Только с дочерью - Бетти Махмуди

Гнев Махмуди мгновенно обрушился на новый объект. Правым кулаком он ударил меня по голове, так что у меня все поплыло перед глазами и я чуть не повалилась на спину.

– Убью! – орал он по-английски, сверкая глазами. Затем, с вызовом посмотрев на учителей, он сжал мне запястье, словно тисками, и обратился непосредственно к ханум Шахин.

– Я убью ее, – повторил он тихо, зловеще.

Он потащил меня за руку. Я попыталась было сопротивляться, но еще не пришла в себя после сильного удара и не смогла освободиться. Где-то в глубине моего воспаленного мозга пульсировала мысль – хорошо, что его бешенство излилось на меня. Я решила уйти с ним, увести его от Махтаб. Покуда он вдали от нее, с ней ничего не случится, твердила я себе. Пока я с ним, с ней все будет в порядке.

Внезапно Махтаб вывернулась из рук учителей и устремилась мне на подмогу.

– Не беспокойся, Махтаб, – проговорила я сквозь слезы. – Я вернусь. Отпусти нас. Отпусти нас!

Ханум Шахин подошла к Махтаб и обняла ее. Другие учителя расступились, дав нам с Махмуди дорогу. Все эти женщины были бессильны против гнева единственного вторгнувшегося сюда мужчины. Крики Махтаб становились громче и отчаяннее, пока Махмуди волок меня за собой – из класса, по коридору, на улицу. От боли и страха у меня кружилась голова, я панически боялась Махмуди. Вдруг он и вправду убьет меня? А если я выживу, что он вытворит с Махтаб? Увижу ли я ее снова?

На улице он гаркнул приближающемуся такси:

– Сюда!

Такси остановилось. Махмуди открыл заднюю дверцу и грубо втолкнул меня внутрь. На заднем сиденье уже жались друг к другу четверо или пятеро иранцев, и Махмуди сел впереди.

Когда такси влилось в поток движения, Махмуди, не обращая внимания на других пассажиров, повернулся ко мне и прорычал:

– Ты очень плохой человек. Я сыт тобой по горло. Я убью тебя! Сегодня же!

Он продолжал в том же духе еще несколько минут, пока я наконец не рассвирепела – исчезли и слезы, и страх.

– Правда? – саркастически спросила я. – Интересно, как же ты собираешься меня прикончить, расскажи.

– Большим ножом. Я разрежу тебя на куски. Нос и ухо отправлю твоим родственникам. Они тебя больше никогда не увидят. Вместе с гробом я пошлю им пепел от сожженного американского флага.

Меня вновь охватил ужас, сильнее, чем прежде. Зачем я ему перечила? Теперь он взбесился окончательно и может выкинуть все что угодно. Его угрозы звучали до жути правдоподобно. Я знала, что он способен на безумие, которое только что с таким смакованием описал.

Он не унимался – орал во все горло, бранился. Я сидела, притихнув. Уповала лишь на то, что его гнев изольется в словах, а не в поступках.

Такси, однако же, двигалось не в направлении дома, а в направлении больницы, где он работал. Он замолчал, обдумывая, как быть дальше.

Когда такси застряло в пробке, Махмуди повернулся ко мне и рявкнул:

– Вылезай!

– Я останусь в машине, – выпалила я.

– Я сказал, вылезай!!! – завопил он.

Подавшись назад, он дернул за ручку и открыл мою дверцу. Другой рукой он вытолкал меня на мостовую – я чуть не упала, едва успев встать на ноги. К моему изумлению, Махмуди остался в машине. Прежде чем я сообразила, что произошло, дверца захлопнулась и такси укатило прочь.

Оказавшись в гуще толпы, я особенно остро ощутила свое одиночество. Моя первая мысль была о Махтаб. Не помчится ли он в школу, чтобы забрать ее, избить, отнять у меня? Но нет, я поняла, что он поехал в больницу.

Наверняка Махмуди вернется в школу за Махтаб не раньше полудня. У меня в запасе было несколько часов.

Надо найти телефон! Позвонить Хэлен. Позвонить в полицию. Позвонить кому угодно, лишь бы прекратить этот кошмар.

Я блуждала по улице в поисках телефона довольно долго – мой русари намок от слез, – как вдруг узнала район. Я находилась в нескольких кварталах от дома Эллен. Я пустилась бежать, проклиная пальто, полы которого путались между ногами, и молила Бога, чтобы Эллен была дома. Хормоз тоже. Раз я не могу связаться с посольством, мне придется довериться Эллен и Хормозу! Мне придется кому-нибудь довериться!

Уже у самого их дома я вспомнила о близлежащей лавке, где Эллен с Хормозом пользовались телефоном. Может быть, мне все-таки удастся дозвониться до посольства? Миновав дом Эллен и приближаясь к магазину, я постаралась успокоиться, чтобы не вызвать подозрений. Уже в магазине я, изо всех сил стараясь держать себя в руках, объяснила хозяину, что Эллен моя подруга и мне нужен телефон.

Он разрешил мне позвонить.

Стоило мне услышать голос Хэлен, как я уже не могла сдерживаться.

– Пожалуйста, помогите, – прорыдала я. – Вы должны мне помочь.

– Успокойтесь, – сказала Хэлен. – Объясните, в чем дело.

Я объяснила.

– Он вас не убьет, – уверила она. – Он ведь и раньше грозился.

– На сей раз это не пустая угроза. Он собирается убить меня сегодня. Встретьтесь со мной, умоляю вас. Придите.

– А вы не можете заехать в посольство?

Я поразмыслила. Дорога в посольство была кружной и долгой – я никак не успевала в школу к полудню. А я должна была быть там во что бы то ни стало, должна была спасти своего ребенка.

– Нет, – ответила я. – У меня не получится.

Я знала, что Хэлен ежедневно осаждают сотни иностранцев, и у каждого – своя печальная, драматичная история. У нее не было ни минуты свободного времени. Но я так нуждалась в ней.

– Вы должны приехать! – крикнула я.

– Хорошо. Куда?

– К школе Махтаб.

– Ладно.

Я устремилась к магистральной улице, где можно было остановить оранжевое такси, по щекам у меня струились слезы, я отпихивала каждого преграждавшего мне путь встречного, и как раз в тот момент, когда я проходила мимо дома Эллен, из окна на втором этаже выглянул Хормоз.

– Бетти-и! – окликнул он. – Ты куда?

– Никуда. Со мной все в порядке. Оставь меня в покое.

Хормоз различил в моем голосе истерические нотки. Он выбежал из дома и легко нагнал меня в середине квартала.

– Что случилось? – спросил он.

– Оставь меня в покое, – вымолвила я сквозь рыдания.

– Нет. И не подумаю. Что случилось?

– Ничего. Мне надо идти.

– Загляни к нам, – предложил Хормоз.

– Не могу. Я должна ехать в школу к Махтаб.

– Загляни к нам, – ласково повторил Хормоз. – Все расскажешь. А потом мы отвезем тебя в школу.

– Нет. Я позвонила в посольство, и люди оттуда будут ждать меня около школы.