Шесть подозреваемых - Викас Сваруп

— Нет, сэр.

— Тогда все в порядке. Запрещайте эту мерзость. Вот мой приказ.

— Как скажете, сэр. Сегодня объявим в печати.

— И еще одно. Слушаете?

— Да, сэр.

— По-моему, вы не точно поняли мои инструкции насчет этого суперинтенданта, Навнита Брара. Не будь я министр внутренних дел, если он получит хотя бы одну медаль или награду.

— Сэр, я как раз собирался с вами поговорить. Он чрезвычайно отличился на службе. Брар в одиночку ликвидировал две главные наксалитские группировки, орудовавшие на границе с Непалом. Если мы вычеркнем его имя из списков представленных к награждению, это деморализует полицейские силы, и потом…

— Гопал, Гопал… Кто здесь министр, вы или я?

— Вы, сэр.

— Кто отдает приказы, вы или я?

— Вы, сэр.

— Тогда исполняйте сейчас же. Иначе завтра вы у меня будете заниматься детским здравоохранением, а не внутренними делами. Это понятно?

— Да, сэр.

— Доброе утро, Бхайя-джи. Это Алок Агарвал.

— Доброе утро. Какое счастье, что столь важная птица снисходит до разговора с мной каждые три-четыре месяца.

— Прошу вас, не надо так, сэр. Я всегда старался держать с вами связь, но что поделаешь? Иностранные партнеры то и дело требуют внимания. Я только вчера из Японии.

— Аррэ, у вас, бизнесменов, только и дела что путешествовать по миру. Сегодня в Японии, завтра в Америке. А люди вроде меня сидят себе и зарастают мхом в Уттар-Прадеше.

— К чему эти речи, Бхайя-джи? Вы столько сделали для процветания нашего штата. Я наблюдал за вашей кампанией на местных выборах. Похоже, у вас есть дар — повсюду притягивать к себе огромные толпы.

— Рад, что хоть вы это признаете. В газетах вечно меня критикуют. Я уже перестал их читать.

— Ну, к нашему телеканалу «Машаал» это не относится. Я лично давал указание отслеживать все ваши выступления.

— Да-да. «Машаал» проделал прямо-таки грандиозную работу. Ваше название — «Факел» — бьет прямо в точку. Факел истины! И кстати, там у вас потрясающая журналистка. Как, бишь, ее — Сима?

— Вы про Симу Бишт? Да, хороша. Чуть не получила звание «Репортер года».

— Уверен, она его заслужила более прочих. Прелестная девушка, правда. И такая красивая. Предложите-ка ей на днях взять у меня интервью. Как это будет по-английски?.. В общем, с глазу на глаз.

— Разумеется, Бхайя-джи. Скажу Симе, чтобы связалась с вашим офисом.

— Вы так любезны. Только не стоит впутывать сюда мой офис. Пускай звонит прямо на мой мобильный. Да, так что я могу для вас сделать?

— Ну, Бхайя-джи, вам известно, мы подали заявку на вторую электростанцию в окрестностях Дадри.

— Да, в прошлый раз вы об этом упоминали. Но ваши соперники — «Тата» и «Амбани».[114]Плюс еще Сингхания из «Джи-Пи груп»…

— Я знаю, Бхайя-джи, потому и обратился к вам. Вы обещали мне первую электростанцию в Реве. Вроде бы сделка уже состоялась, а потом контракт ушел к этой «Джи-Пи груп».

— Помню. Тогдашний главный секретарь, Мохан Кумар, лез вон из кожи, но премьер-министр обманул нас в самую последнюю минуту. Всем известно, что Сингхания прибрал его к рукам. Теперь же, когда Мохан Кумар в отставке, будет гораздо сложнее выбить этот контракт.

— А по моим источникам, Сингхания ведет себя так, словно электростанция уже у него в кармане. Если «Джи-Пи груп» и на сей раз меня обойдет, я могу вообще покинуть штат.

— Аррэ, разве Уттар-Прадеш — личная вотчина премьер-министра? Не может же он раздавать контракты только своим. Мы тоже в доле. Не сомневайтесь, вы все получите, причем на прежних условиях, договорились?

— Договорились, Бхайя-джи. Так я могу написать зарубежным партнерам, чтобы готовили оборудование к отправке?

— Да-да. Нет проблем. Только и вы не забудьте насчет Симы, хорошо?

— Как можно, Бхайя-джи. На этой неделе она с вами встретится. Я этим лично займусь.

— Вот и отлично.

— Алло. Это Рукхсана Асфар. Позовите, пожалуйста, министра внутренних дел.

— Джаганнатх сейчас отсутствует. У него выступление на собрании избирателей в Гопигандже. Сегодня последний день его кампании, завтра начнутся местные выборы.

— А вы кто?

— Я его личный секретарь.

— Скажите, у Джаганнатха-джи все в порядке с мобильником? Я целых две недели не могу дозвониться.

— Мэм, разве вы не в курсе? Наш Бхайя-джи меняет подружек чаще, чем вы — свою прическу. (Смех.) За это время можно было и догадаться… Алло?.. Алло?

— Пап?

— Да, Вики? Что-то у тебя расстроенный голос.

— Сегодня с почтой пришло письмо. Наксалиты угрожают меня убить, если не откажусь от проекта свободной экономической зоны в Джаркханде.

— (Смех.) И ты, конечно, уже наложил в штанишки? Аррэ, не забывай, кто твой отец. В Уттар-Прадеше нет имени страшнее, чем Джаганнатх Рай.

— Да, но мой-то проект не здесь, а в Джаркханде. Вдруг эти проклятые наксалиты до меня доберутся?

— Не бойся. Я прикажу приставить к тебе полицейский батальон.

— Папа, твои полицейские никуда не годятся. Лучше я напишу комиссару в Дели, попрошу для охраны спецназовцев.

— Ты делаешь из мухи слона. Эти наксалиты еще ни разу не поднимали руки на крупных дельцов.

— Не хватало мне только стать первым. Ладно, пока.

— Вы видели результаты местных выборов, Джаганнатх?

— Да, господин главный министр. Дела идут не так хорошо, как мы рассчитывали.

— Хорошо? Это сущая катастрофа. Партия потеряла семьдесят одно место. Как такое могло случиться? Вы уверяли меня, что все в порядке.

— Я обязательно выясню, в чем дело. Подозреваю, что члены оппозиции подкупили избирательную комиссию. Да еще эти Независимые мутят воду.

— А по моей информации, от нас отвернулись мусульмане. Это стоило нам по меньшей мере пятидесяти кресел.

— Зачем им так поступать? Мы так много делаем для мусульман.

— А зачем было провоцировать общественные беспорядки в Канпуре? Вы говорили: это, мол, принесет нам поддержку индуистов. И что же? Ни единого дополнительного голоса с их стороны, а мусульмане нас вообще покинули.

— Не беспокойтесь, господин главный министр. Я разработал новую стратегию, она поможет нам на следующих выборах.

— Какую стратегию?

— Думаю ублажить христиан, их голоса компенсируют наши потери. Я уже предпринял несколько важных шагов. Обойдемся без мусульман.