Последний автобус домой - Лия Флеминг

– Счастливец. А я учился в школе Святого Венсана, и никаких постановок у нас не было. В «Энни» я играю младшего командира. Приходите посмотреть! Кстати, скажете заодно, действительно ли нашему хору не хватает молодых голосов.

– С удовольствием приду! Вот только у кого же мне просить автограф? – и он блеснул белозубой улыбкой в сторону собеседника. – Меня зовут Невилл Уинстэнли.

– Тревор… Тревор Гиллиган.

Они бегло коснулись друг друга руками, когда Невилл передавал ему сдачу.

– Значит, увидимся?

Это обещание и приглашение? Как понять наверняка? Когда Тревор уже развернулся к выходу, Невилл окликнул его:

– Сможете закинуть нам пару билетов? Для меня и моей бабушки, на субботу! Если вместо меня за прилавком будет папа, то я его предупрежу, чтобы он оплатил и поблагодарил. Он мне и так уже задолжал!

– Значит, вы не с девушкой пойдете?

– Догадливый какой! – Невилл не удержался и подмигнул ему.

– Рыбак рыбака… – тут же отозвался Тревор, едва обернувшись. Его вид сзади не уступал виду спереди.

«Ах ты, проныра», – улыбнулся про себя Невилл. Что ж, похоже, жизнь в Гримблтоне неожиданно начинает налаживаться.

* * *

Когда мюзикл закончился, Невилл пошел за кулисы посмотреть на Тревора в его боевой раскраске. Все мизансцены, в которых появлялся этот паренек, словно становились ярче с его появлением! Он просто прирожденный комик, кокетливый, уверенный в себе, с прекрасным голосом и слухом, и пел он куда лучше, чем престарелые хористы, тужившиеся изобразить ковбойский акцент. Но в целом представление было веселым, и бабуле тоже понравилось.

– Пойдем куда-нибудь выпить? – предложил Невилл. – Я отвезу бабушку домой, пока ты переодеваешься.

– Извини, у нас намечена вечеринка после спектакля, я не могу не пойти.

– А, понятно, – кивнул Невилл, несколько разочарованный.

– Хотя… Подожди. Я бы хотел с тобой еще встретиться. Может быть, вечером во вторник?

– Давай. Я возьму машину. Можем сгонять в Манчестер. Я знаю несколько клубов…

– Вот уж не сомневаюсь! – ответил в тон ему Тревор. – Не подумай ничего дурного, я хороший мальчик.

– Не сомневаюсь! Но не могу с такой же уверенностью сказать этого о себе, – и Невилл прямо посмотрел ему в глаза.

– Рад это слышать. Значит, увидимся во вторник. Буду очень ждать.

«А уж я-то как буду…» Разве вожделение и предвкушение – не прекрасны?

* * *

Роза сидела на жестком стуле в кабинете агента в Манчестере и разглядывала развешанные на стенах фотографии театральных звезд, чуть выцветшие от падавшего в окно солнца: самоуверенные пареньки в смешных костюмах, пышногрудые блондинки, популярные актеры с зализанными волосами и улыбками а-ля Дэвид Найвен[41]. Пора подыскивать себе работу после окончания сезона в «Батлинз» – какую-нибудь пантомиму или варьете. Летний сезон скоро свернется, а возвращаться домой ей совершенно не хочется.

Курортные местечки, особенно на северо-восточном побережье Англии, муштрой и требующейся отдачей походили больше даже не на закрытую школу-пансион, а на лагерь для военнопленных. Ох и нелегко с утра до ночи забавлять малышню и старушек, однако же Роза получила пропуск в общество и приобрела хороший опыт. Так много народу вокруг тоже ищет работу – танцоры, певцы, комедианты, всевозможные прочие разновидности актеров, команда развеселых массовиков-затейников… С ними она однажды ездила поглазеть на яркие огни Скарборо, а они после наступления темноты пытались затащить ее к себе в коттеджи. Было очень весело, и в темноте можно было здорово развлечься, но правил нарушать нельзя, так что Роза держала марку: мисс Свободная и Неприступная. Ее интересует контракт, ей нужен хороший агент.

И вот она сидит теперь здесь, ожидая, когда же ее пригласят к Дилли Шерман из компании «Стросс, Блэк и Шерман». Роза обратилась к ней давным-давно. Мисс Шерман занимается сценическими контрактами. Роза надеялась произвести на нее хорошее впечатление.

Она вытащила открытку от Конни. На обороте – лондонский Тауэр. Да уж, досадила она семейству Уинстэнли этим своим побегом! Мама и Сьюзан только и говорят об этом, словно это просто ужас что такое.

А Конни – молодец, не упустила возможность. Жизнь ведь не сводится к экзаменам, есть и мечты, о них нельзя забывать. Хорошо, что ее мама тоже хочет, чтобы она наконец нашла свое место в шоу-бизнесе. Хотя, конечно, это довольно рискованно – вот так смыться с Марти Горманом и его командой. Ну, есть надежда, что все будет хорошо…

– Мисс Сантини? – крошечная женщина с ярко-рыжими кудряшками впилась в нее глазами. – Проходите.

Едва протиснувшись между горами папок и строчащих по клавишам машинисток, Роза пробралась к крошечному стулу. От дыма в комнате было не продохнуть и почти ничего не видно.

– Я прочла ваше письмо… Немного того, немного этого… «Батлинз» – хорошая школа, учит работать на аудиторию… Так чего бы вы хотели? Здесь на севере почти нет предложений. Варьете постепенно сходит на нет, а с ним и пантомима. Теперь главное – телевидение. В мюзиклы набирают девушек из лондонских театральных колледжей. Что ж… – она пыхнула сигаретой, – вы знаете классическую музыку… джаз… чечетку… Играли в любительских спектаклях. Ваш голос… Вы можете дать мне прослушать что-то? Нет с собой записи?

Роза помотала головой.

– Сколько вам лет? Восемнадцать? Роза Сантини – это ваше настоящее имя? Понятно, вот откуда итальянская внешность… Ну, спойте мне несколько тактов… чего угодно…

О боже, что же ей спеть?! Роза прокашлялась. Несколько раз глубоко вздохнула. И запела первые несколько строк арии из «Вестсайдской истории», постаравшись вложить в них всю душу и полноту голоса.

– Так, вполне прилично… Слух есть, голосом владеете. – Дилли помолчала и порылась в каких-то бумагах. – По правде говоря, мне нечего вам предложить. Разве что Сейди Лейн, она как раз набирает новую группу подтанцовки.

– Тень… от чего? – не расслышав, переспросила Роза, и Дилли раскатисто расхохоталась.

– Не тень… Сейди Лейн, певица!

– Ой, я думала, она давно умерла, – растерялась Роза.

– Вот уж это вряд ли. Живее всех живых, да и толще, пожалуй! Она хорошо выступала в конце сороковых вместе с Энн Шелтон, Тесси О’Ши и Дороти Скуайр. А теперь вот пытается снова вернуться на сцену, и это значит, что ей нужны рядом молодые голосочки и какая-то пристойная мелодия.

– Вы думаете, я ей подойду?

– Сначала надо пройти прослушивание. Она непростой человек, я бы даже сказала, слишком непростой. Поэтому прежнюю команду девушек она выгнала буквально на середине турне. Вы должны помнить, что в свое время она была в верхних строчках чартов. Кто-то другой пусть отправляется на пенсию, но только не Сейди. Вот тут у меня перечень ее требований. Прочтите, сразу поймете, о чем я говорю.