Ты будешь там? - Гийом Мюссо

— Я волнуюсь, потому и приехал.

Она задорно посмотрела на возлюбленного.

— Прости мне перепалку с Джимми, — сказал Элиот.

— He волнуйся, мне нравится, когда ты из-за меня дерешься…

Он посмотрел вверх.

— Я купил их для тебя.

Илена тоже подняла глаза и увидела улетающие в небо шарики.

— Если это была твоя любовь, то она улетела, как видишь.

Он покачал головой.

— Любовь так вдруг не исчезает.

— Ее надо беречь, она очень хрупка…

— Я тебя люблю, — просто сказал он ей.

Она бросилась к нему в объятия, и он закружил ее в воздухе, как если бы им было по двадцать лет.

Солнце уже садилось за пальмы.

* * *

— Я тут кое о чем подумал, — сказал Купер, опуская Илену на землю.

— О чем же? — спросила она, не отрываясь от его губ.

— Может, нам с тобой все-таки зачать ребенка?

— Прямо здесь и сейчас? Перед касатками и дельфинами? — поинтересовалась она, припоминая его слова, прозвучавшие несколько дней назад в аэропорту.

— А почему бы и нет?

* * *

Илена припарковала «тандерберд» в конце аллеи, откуда был виден симпатичный домик из розового кирпича с белыми пилястрами и застекленной террасой. Уже несколько месяцев она снимала второй этаж у мисс Эбботт, сварливой старухи, наследницы богатой бостонской семьи, которая проводила большую часть времени во Флориде, так как теплый климат был на пользу ее ревматизму. Мисс Эбботт была довольно консервативных взглядов и хотела, чтобы ее постояльцы были людьми из «хорошего общества». Несколько раз она напоминала Илене о строжайшем запрете водить в дом мужчин: у нее тут якобы «не постоялый двор».

Илена прижала палец к губам, призывая Элиота к осторожности. Мисс Эбботт была глуховата, но все же шуметь не стоило. Они вышли из машины, постаравшись не хлопать дверцами, и стали тихо подниматься друг за дружкой по узкой пожарной лестнице, которая вела на второй этаж, минуя главный вход.

Элиот шел, недовольно ворча себе под нос, не ощущая никакой радости от того, что ведет себя словно школьник, сбежавший с уроков. Илена тихонько над ним подсмеивалась, как вдруг…

— Илена, это вы?

Входная дверь открылась, и на крыльце появилась хозяйка дома.

— Здравствуйте, мисс Эбботт. Какой сегодня замечательный денек, не правда ли? — сказала Илена, стараясь скрыть замешательство.

— Что это вы там делаете? — спросила пожилая леди, хмуря брови.

Заподозрив неладное, она осмотрела лестницу, ведущую на второй этаж. Но, к счастью, Элиот уже успел зайти в квартиру.

— Я думала, вы спите, и не хотела вас беспокоить, — объяснила Илена.

Старушка недоуменно пожала плечами и, смягчившись, спросила:

— Не хотите ли выпить со мной чашечку чая?

— Э-э-э… хорошо…

— Я испекла печенье. Вам понравится. Горячее, только что из духовки…

— Но я…

— Это старинный рецепт, который мне передала моя бабушка. Я могу дать его вам, если хотите.

— Мне бы не хотелось вас стеснять.

— Да нет же, деточка, — заверила старушка, увлекая девушку в гостиную. — Мне будет очень приятно с вами побеседовать.

По тону хозяйки Илена поняла, что та, возможно, и не была такой недогадливой, какой казалась с первого взгляда.

* * *

Сидя в маленькой квартирке, Элиот начал беспокоиться, куда запропастилась Илена. Он на цыпочках вышел из комнаты и заглянул на первый этаж. С огорчением увидел, что Илена сидит в кресле-качалке и пьет чай, не имея возможности сбежать от назойливой хозяйки, рассказывавшей ей рецепт знаменитого печенья.

Понимая, что любимая застряла надолго, Элиот вернулся в комнату и стал разбирать чемодан. Квартирка была уютной: повсюду были расставлены разноцветные свечки и индийские статуэтки, на диване и креслах разместились разноцветные подушки. В углу стояла гитара, рядом — барабан, на котором лежала тетрадь с партитурой песен Джоан Баэз и Леонарда Коэна. На дальней стене висела афиша французского фильма «Жюль и Джим», которую привез Матт из своей последней поездки в Париж. На ночном столике среди книг по психологии животных лежали последний роман Агаты Кристи и роман Стивена Кинга — незнакомого Элиоту автора, — украшенный яркой обложкой. Молодой врач взял книгу в руки и пробежал глазами краткое содержание.

«Еще один писатель, которого через пять лет все забудут», — подумал он, кладя роман на место.

Продолжая исследовать комнату, Элиот обнаружил в коробке из дерева коа странный прибор, подсоединенный к телевизору. Илена купила его прошлым летом в магазине «Байт Шоп» в Сан-Франциско за кругленькую сумму — около шестисот баксов. У молодой женщины был научный склад ума. Ее особенно интересовали последние новинки в области технологий, в частности изобретение, о котором «трубили» повсюду, — компьютер. Сам Элиот не особенно разбирался в таких вещах. Илена предсказывала ему, что в недалеком будущем компьютеры появятся в доме чуть ли не каждой семьи, как холодильник или стиральная машина. Вспомнив об этом, Элиот лишь насмешливо пожал плечами.

Но он решил все же пробежать глазами техническую инструкцию. Хотя эта машина и считалась простой в употреблении благодаря клавиатуре и дисководу, Элиот решительно ничего не понял из прочитанного. Он даже представить не мог, для чего нужен этот прибор. Единственное, что он запомнил, — это название фирмы: «Эппл Компьютер».

«Такое имя вряд ли поспособствует популярности», — подумал Элиот, так и не решившись включить прибор.

Илена все еще задерживалась, и Купер решил полистать книжку Стивена Кинга. Через полчаса он с удивлением заметил, что прочел уже сто страниц.

«А этот автор интересно пишет», — нехотя согласился молодой врач. В это время дверь в комнату открылась.

Деревья за окном были окрашены в осенние цвета и отбрасывали в комнату блики.

Илена смотрела на Элиота улыбаясь. На ней были выцветшие джинсы клеш, светлая рубашка, кожаные сандалии и браслет из бирюзы.

— Надеюсь, ты принесла мне хоть немного печенья, — пошутил он, — я уже проголодался.

— А я надеюсь, ты хорошо тут отдохнул, — ответила она, расстегивая верхние пуговицы рубашки.

— С чего это?

— Скоро тебе понадобятся все твои силы…

* * *

Илена захлопнула ногой дверь и задернула шторы. Купер схватил ее и попытался затащить на кровать. Сначала она ему сопротивлялась, но лишь для того, чтобы потом крепче к нему прижаться.

Он обхватил руками любимое лицо. Волосы Илены были все еще влажными и восхитительно пахли морем. Она расстегнула его ремень, сняла джинсы. Он стянул с нее рубашку, не обращая внимания на пуговицы. Обхватив его руками за шею, она тонула в теплоте и нежности его поцелуев. Илена обвила любимого ногами, а он поднял ее выше.