Собака, которая спустилась с холма. Незабываемая история Лу, лучшего друга и героя - Стив Дьюно

– Теперь он нас любит? – спросил мексиканец и дал Бранке еще лакомства.

– Пока нет. Но еды он хочет больше, чем крови.

Они переглядывались, как городские детишки в зоопарке. Им нравилось стоять рядом с таким крупным и опасным животным, которое не пытается их загрызть.

– Хорошо, – сказал водитель. – Теперь мы можем работать?

– Да. Берите инструменты и приступайте. Я буду работать вместе с вами.

Бранку я привязал за поволок себе к поясу и какое-то время работал бок о бок с мексиканцами, подстригая кусты, опрыскивая небольшой клен и поливая лужайку. Каждые несколько минут я подводил Бранку то к одному, то к другому садовнику, чтобы они дали ему команду «сидеть» и угостили лакомством. Через какое-то время каждый провел его на поводке самостоятельно, а потом мы усадили его в машину между мной и водителем, пока тот курил.

– Теперь он лучше, мне кажется, – сказал он, поглаживая Бранку. – Но раньше он был как дикий лев. Сбивал нас с ног и кусал много раз. Хочешь посмотреть? – И он потянулся к поясу.

– Нет, спасибо, я верю. Теперь он изменился. Но вы должны каждый раз давать ему вкусное и понемногу водить на поводке. Быть с ним друзьями, ясно?

– Хорошо, в следующий раз я принесу ему еду.

– Приноси энчилады с сыром. – Я широко улыбнулся.

– А он их любит?

– Все собаки их любят.

– Я понял. Каждый раз буду приносить.

– И не встречайся с ним у ворот. Его будет приводить хозяин, как я сегодня, и вы будете заходить все вместе. А сами – нет, понял?

– Ясно, ясно. Заходить нельзя. Он как охранник на воротах, я понял.

Еще какое-то время я водил Бранку от одного садовника к другому, чтобы он их обнюхал, взял еду, а они потрепали его за ушами. Пару раз пес мрачно косился на самого тощего из мексиканцев, но в остальном все прошло хорошо.

Крепкий коротышка уронил на землю лопату у Бранки за спиной, тот рывком развернулся и бросился на него.

– Эй! – закричал я, натянул поводок что есть силы, а затем ткнул его пальцем в грудь. Этот сигнал мы с ним выработали давно, так я давал ему понять, что он пересек черту. Бранка был неимоверно силен; если бы я первым не засек упавшую лопату, мне было бы его не удержать. Он порычал на садовника, потом обернулся на меня, как бы говоря: «Да ладно, братан, отпусти! Сам видишь, он заслужил!» Я сумел удержать его только потому, что мы три месяца с ним занимались, любого другого Бранка бы размазал по стенке.

– Ты не прав, тупая башка, – заявил я ему. – Лежать.

Я заставил его лежать добрую минуту, потом подозвал мексиканца и пожал ему руку.

– Вот так он всегда делал, – опасливо заметил тот. – Как пантера.

– Возьми поводок, – сказал я ему.

– Нет-нет-нет.

– Держи. – Я вручил поводок ему. – Булем идти вместе, ты его поведешь, и вы тоже. Все с нами.

Я поднял Бранку с места, и мы пошли к воротам. Старший садовник вел Бранку на поводке. Я заметил, что Норман наблюдает за нами из дома, и жестом позвал его к нам.

– Куда мы идем? – Он вышел с чашкой кофе в одной руке и пончиком в другой.

– Норман, мы теперь – новая стая Бранки, и все вместе мы пойдем гулять по Беверли-Хиллз.

Каждому из них я дал по кусочку мяса. Мы шли по залитой солнцем улице, Бранку по-прежнему вел на поводке мексиканец, косившийся на меня, как на опасного безумца. Садовники продвигались вперед боязливо, как дети по льду, зато Норман на ходу пил кофе и приветственно махал соседям пончиком.

– Круто, – заметил он, когда Бранка потянул мексиканца к пожарному гидранту, чтобы помочиться. – Надо будет каждый день его так водить.

– А вы что, с ним не гуляли? – Я передал поводок следующей жертве. Тощий парень взял ее с таким видом, словно шел на заклание.

– Никогда.

– Это же не кошка, Норман. Это собака. Ему нужна физическая нагрузка и выходы наружу, иначе он будет слишком одинок.

– Как супермен.

– Если держать его постоянно на вилле, он будет охранять ее, как тюрьму строгого режима, и ненавидеть любого, кто туда зайдет.

– Так не годится.

– Да. Вам повезло, что он еще молодой. Мы успели вовремя.

– Твоя очередь, – сказал водитель третьему мексиканцу, и тот повел Бранку на поводке куда увереннее, чем его товарищи.

– Сидеть, сидеть, – внезапно скомандовал он, доставая угощение. Бранка тут же плюхнулся на землю и заглотнул мясо.

– Отлично. – Я забрал у него поводок, радуясь тому, что Бранка послушался и не сожрал садовника на глазах у соседей.

– У меня дома пудель, – заявил тот с гордостью.

– Размером с хомяка, – вмешался тощий, раздвигая пальцы.

– Но ты даже ее боишься, – засмеялся первый.

– У нее вредный характер, как у тебя.

Мы прогулялись по окрестностям всей нашей живописной группой, здороваясь со встречными и демонстрируя, как Бранка умеет сидеть, лежать и ходить рядом. Норман скормил ему остатки пончика, Бранка слопал угощение молниеносно и решил потребовать добавки. Ткнувшись в тощего мексиканца и отпихнув его к Норману, он стал царапать его лапой.

– Что это он?

– Хочет остатки мяса у тебя в кармане.

– Ему отдать? – неуверенно спросил он.

– Скажи ему сесть, а потом дай команду «лапу».

– Он умеет давать лапу? – изумился Норман.

– Само собой. Еще я научил его переворачиваться, крутиться на месте и лаять по команде.

– С ума сойти. Ему пора в телевизор.

– Бранка, сидеть, сидеть, – скомандовал мексиканец. Пес уселся, не сводя с него взгляд. – Бранка, лапу, лапу. – В ладони парня оказалась здоровенная лапища. Они обменялись рукопожатием, человек и собака.

– Очень хорошо. Теперь пойдемте домой.

– Он мне нравится, – заявил водитель.

– Так вы должны гулять хотя бы раз в неделю, Норман, – предупредил я.

– Без проблем. Мне понравилось. Можем и бегать начать, скажи, Бранка?

Я вручил Норману поволок и взял у него чашку из-под кофе.

– Поводите его еще немного и не забывайте: с ним надо как в школе с третьеклассником. Строго, но по справедливости.

– Это запросто! – провозгласил Норман и потрусил вперед со своей огромной собакой на поводке. Мы вчетвером проводили их взглядом, посмотрели друг на друга, пожали плечами.

– Вы уедете, он опять будет с ним, как с ребенком, – сказал водитель. – И этот пес нас всех сожрет.

– Я жить хочу, – заявил коренастый.

– А мне он нравится, – возразил тощий, глядя, как Норман и Бранка весело скачут по улице.