Я сказала правду - Керстин Гир

– Да нет же, правда! Подруга удивилась, что только Оле в ней нашел.

– Просто когда дело касается любви... – протянула я.

– Любовь! – фыркнула Миа. – Я же только что сказала, что там ничего серьезного!

– Хм, ну, значит, это просто... животное влечение, – сделала я вывод. – Тем лучше. Такое быстрее проходит.

– Да! Да-а-а! – Марте, наконец, удалось извлечь автомобильную фару от конструктора «Лего» из носа Одило, и она с видом победителя подняла ее в воздух. Одило с облесением ретировался. Он часто засовывал что-нибудь себе в нос, и не всегда Марта могла вынуть это. Перед Пасхой Одило проделал фирменный номер с каской одного из членов игрушечной пожарной команды, которая входила в комплект машинки того же назначения. И извлечь ее смог только врач дежурной скорой. А еще Марта клялась, что в носовой полости Одило бесследно канули как минимум две туфельки Барби.

– Нам уже пора, – сказал Мариус, взглянув на Берта, который заснул, сидя с Северином на плече, как бывало почти каждую субботу.

– Да, нам тоже, – поддержал его Оле и тут же вскочил. – Ты идешь, Миа?

– Но я так замечательно общаюсь с Герри, – ехидно ответила Миа.

– Договорим в следующий раз. – Я позволила себе слегка улыбнуться. – Мне очень интересно, что будет дальше.

– Мне тоже, – бросила Миа.

Оле наморщил лоб.

Среди общей суматохи, которая сопутствовала сборам, потому что дети уходить не хотели и за ними пришлось гоняться по всему дому, Берт проснулся и тщетно пытался установить местонахождение пиджака Миа, а Оле вдруг схватил меня за руку:

– Нам нужно поговорить!

– На твоем месте я бы лучше поговорила с Миа, – передразнила я его. – Она думает, что я заманила тебя в отель под предлогом предотвращения моего самоубийства. И сразу тебе поверит, если ты скажешь ей, что легко смог устоять перед моим толстым задом.

– Но это неправда, – возразил Оле.

– Но правда так же безобидна, – сказала я. – Кроме правды о Миа, конечно! Ну, чего же ты ждешь? У тебя все козыри на руках.

Берт торжественно извлек пиджак Миа из-под красного анорака и пары резиновых сапог и отдал ей. Марте в это время удалось поймать Одило, схватив его за локоть. Тот жутко ревел и дергался.

– В понедельник в половине первого в кафе «У Фассбиндера». Пожалуйста, приходи, – произнес Оле тихо, почти одними губами.

Тут Миа повисла у него на руке и заглянула ему в глаза, изогнув губы в соблазнительной улыбке:

– Мне не терпится поскорее оказаться в постели, дорогой. А тебе?

Оле высвободился из ее объятий, и тогда Миа окинула меня в последний раз, причем в ее взгляде явственно читалось: «А что касается тебя, я договорюсь с киллером, как только доберусь до дома».

В принципе я была не против. Оставалось только надеяться, что она наймет не какого-нибудь неумеху, а профессионала, выполняющего свою работу быстро и безболезненно.

На следующее утро позвонила мама.

– Сегодня воскресенье, – сообщила она.

– Да, мама, – вежливо согласилась я.

– Ровно в половине первого еда будет на столе, – продолжала мама. – Камбала, спаржа и вареная картошка. Я просто хотела тебя предупредить, потому что, если ты придешь поздно, рыба пристанет к форме.

Я ошарашенно переспросила:

– Мама, ты приглашаешь меня на обед?

– Ну конечно!

– И ты даже не хочешь посадить меня с тарелкой в прихожей и игнорировать меня во всех прочих отношениях?

– Не говори глупостей. В общем, договорились, ровно в половине первого. И надень что-нибудь поприличнее, Патрик приведет свою маму, и я хочу, чтобы все произвели на нее самое приятное впечатление. Мы просто обязаны это сделать ради Ригелулу.

Ух ты, похоже, у сестры и правда намечается что-то серьезное, раз Лулу отважилась привести свою будущую свекровь в нашу клетку с леопардами и познакомить ее со всей семейкой, в том числе с Арсениусом и Хабакуком и их весьма своеобразными манерами за столом. Прежние романы Лулу кончались через два, ну, максимум через три месяца, и я не помню, чтобы хоть раз знакомилась с ее потенциальной свекровью. Чтобы отважиться на нечто подобное, человек должен быть чертовски уверен в отношениях.

Ну, лично я Лулу не завидую. Тот факт, что где-то бродит извращенец, вылитый будущий муж моей сестры, вызывал у меня довольно неприятные ощущения.

– Ладно, тогда скоро увидимся, пока. – Очевидно, мама решила, в силу неизвестных мне обстоятельств, забыть о том, что очень на меня разозлилась и не собиралась больше никогда со мной разговаривать.

Найти что-нибудь приличное в плане одежды было сложно, потому что в результате моих действий по очистке квартиры от хлама большинство вещей отправились на помойку, а в шкафу у Чарли, к сожалению, было мало того, что в представлении моей мамы являлось «приличным». Когда я отложила в сторону все ее вещи с надписями «Риск» и «Shit», выбирать мне осталось только между футболкой с надписью «Подольски, я хочу от тебя ребенка» и просвечивающей белой блузкой.

– Остальное в стирке, – извиняющимся тоном произнесла Чарли, протягивая мне черный кожаный корсет.

– Ну, уж нет, – ответила я. – Тогда лучше рубашка с черепом.

– У нее, к сожалению, под мышкой огромная дыра.

В конце концов я надела просвечивающую блузку, потому что Чарли сказала, что с симпатичным кружевным лифчиком (он немного царапал кожу, зато смотрелся очень благородно, поэтому я его не выбросила) блузка выглядит элегантно и очень стильно.

Когда я вышла из ванной, Ульрих восхищенно присвистнул.

– Эй, подруга! Вот ведь правду говорят – никогда не знаешь, кто именно перебежит тебе дорожку.

Чарли ткнула его локтем под ребро и кивнула мне:

– Ты выглядишь вполне подобающе для общественной жизни, мышка.

– Ну, не знаю, – сказала я. – А соски через эту блузку не просвечивают?

– Да уж, детка, – продолжал Ульрих. – Вполне подобающе, ничего не скажешь. И как же зовут этого счастливчика? А ты не думаешь, что еще немного рановато для такого? По-моему, ты должна прийти в стабильное, с точки зрения психики, состояние и только потом уж... Ай!

Чарли еще раз двинула ему по ребрам.

– Сегодня к моим родителям придет будущая свекровь моей сестры, – сообщила я, окидывая себя нерешительным взглядом.

– А, понятно, – протянул Ульрих. – Ну, для такого случая костюмчик что надо.

– Грудь вперед, плечи назад, голову выше, – скомандовала Чарли. – Не вздумай больше облажаться, слышишь! Все это не должно быть напрасным.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я.

– Ну, все это смертоубийство, – произнесла Чарли.