Арбитражный десант - Семен Данилюк

Неловко изобразив общий кивок, Керзон повернулся и, чуть вихляя своим несколько исхудавшим, но все еще объемистым банкирским задом пошел к выходу.

Стало ясно: он уже получил свежее предложение и - дал согласие.

Угнетенное молчание повисло в Зале заседаний.

Из приемной донесся женский голос и фальшиво-бодрая реплика Керзона.

В Зал заседаний на смену уволившемуся президенту вошла броско, а, по мнению Инны, вызывающе одетая женщина - журналистка Ирина Холина, которую здесь не видели почти три месяца. В дополнение к полупрозрачной блузке и юбке с разрезом до бедра лицо ее оказалось едва ли не полностью закрыто газовым шарфиком, из-под которого выглядывали лишь глаза, густо намазанный нос и ярко-пунцовые губы.

Присутствующие огорошенно замерли. Впрочем к чрезмерной экстравагантности Холиной привыкли и прикрытое шарфом лицо сочли деталью какой-нибудь новой эксклюзивной коллекции.

- Могу поприсутствовать? - Ирина огляделась. Дерясин, Кичуй, Подлесный, даже грубиян Жукович, поймав ее взгляд, благожелательно кивнули. Лишь Лобанов, углубившийся вдруг в свои записи, даже не поднял головы.

Холина помрачнела.

- Присаживайтесь, Ирочка, - Рублев отодвинул кресло подле себя. - Это я просил Ирину Семеновну подъехать, - пояснил он для остальных.

- А что Александр Павлович? - Холина недоумевающе кивнула на дверь. - Я встретила. Говорит, выставили из класса.

- Он сам себя выставил. Только что Керзон подал в отставку с поста президента банка.

Рублев тяжело вздохнул, непроизвольно привстал, оперся кулаками о стол и подался вперед, как с ним бывало в решительные минуты.

- Как все непросто-то. Жаль, конечно, терять Керзона. Но он поступил честно. Нельзя работать без веры в успех. А вот я верю! - выкрикнул он. - И не только в то, что вернем лицензию. А в то, что сумеем восстановить банк, каким он был раньше. Потому что иначе все бессмысленно. Не только в нас тут дело! Да что вам-то говорить? Мы стоим за вкладчиков. Сотни... сотни тысяч людей отказались переходить за копейки в сбербанк. Значит, верят. Это тоже наш потенциал! А кредиторы - юридические лица! В том числе крупнейшие мировые банки. - Не увлекайтесь, Иван Васильевич, - Холина, с изумлением вглядывавшаяся в страстного трибуна, урезонивающе покачала головой. - Как только западники услышат об отзыве лицензии, могут отыграть назад. - Могут! Все и всё могут. Если мы сами веру утратим.

- Резонерство это, - процедил Денис.

- Что ж, каждый волен судить по себе, - Рублев насупился, так что нижняя губа по обыкновению наползла на верхнюю. - Никто не обязан вкалывать без веры. Тех, кто останется, ждет трудная работа, без гарантий успеха и адекватного вознаграждения. Потому прошу каждого определиться здесь и сейчас. Начнем по кругу. Давай ты, Андрюша.

Дерясин вздрогнул.

- Я не знаю, - пробормотал он.

- Заткнись! - крикнул через стол Кичуй. - Иван Васильевич, да шутит он!

- Но я, правда, как бы не знаю, - Дерясин заметил презрительный взгляд, брошенный Инной, поежился. - Как же дальше без Палыча? Его знают, с ним считаются. Да и правда ведь: что ни говори, но лицензию отобрали. А без нее вся наша аналитика пролетает, как фанера над Парижем.

- Заткнись, говорю! - потребовал Кичуй. - Мелешь, не знаешь что! Иван Васильевич, запишите: будет работать как миленький или я его самолично придушу. Тоже дезертир выискался!

- Ну, разберетесь меж собой, - буркнул Рублев. - Что Вы, Вячеслав Иванович?

- Работаем, - коротко, в своей манере отреагировал Подлесный.

- Работничек ножа и топора, - не удержался Жукович. И - без паузы обиделся. - Чего на меня-то зыркаете? Мое дело холдинг восстанавливать да продавать по частям, чем и занимаюсь.

Теперь все взгляды сами собой сошлись на Денисе Лобанове.

- Что скажешь, Дэнни? - подтолкнул того локтем Дерясин. Андрей все колебался. И каждая новая позиция качала его то вправо, то влево. Он искал опоры взамен ушедшего Керзона. И такой опорой мог стать Лобанов, - человек, в надежности и изворотливости которого он успел убедиться.

Судя по настороженной паузе, потерять Лобанова не хотелось и остальным.

- Ты чего тормозишь, Дэнька! - рассердился Жукович. - Я вообще сюда с твоей подачи вернулся. Так что давай уж без обратного хода.

- А что я? Наемная сила: платят - отрабатываю. Не платят - ауфвидерзейн, - Денис заметил, как скривился Рублев, усмехнулся в вечной своей манере. - Кстати, сколько помнится, за прошлый месяц со мной, горемыкой, до сих пор не рассчитались.

- Зарплату за прошлый месяц пока никто не получил, - проинформировал Кичуй. - У нас техническая задержка. Через пару дней все образуется.

- "Никто" меня не интересует, - с внезапной жесткостью отреагировал Лобанов. - Аз есмь сам по себе. Была договоренность, прошу соблюдать! Или, извиняйте, иду вслед за Палычем с вещами на выход.

Дерясин и Кичуй неловко переглянулись.

- Что ж, - сухо произнес Рублев. - Раз Вы так-с ставите вопрос.... - Именно так-с. Кичуй поспешно склонился к тестю.

- Он нужен, Иван Васильевич, - шепнул он. И совсем тихо добавил. - Пока, во всяком случае. Пожалуйста!

Рублев, с трудом сдерживая раздражение, прикусил губу. - Вы сегодня же получите свои деньги, - неприязненно отчеканил Рублев. - У меня кое-что отложено, к вечеру привезу. Планировал детскому дому, над которым шефствую, но, видно, детишкам придется подождать. Взрослым дядям не терпится.

- Премного вами благодарен, - Лобанов, игнорируя всеобщее осуждение, удовлетворенно кивнул. Сентенция про детдом не произвела на него ни малейшего впечатления.

- Что ж, позиции как будто определились. Будем считать, что остались самые стойкие, - объявил Рублев. Он значительно накрыл рукой ладошку Холиной. - Отныне нам особенно нужна ваша помощь, Ирина. Вы, как никто, знаете истинное положение дел в российской экономике и, главное, возможности нашего банка. Очень удачно, если бы все это открыто и гласно осветить в центральной прессе. А еще лучше - и по телевидению. Надо, чтоб страна увидела: банк работает, расплачивается. А его вместо того, чтоб поддержать, гробят в угоду... - голос Рублева сорвался. - Впрочем, это вы как раз лучше меня сформулируете. Только тогда отступятся и, верю, вернут лицензию. Очень мы на вас надеемся. Так что, Ирина Семеновна?

Холина перехватила брошенный исподтишка взгляд Лобанова и поспешно поправила сползшую со лба повязку.

- Что ж, давайте попробуем, - согласилась она. - Чем черт не шутит! Для чего-то ее изобрели, эту нашу вторую древнейшую.

13.

По окончании заседания в зале остались Рублев, Инна и Игорь. Иван Васильевич все сидел на прежнем месте.

- Вымотался ты, папка, - Инна склонилась, потерлась носом о затылок. - Отдохнуть тебе надо.