Повседневная логика счастья - Габриеле Зевин

— Офицер, — сказал Ламбиазе, — больше трех кишей нельзя, иначе на всех не хватит.

Полицейский вернул одну тарталетку обратно на поднос.

— Взять, к примеру, скрипку. Куда она запропастилась? Или я что-то упустил? Бесценные инструменты работы Страдивари не растворяются в воздухе.

— Дельное замечание, — сказал Ламбиазе. — Еще?

— А меня знаете, что бесит? — сказала Кэти из отдела по расследованию убийств. — Когда полицейские лажают. Приезжают на место преступления, и ни один не сообразит надеть перчатки. Прям так и хочется им крикнуть: «Идиоты, что вы делаете? Вы же все улики загубите!»

— У Дивера такого не бывает, — сказал Сильвио из дежурной части.

— Всем бы писать, как Дивер, — вздохнул Ламбиазе.

— Ляпы еще ладно, — продолжала Кэти из убойного отдела. — Еще больше меня выводит, когда преступление раскрывается на раз-два. Этим даже Дивер грешит. Чтобы разобраться в деле, нужно время. Иногда годы. С наскока преступника не поймаешь.

— Молодец, Кэти.

— Кстати, мини-киши сегодня отличные.

— «Костко», — сказал Ламбиазе.

— А меня раздражают женские персонажи, — сказала Рози из пожарной охраны. — Можно подумать, что в полицию идут служить исключительно бывшие модели из семей копов. Леди Совершенство. Максимум один недостаток.

— Грызет ногти, — подхватила убойная Кэти. — Непослушные волосы. Слишком крупный рот.

— Ох уж эти фантазии о женщине в полицейской форме, — засмеялась Рози.

— Ну не знаю, — сказал офицер Дейв. — Мне такие фантазии нравятся.

— Возможно, автор хотел показать, что дело не в скрипке? — предположил Ламбиазе.

— А в чем же еще? — удивился офицер Дейв.

— Возможно, дело в том, как эта скрипка портит всем жизнь? — развил свою мысль Ламбиазе.

— Фи, — сказала Рози из пожарной охраны, опуская вниз большой палец. — Фи-и-и.

Эй Джей наблюдал за дискуссией из-за прилавка. У него в магазине собиралось около дюжины книжных клубов, но ни один из них не шел ни в какое сравнение с «Выбором шефа». Ламбиазе призвал его на помощь:

— Правильно я говорю, Эй Джей? Иногда не важно, кто украл скрипку.

— Мой опыт показывает, что большинству читателей важно, — сказал Эй Джей, — хотя лично я против неоднозначности не возражаю.

Слово «важно» вызвало бурю ликования, в которой потонуло окончание реплики.

— Предатель, — выкрикнул Ламбиазе.

Раздался перезвон китайских колокольчиков, и в магазине появилась Исмей. Участники клуба вернулись к обсуждению романа, но Ламбиазе смотрел на Исмей и не мог отвести от нее глаз. Она была в белом летнем платье с пышной юбкой, подчеркивающем осиную талию. Рыжие волосы, которым она снова отрастила, смягчали строгие черты ее лица. Ламбиазе вспомнились орхидеи, которые его бывшая жена когда-то выращивала на подоконнике.

Исмей подошла к Эй Джею и положила на прилавок лист бумаги.

— Я наконец-то выбрала пьесу, — сказала она. — Вероятно, мне понадобится около пятидесяти экземпляров «Нашего городка».

— Классика, — отозвался Эй Джей.

Выждав несколько лет после смерти Дэниела Пэриша и полчаса после окончания заседания клуба «Выбор шефа», Ламбиазе решил обратиться к Эй Джею с просьбой:

— Не хотелось бы садиться тебе на голову, но не мог бы ты спросить у свояченицы, как она отнесется к тому, что один полицейский приятной наружности пригласит ее на свидание?

— Ты о ком?

— О себе. Приятная наружность — это, конечно, шутка. Я знаю, что до Аполлона мне далеко.

— Нет, у кого я должен спросить? Амелия — единственный ребенок в семье.

— Я имел в виду твою бывшую свояченицу, Исмей.

