Хардкор белого меньшинства - Дмитрий Лекух

– А я, Дим, плевать хотела на то, чью ты сторону займешь. Мне просто жилетка была нужна, поплакаться. Вот ты и подвернулся.

– Понятно, – и снова закуриваю.

А Машке, между прочим, обещал курение сократить.

Угу.

Сократишь тут.

– Ладно, – вздыхаю, – чего уж тут попишешь. Плачься. У вас с этим, новым твоим, хоть серьезно?

– Не знаю, – отводит глаза, – ой, Дим, – не знаю. Он, понимаешь… Ну… Маленький совсем…

Тут меня какое-то нехорошее предчувствие слева под ребрами кольнуло.

– Погоди-погоди, я его, случайно, не знаю?

Глаза совсем в сторону отвела, плачет, кивает.

Тут уж я не выдерживаю окончательно:

– Игорь? – выплевываю. – Нелькин штурман?!

Ревет.

Он, значит…

Ну, сука…

Я ж его еще тогда предупреждал, когда он, при активном, кстати, Нелькином содействии, к моей Машке начинал клинья бить.

Любит, сученыш, взрослых, и особенно – богатых барышень.

Разрешает им, так сказать, удовлетворять свои первоочередные потребности.

У него их – хватает.

И – собой хорош, ничего не скажешь.

Черноволосый, с тонким и хищным библейским профилем, отлично сложенный и совершенно ничего в этой жизни не боящийся.

Классический рейсер.

Можно сказать – почти идеальный.

Адреналиновый наркоман.

Он и от Машки-то отстал только после того, как я ему очень вдумчиво объяснил его перспективы на самое что ни на есть ближайшее будущее.

И то – не потому, что испугался.

Просто пропускать гоночный «сезон» из-за попадания в больницу месяца эдак на два – на три в его творческие планы на тот момент отнюдь не входило. А в душевной беседе принимали участие не только мы с ним, но и весьма серьезные ребята из числа нашего футбольного хулиганья.

Мальчик отвалил и пошел искать жертву попроще.

Нашел, сука…

Просчитал…

Лешка человек довольно обеспеченный и, к сожалению, – чересчур интеллигентный.

Мягкий.

Можно даже сказать – ватный.

Его из-за этого в нашей компании… как бы это помягче изложить… гкхм… недолюбливают, что ли.

Короче – к авторитетам не причисляют и к мнению – не прислушиваются.

Так, заходит мужик пивка попить.

Никому не мешает.

Да и бог с ним…

Если Танька очень попросит – даст он ей развод, никуда не денется. И – денег даст, машину оставит, квартиру.

Как раз Игорьку на пару лет хватит ни о чем не думать.

Да и Танюшка, хоть ей уже и под сороковник скоро, – еще очень и очень хороша собой.

Стильная, ухоженная.

Бездетная.

И ведь ничего ей, дуре, не объяснишь… Я вздохнул и попросил у Андрэ еще один двойной «Джеймсон».

– Лешка-то где сейчас? – спрашиваю.

– В командировке, – всхлипывает. – Они в Красноярске сейчас филиал запускают… Что мне делать-то, Дим?

Я только хмыкнул в ответ.

Закурил еще одну сигарету.

– И какого, черта, Тань, ты меня об этом спрашиваешь? Если и так прекрасно знаешь, что я тебе отвечу, и еще лучше понимаешь, что все равно сделаешь относительно моего совета ровно наоборот?

Она только плечами пожала.

– Не знаю… Просто мне сейчас поддержка нужна. Вот, сдуру, и на тебя понадеялась…

– Вот уж и вправду сдуру. Если б в чем другом…

Помолчали.

Потом она мою ладонь своей накрыла:

– Смотри, дождь кончился. Снег идет…

Я в окно выглянул, а там и вправду – белым-бело.

Метель.

Вот и зима пришла.

Город, кстати, сразу же изменился.

Светлый стал, чистый.

Жалко, что через пару дней вся эта красота растает, и нам опять достанутся хлюпающая московская грязь и слякоть под каблуками и колесами.

– А помнишь, как мы в школьном дворе в снежки играли, и ты мне чуть глаз не выбил?

– Не помню, – вру, чуть отводя глаза, – сколько лет-то прошло…

Помолчали.

– Жаль, – вздыхает, – что не помнишь…

Взяла у меня из пачки сигарету, закурила, задумчиво пуская дым в сторону заснеженного заоконья.

– Скажи, а ты правда в школе в меня влюблен был?

– Конечно, – снова вру, – Танюх. В тебя же весь наш класс влюблен был. А вышла – за Лешку. Ты же с ним в институте познакомилась?

Кивает:

– В институте. А у тебя тогда тоже девочка появилась. Лена вроде бы, из МГУ. Где она сейчас?

– Да откуда мне знать-то, – пожимаю плечами. – Я ж потом в армию ушел. И сразу же перестал быть вам всем интересен…

Помолчали.

– Ну ладно, пора мне, Танюх. Котов кормить надо. А то Машка к подруге в Германию умотала, на день рождения, а домработница приболела что-то. Так что поеду я потихоньку…

Чмокнул ее в щечку, расплатился с Андрэ и вышел на улицу. Снег под ногами скрипел вкусно, как в детстве. Я наклонился, зачерпнул его перчаткой, медленно слепил снежок и попытался зафигачить им в тусклую лампочку ближайшего уличного фонаря.

Естественно – промахнулся.

На что, в принципе, и рассчитывал.

А все равно – жаль…