Терпкий аромат полыни - Риз Боуэн

— Не понимаю, чему ты так радуешься, — пожала плечами Эмили. — Ты снова будешь служанкой, да еще работать придется под началом миссис Трелони. Никогда не встречала более неприятной женщины.

— Ничего, — возразила Дейзи, — я же возьму на себя всю работу, и она станет как шелковая.

— Надеюсь. Ради твоего же счастья.

— Я хотя бы буду рядом с тобой и Алисой, — сказала Дейзи, — и далеко от отца и того дома.

— Так что, с леди Чарльтон все выгорело? — спросила Алиса.

— Устроилось наилучшим образом, — отозвалась Эмили, принимая кружку с чаем. — Она не хотела отпускать меня в коттедж, предлагала пожить в большом доме.

— Это же здорово! — воскликнула Алиса. — Надеюсь, ты согласилась.

— Нет. Я сказала, что предпочла бы жить в отдельном домике.

— В этой сырой дыре? Вместо особняка? Ты с ума сошла? — возмутилась Алиса.

Эмили рассмеялась:

— Ты не понимаешь. Мне нужно учиться жить самой. Я же вообще ничего не умею. Как я буду заботиться о ребенке, если самых простых вещей не могу сделать. К тому же в коттедже я смогу поплакать, если захочу. Я же не могу все время храбриться.

— Нет, конечно. Не бойся, милая. Если хочешь, я буду приходить и учить тебя готовить.

— А я могу у тебя прибираться, — заявила Дейзи.

— Спасибо, конечно, но, Дейзи, я должна научиться убирать в доме сама. Мне придется стать самой себе хозяйкой.

— Ну, тогда я прямо сейчас научу тебя разводить огонь и все такое, — предложила Алиса.

— А я отнесу вещи в большой дом и обустроюсь там. А потом приду и расскажу вам всё.

Алиса и Эмили вместе двинулись в сторону коттеджа. У ворот Эмили задержалась.

— Алиса, ты же не говорила обо мне Нелл Лейси? О ребенке?

— Ни словечка не сказала, милая.

— Леди Чарльтон предложила то же, что и ты. Называть себя миссис Керр и говорить, что вдова. Я не хочу лгать, но так будет намного проще, по крайней мере сейчас.

— Конечно. Вот и договорились. А теперь посмотрим, что тут у тебя.

Она открыла дверь и вошла в гостиную.

— Фу! Ну уж не Букингемский дворец, конечно. Поработать придется.

Эмили оглядывалась, а Алиса продолжила:

— Не стой там. Давай-ка за работу. Для начала надо затопить плиту, а то горячей воды не дождешься. Пол в кухне помыть и окна тоже. А занавески эти на глазах рвутся. И тепло они не удержат. Скажи в большом доме, чтобы тебе занавески нашли. — Алиса прошла в кухню. — И еще кастрюль со сковородками. С этими ничего приличного не сваришь.

— Ну, я и не думаю много готовить, — сказала Эмили. — Обедать я буду в большом доме, а здесь только завтракать и ужинать. На ужин можно есть хлеб с сыром. А на завтрак — тосты или вареные яйца, если их получится достать.

Алиса нахмурилась:

— Ты должна питаться как следует. Тебе же за двоих нужно есть. — Она сняла кастрюли с полки и наполнила водой самую большую.

— Алиса, а у вас с Биллом не было детей?

Алиса замерла.

— Девочка была, — сказала она шепотом, — Рози, моя маленькая. Такая очаровашка. И тихая. Не плакала никогда. А когда ей исполнился годик, она умерла от дифтерита. А больше никого не было.

— Ужасно… — У Эмили к глазам подступили слезы. — Мы все пережили слишком много потерь. Почему в жизни столько страданий?

— Ну, в церкви говорят, что для того, чтобы мы больше ценили рай, когда в него попадем, — горько усмехнулась Алиса. — Но, по мне, это не ответ. Тебе везет или не везет. А сейчас никому не везет. И нужно просто стараться не отчаиваться. Ладно, неси сюда тарелки, помоем их, чтобы пыль не есть.

Эмили выглянула в окно.

— А вот и Симпсон с дровами. Мы сможем растопить плиту и печь.

— Держите, мисс, — сказал он, заходя. — Я еще принесу и дров и угля. Разжечь для вас огонь?

— Справимся, — заверила Алиса. — Я ей все покажу. Я достаточно очагов в жизни разожгла.

— Ну вот и ладненько, тогда я пойду.

Вдвоем они разожгли огонь в очаге и растопили печь. Эмили подмела пол, а Алиса помыла. Через час обе раскраснелись и тяжело дышали.

— Может, тебе уже обедать пора, — сказала Алиса. — У тебя тут даже ходиков нет.

— Я привезла наручные часы из дома, они в чемодане. Но, наверное, я их не завела.

— Наручные часы, ишь ты! Лучше бы ты в чемодан сунула пару ковриков, да подушек, да картинку-другую.

— Мне пришлось оставить много красивых вещей. Не вызывая подозрений, я смогла забрать совсем чуть-чуть. И большая часть одежды мне теперь не подходит.

— Смотри, чтобы огонь не погас. Принеси угля, и я покажу, как его подбрасывать. Надо так сделать вечером, чтобы утром были горячие угли.

Часы на церковной башне пробили двенадцать.

— А вот и ответ на твой вопрос, Алиса. Ланч подается в час. А сегодня, думаю, мне вообще не стоит там показываться, потому что миссис Трелони меня не ждала. Она не слишком-то мне обрадовалась, и я не хочу лишний раз ее раздражать.

— Тогда пойдем со мной в «Красный лев», — предложила Алиса. — Нелл Лейси готовила рагу, а его на всех хватит.

Второго приглашения Эмили не потребовалось.

После еды Алиса и Нелл помогли ей составить список необходимых припасов. Вскоре он стал очень длинным, потому что они то и дело вспоминали что-то новенькое.

— И муку не забудь. Пекарский порошок. Корицу и изюм, вдруг ты захочешь кекс испечь. Но вряд ли ты все это в лавке купишь, в наши дни там почти ничего нет, — предупредила Нелл.

— Подождите минуту. — Эмили подняла руку. — Я даже не знаю, сколько минут варить яйцо всмятку. Я не могу себе представить, чтобы мне пришло в голову печь кекс.

— Мама что, не научила тебя готовить? — удивилась Нелл.

Эмили вспыхнула:

— Мы держали кухарку. Моя мать сама не умеет готовить.

— Ничего себе. Ты что, из совсем манерной семьи? И что ты тут делаешь, ради всего святого? — спросила Нелл.

— Мои родители не одобрили мужчину, за которого я собиралась выйти замуж.

— Ясненько. И что же с ним было не так?

— Он приехал из Австралии и не соблюдал их правил — этикет и прочее. Но он был великолепным человеком.

Она отвернулась, чтобы Нелл не видела ее лицо.

— Прости, дорогуша. — Нелл положила ей руку на плечо. — Не нужно мне было об этом заговаривать. Конечно, тебе тяжело о нем даже думать. Половина женщин этой деревни с тобой в одной лодке. Да нет, половина женщин во всей Англии.

— Знаю, — сказала Эмили, — но легче от этого не становится.