— Ах да. Исмей. — Эй Джей немного помолчал. — Исмей? В самом деле? Ты это серьезно?

— Вполне. Она всегда мне нравилась. Еще со школы. Жалко, что она меня никогда не замечала. Но, знаешь, время идет, а мы не молодеем. Короче, я решил попытать счастья.

Эй Джей позвонил Исмей.

— Ламбиазе? — переспросила она. — Серьезно?

— Он хороший парень, — сказал Эй Джей.

— Э-э… Я еще ни разу не встречалась с полицейским.

— А ты, оказывается, сноб.

— Никакой я не сноб. Просто мужчины в форме не в моем вкусе.

То ли дело Дэниел, подумал Эй Джей, но вслух ничего не сказал.

— Да, мой брак был катастрофой, — сказала Исмей.

Несколько дней спустя они с Ламбиазе ужинали в «Эль Коразоне». Исмей заказала стейк с морепродуктами и джин с тоником. Она не стала разыгрывать из себя утонченную леди, ибо не особенно рассчитывала на второе свидание.

— Здоровый аппетит, — прокомментировал Ламбиазе. — Закажу то же самое.

— Чем ты занимаешься, когда ты не коп? — спросила Исмей.

— По мне, наверное, не скажешь, — смутился Ламбиазе, — но я много читаю. Хотя по твоим меркам, может, и не много. Я знаю, ты преподаешь английский.

— Что ты читаешь?

— Всего по чуть-чуть. Начинал, само собой, с детективов. А потом Эй Джей приучил меня к другой литературе. Интеллектуальная проза — кажется, так это называется. Но в этих книгах мне иногда не хватает действия. Немного стыдно признаваться, но я люблю книги для подростков. Там тебе и драйв, и переживания. А еще я читаю все, что читает Эй Джей. Он обожает рассказы…

— Знаю.

— И все, что читает Майя. Мне интересно обсуждать с ними книги. Они ведь книжные люди. Кроме того, я организовал книжный клуб для копов. Может, видела когда-нибудь наши объявления? Клуб «Выбор шефа»?

Исмей покачала головой.

— Прости, если я слишком много говорю. Это чисто нервное.

— Говори на здоровье. — Исмей отпила из бокала. — А книг Дэниела ты, случайно, не читал?

— Читал одну. Самую первую.

— Понравилось?

— Не мое, но написано здорово.

Исмей кивнула.

— Скучаешь по мужу? — спросил Ламбиазе.

— Я бы так не сказала, — немного помолчав, ответила она. — Разве что по его чувству юмора. Самым лучшим в Дэниеле были его книги. Наверное, когда мне будет особенно тоскливо, я просто возьму их и почитаю. Но пока такого желания не возникало, — усмехнувшись, добавила она.

— А что ты читаешь?

— Пьесы, иногда стихи. Кроме того, я каждый год прохожу с учениками «Тэсс из рода д’Эрбервиллей», «Джонни взял ружье», «Прощай, оружие!», «Молитву об Оуэне Мини». Иногда включаю в программу «Грозовой перевал», «Сайлес Марнер», «Их глаза видели Бога» или «Я захватываю замок». Эти книги мне как старые друзья. Но если я выбираю что-то новое, что-то лично для себя, меня привлекает образ женщины, живущей где-то далеко. В Индии. Или Бангкоке. Она может уйти от мужа. Может вообще не выходить замуж, справедливо полагая, что семейная жизнь не для нее. Мне нравятся героини, у которых много любовников. Которые носят шляпки, чтобы солнце не жгло их светлую кожу. Которые много путешествуют и попадают в разные передряги. Я с удовольствием читаю описания гостиниц и чемоданов с ярлыками. Люблю описания еды, одежды и украшений. Немного романтики, но без перебора. Не люблю слишком современных романов. Мне надо, чтоб никаких мобильных телефонов. Никаких социальных сетей. Вообще никакого интернета. Лучше всего, если действие происходит в двадцатых или сороковых годах. Не помешает какая-нибудь война, но только фоном. Без кровопролития. Секс приветствуется, если описания не слишком натуралистические. А вот детей не надо. Они часто портят мне все удовольствие от книги.