Защита - Станислав Хабаров

1

Мы возвращаемся к последнему занятию в Учебном центре. Нас ждёт итог. Последнее занятие – вроде фиесты, с подведением итогов, со столом в складчину. Сертификата о завершении учёбы нам не светит. Мы нарушили святое – неделю самовольно отсутствовали как раз в период заключительных контрольных и тестов. Последнее занятие неформальное. Сидишь, где захочется. Я рядом с Камилой, и её спрашиваю:

– Ну, что, Камила, чувствуешь ли ты ответственность момента?

На последнем уроке-итоге мы с нею рядом только формально. А в действительности? Кругом ровесники, а она почему-то выбрала место рядом со мной, и мы сидим, потягивая гремучую смесь фанты и бакарди через соломинки, и она спрашивает непосредственно и невинно:

– А ты, случаем, не импотент? По возрасту?

– Вроде нет, – я мотаю головой, потягивая питье через соломинку.

Этот напиток – наш секрет. Когда Хосе накануне опрашивал, я предложил секретную смесь по рецепту: семьдесят процентов Спрайта и тридцать джина в бутылках Спрайта, для секретности. Со стороны выглядит безобидной содой. А они притащили похожие смеси в избытке, под Фанту и Спрайт, и об этом знаем только мы и прекрасная бразильянка, приглашенная в виде исключения к нашему столу. Смесь на неё, видно, действует и она продолжает:

– Тогда за чем же дело стало? Пошли на лестницу, поднимемся этажом выше…

Очень просто у неё все, а как я после этого взгляну Инге в глаза? Инга для меня желанная, хотя у нас всё не как у людей. Теперь она боится моей грубости и нетерпения. Но не могу я об этом рассказать и отвечаю вопросом на вопрос:

– А Александра?

Александра для меня прикрытие, она здесь ни при чём, причина – Инга, и только, а Александра лишь тень на плетень.

– У вас с Александрой отношения? – спрашивает Камила.

– Вовсе нет.

Александра из нашей чайной партии, она – молочница. В учёбе модны здесь перекрёстные опросы. Когда Нэнси в числе прочего спрашивала: «Что было у вас сегодня на завтрак?» Александра единственная из всех ответила: «Молоко», имея, видимо, в виду мюсли с молоком. И получилось смешно: молочница.

– Так у вас ничего же с нею нет.

– Так будет, – говорю я, просто чтобы что-то сказать: говорю «Александра», думаю об Инге.

– Ну, нет, так нет. Проехали, – смеётся Камила.

Для неё всё так просто, а мне грустно, хотя и приятно. Камила такая здесь одна, но я, хотя и выступил перед нею раненым бойцом, для неё всё же в ряду действующих, а не в «офицерах запаса».

2

Бразилия присутствует в нашей жизни. Каждый вечер в наш дом, не спросясь, входит она бесконечным сериалом, откровенно делясь с нами замысловатостью сюжета и простотой отношений. Бразилия сегодня в мире не только фабрика кислорода амазонских джунглей, но и поставщик картин-новелл бесхитростной жизни в доступной радости. Южная Америка повседневно в нашем доме красивой жизнью сериалов, размышляющей литературой и непохожими на них повседневным житейским общением.

В кормушке и в департаменте, как правило, встречается нам непохожий на сериалы народ – латиноамериканцы. Многодетные, низкорослые, приветливые, цепкие по части выпадающих благ и внешне незаметные, как фон, который можно не замечать, а лишь мириться с ним постольку-поскольку.

Моя необъяснимая симпатия к Бразилии, её людям, легкости, с которой они живут в выдуманной атмосфере праздника, связана с сериалами, Камилой и памятью о ней. И не только. Общие надежды на земном шаре связаны с Бразилией. Читаю в газетах: «Бразилия. Здешний алмаз, выброшенный из недр планеты извержением, принёс с собой и воистину фантастическое – рингвудит – зернистую породу, способную «потеть» в особых условиях и, оказалось, несметны «водохранилища» в глубинных недрах Земли».

Вода рингвудита – поистине потрясающее открытие. Это гимн истинным ресурсам Земли и научным возможностям, а учёные – маги нашего времени, и в их руках будущее.

3

По возвращении в почтовом ящике нас ожидало долгожданное приглашение на экзамен по гражданству. Мы его долго ждали, и вот, наконец, наступает наш день, и всё происходит донельзя легко и просто. Я даже поспорил с экзаменующей меня о лампочке накаливания: мол, кто изобрёл её: Лодыгин или Эдисон. Хотя Римка явно удивлена: с моим плохим английским я переполз необходимую границу гражданства и безбедно варюсь теперь в американской среде. Дома у нас каналы русскоязычного телевидения, российского и американского, и мы общаемся между собой на русском. Его нам достаточно, хотя и нелепо жить в англоговорящей стране, не пользуясь её языком. Но факт остается фактом.

В конторе меня ожидали перемены. В моё отсутствие без моего согласия у меня новые функции. Я становлюсь негласным Римкиным помощником.

В мои обязанности теперь войдёт компьютерное сопровождение Римкиных обязанностей. В её помощниках уже и моя жена Инга, исправляющая бесконечные Римкины ляпы. Теперь в её команде и я, только я на это не согласен. Заявляю, что этого не хочу. Говорю: «Здесь и одному делать нечего». И этим заявлением вхожу с Римкой в жёсткий противотык. По своей основной обязанности я обеспечиваю компьютерное архивирование всего Employment Center, и мне этого достаточно, а что касается Программы, то вместо Римки могу взять её целиком на себя, дополнительно.

На мой демарш Римка откровенно фыркает и шипит змеёй. Она повсюду повседневно доказывает, что перегружена. А я… Поджала губы, будто подписал я себе этим смертный приговор. Ну, что же, посмотрим, поживём увидим. Россия – родина слонов, а точнее, их предков – мамонтов, и в эволюции неясно, кто победит: слон или кит. Какое-то время Римка кипит, а затем успокаивается. Это значит, приняла решение. Какое оно?