Баллада о Сандре Эс - Канни Меллер

Юдит задрожала, сжав конверт в руках. Щеки порозовели:

– Значит, ты была у Бенгта?

Я кивнула.

– И он дал тебе этот конверт?

– Да, просил передать вам.

– А что в нем?

– Откуда же мне знать? Я чужие письма не читаю.

– Ты не могла бы оставить меня на минутку?

Я кивнула и вышла из комнаты. Подождав с минуту в коридоре, я решила уйти и не мешать – за дверью было совсем тихо.

Мари позвала меня в комнату персонала, чтобы объяснить мне что-то важное перед ночной сменой.

– Ты справишься, Сандра? – тревожно спросила она. – У тебя нездоровый вид. Как ты?

– Все в порядке, – улыбнулась я. – Просто немного устала.

Мари поправила очки и стала листать бумаги.

– Агнес нужен подгузник, а за Верой надо присмотреть, чтобы она не спрятала снотворное под матрас. У нее там склад, ну ты знаешь.

– Может быть, она прячет таблетки и в других местах.

Мари уставилась на меня, как будто эта простая мысль ни разу ее не посещала, и потрясла головой, так что светлые локоны слегка растрепались.

– Конечно, ни в чем нельзя быть уверенным. Может быть, она прячет таблетки в другом месте, чтобы принять все разом.

– А это запрещено? Вдруг она больше не хочет жить – разве это не ее личное дело?

– Конечно, не ее – я надеялась, что ты это понимаешь, Сандра! Я ведь тебе объясняла. Это очень важно. Родственники доверяют нам уход за пациентами, чтобы с ними ничего не случилось.

– И чтобы никто не покончил с собой? То есть родственники выбрали это место, потому что оно надежное?

– Именно так.

– Значит, желания родственников важнее, чем…

– Я понимаю, куда ты клонишь, – нетерпеливо перебила Мари. – Но сейчас не время обсуждать такие вещи. Ты можешь стать священником или философом или… журналистом. А здесь надо работать. И я надеюсь, что ты будешь выполнять свою работу как следует. Иначе тебе не следует здесь оставаться, понимаешь?

Мари сняла очки и встала.

– Договорились?

Я кивнула.

– Мы делаем все, что в наших силах, чтобы пациентам здесь было хорошо. Но если кто-то решит покончить с собой, мы помогать не станем. Мы должны пресечь это, позвать на помощь.

– Хорошо. Я прослежу, чтобы Вера приняла таблетку. Обещаю.

Мари улыбнулась, очень даже мило. Я на нее не сердилась.

– Позвони, кстати, своей маме. То есть Софии, – сказала Мари, положив руку мне на плечо. – Она звонила. Она волнуется.

Набрав номер, я увидела выходящих из лифта сыновей Юдит. Я так и не научилась их различать, для меня они так и остались просто «сыновьями Юдит». У одного в руках был пакет из кондитерской, у другого цветок. Они напоминали потерявшихся сироток, хотя были взрослыми, наверняка отцами семейств.

София не ответила, и я оставила сообщение на автоответчике: все хорошо, я чувствую себя прекрасно. Пусть успокоится, а потом я приеду и навещу ее.

Как только сыновья Юдит зашли в ее комнату, раздался сигнал вызова дежурного и замигала лампочка.

Мы с Мари бросились в комнату номер пять.