долдри познакомился с Джаном. Сидя у стойки на одном из четырех стульев, он рассеянно оглядывал пустой зал.

Джан, молодой человек лет около тридцати или чуть меньше, был одет в элегантный костюм — черные брюки, белая шелковая рубашка, жилет и прекрасно сшитый пиджак. Быстрый, пронзительный взгляд его небольших глаз золотисто-песочного цвета прятался за маленькими круглыми очками.

Долдри сел рядом, заказал рюмку ракии и осторожно повернулся к соседу. Джан улыбнулся ему и спросил на довольно сносном английском, приятным ли было путешествие.

— Да, доехали быстро и с комфортом, — ответил Долдри.

— Добро пожаловать в Стамбул, — сказал Джан.

— Как вы узнали, что я англичанин, я ведь только приехал?

— Ваша одежда английская, и вчера вас тут не было, — важно ответил Джан.

— Приятное место этот отель? — снова сказал Долдри.

— Как знать… Я живу на верху холма Бейоглу и вечером прихожу часто сюда.

— По делам или развлечься? — спросил Долдри.

— А вы почему путешествуете в Стамбул?

— Я и сам до сих пор задаю себе этот вопрос, это занятная история. Скажем так: мы приехали на поиски.

— Здесь вы найдете все что хотите. У нас много богатств. Кожа, каучук, хлопок, шерсть, шелк, масло, морепродукты и, впрочем… Скажите мне, что вы ищете, и я сделаю вам знакомство с лучшими коммерсантами в округе.

Долдри кашлянул.

— Дело не в этом, я в Стамбуле не по торговым делам. Да я и не смыслю в них ничего, я художник.

— Вы человек искусства? — с воодушевлением спросил Джан.

— Ну, может, пока и не искусства, но, думаю, пишу я неплохо.

— А что вы рисуете?

— Перекрестки.

Джан поглядел на него озадаченно, и Долдри пояснил:

— Скрещения улиц, если вам больше нравится.

— Нет, мне не нравится. Но я могу вам показать наши необычайные перекрестки Стамбула, если желаете, я знаю много таких: с пешеходами, повозками, трамваями, с автомобилями, с долмушами[9]и автобусами. Это как вы выберете.