Я сказала правду - Керстин Гир

– Не пойму, и что это нашло на твоего отца, – сказала мне мама на кухне.

– Я тоже, – пробормотала я.

– Мы никогда здесь не говорим о твоей профессии. Так почему же он решил сделать это именно сегодня?

– Может быть, он думал, что мама Патрика читает дешевые романы?

– Да, вполне может оказаться, что она и впрямь их читает. Она очень простая женщина. – Мама поцокала языком: – По одному персику, ребенок! И клади точно посередине. Малиновым соусом поливай по часовой стрелке – боже, да не прикидывайся же ты глупее, чем ты есть.

Я была почти рада, что между мной и мамой все опять было по-старому.

– Надеюсь, хотя бы на Алексину серебряную свадьбу ты оденешься прилично, – сказала она, выписывая палочкой симпатичный узор из малинового соуса и взбитых сливок.

– Мама, не думаю, что мне стоит идти на эту серебряную свадьбу после того, как все получили мои предсмертные письма.

– Ты что, переживаешь из-за Эвелин и дяди Корбмахера? – Мама взялась за следующую тарелку. – Эвелин мне на тебя пожаловалась, сказала, что ты высказала сумасбродную идею о том, что Фолькер не мог родиться от дяди Корбмахера, потому что у него глаза карие.

– Так и есть, – подтвердила я.

– Должна сказать, тут ты попала в яблочко, – призналась мама.

Я изумленно на нее уставилась:

– Я написала это только потому, что они относятся ко мне покровительственно и свысока. И еще потому, что тетя Эвелин всегда называет меня ведьмой.

– Кто высоко заносится, обязательно когда- нибудь упадет, – невозмутимо продолжала мама. – Я сказала ей: ничего не могу поделать с тем, что мои дети были внимательны на уроках биологии.

– Правда?

– Нельзя сердиться на человека только за то, что он говорит правду. – Мама нарисовала на персике идеальной формы спираль. – Я предположила, что это был Гаральд, с которым она тогда работала. И она быстро замолчала и вообще ничего больше не смогла вымолвить.

– Так это был не дядя Фред? – удивилась я.

– Хм... Тоже вариант. Причем еще более пикантный, если можно так выразиться. Как бы там ни было, ты в любой момент можешь вернуться в свою квартиру. Уведомление о прерывании договора аннулировано. Возьми, эти тарелки Арсе- ниусу и Хабакуку.

Наверное, у меня отпала нижняя челюсть от услышанного, потому что мама попросила:

– Пожалуйста, не делай такое глупое лицо, ребенок. Я хочу, чтобы у мамы Патрика сложилось о нас самое приятное впечатление.

Поведение моих родителей потрясло меня и совершенно сбило с толку, при этом меня вдруг охватило какое-то теплое, неведомое доселе

чувство, которое я смогла распознать не сразу. А именно: так чувствует себя человек, когда он ощущает родительскую любовь и заботу. Ну конечно, любовь эта в моем случае была своеобразной, с особинкой.

Ощущение показалось приятным, и на какое- то время оно даже заставило меня забыть обо всех остальных проблемах.

Но проблемы не заставили себя ждать. Через час я шла к своей машине, и вдруг меня кто-то грубо схватил сзади за руку.

– Что за хренотень ты там написала Лулу? – прошипел этот кто-то и встряхнул меня, как мешок муки. – Она копалась в моей электронной почте и смотрела, на какие сайты я хожу.

– Ах, это! Извини, Патрик, но ты как две капли воды похож на одного типа, с которым у меня был не очень удачный опыт общения. И я решила, что Лулу должна об этом знать.

– Ты ничего не можешь доказать! – нервно сказал Патрик. – Что, съела?

– Э-э... совсем не собиралась... Хочешь сказать, что это был ты?.. Ай, ты делаешь мне больно!

– Я не позволю тебе все испортить, дрянь! Только из-за того, что ты одна из этих чокнутых подстилок, падких на секс на одну ночь! Да, такие всегда ищут в Интернете, с кем бы трахнуться, а потом расстраиваются, что мужик на них сразу же не женится! При всем моем желании я не могу тебя вспомнить, хотя все вы, бабы, для меня на одно лицо.

– Что?! Послушай, Патрик...

– Что бы ты ей ни сказала, я буду все отрицать, – перебил меня Патрик. – Она мне верит больше, чем тебе.

Я должна была знать это с самого начала: такого невероятного внешнего сходства просто не бывает на свете. Даже у астрологических близнецов!

– Ну что, ты все поняла? – спросил otboyniymolotokЗ1. – Радуйся молча, что мой молоток хоть раз в жизни побывал у тебя между ног, и закончим на этом!

А потом он просто развернулся и пошел назад, к своей машине, где его уже ждали мама и моя сестра.

Я невольно вздрогнула. И что за сны снятся ему ночами? К его молотку я ни разу не притрагивалась даже плоскогубцами. Фу!

Но этот случай в очередной раз доказал, что мир тесен.

По дороге к Чарли я терла руку и размышляла, могло ли быть такое, что я сразу узнала Патрика, а он, наоборот, напрочь меня забыл. Либо моя внешность действительно была так скучна и непримечательна, как сказала Миа, либо otboyniymolotokЗ1 схожим образом назначал свидания такому количеству женщин, что и правда уже счет им потерял и не запоминал ничью внешность. Впрочем, уверена, что многие из попавшихся на его удочку прямо в кафе или в другом месте, в котором проходило первое свидание, заявили о полном отсутствии интереса к его молотку, как это сделала я, и что Патрику пришлось, бросив пару оскорблений, сбежать, не заплатив по счету, не от меня одной. Удивительно другое – что он, очевидно, встречал достаточно женщин, которые с ним... О-о-ох, нет, уж слишком отвратительной была эта мысль.

Лучше подумаю о тете Эвелин.

– Хорошие новости, – сказала я, когда Чарли открыла мне дверь. – Я могу вернуться к себе в квартиру.

Вид у Чарли стал крайне испуганным:

– Обратно, в эту жуткую дыру? Ты что, совсем спятила?

– Но, Чарли, я же не могу вечно жить тут, у вас.

– Неделю! – воскликнула Чарли. – Ты живешь здесь всего неделю. И мы очень хорошо проводим время, разве нет?

– Да, конечно, но ты и Ульрих...

– Ульриху ты тоже очень нравишься. Правда, Ульрих, ты ведь не хочешь, чтобы Чарли возвращалась к своей ужасной тете? На этот крошечный отвратительный чердак!

– Ульрих когда-то сам жил на этом крошечном отвратительном чердаке, – заметила я. Точнее сказать, по большей части на нем валялся.

– Я тоже считаю, что возвращаться туда, где начались все несчастья, не очень хорошая идея, – произнес Ульрих. – Эй, подруга, а почему бы тебе спокойно не поискать себе что-нибудь получше? Можешь оставаться, пока не найдешь то, что нужно.