Шесть подозреваемых - Викас Сваруп

— Вы в своем уме, Джаганнатх? Аррэ, да они составляют восемнадцать процентов населения. А христиан не наберется и одного процента.

— Не в количестве суть, а в качестве. Знаете, какое удовольствие с ними общаться? Очень приятные люди.

— Общайтесь с кем пожелаете, но при чем здесь партийная работа? Похоже, мы совершили серьезную ошибку, когда поручили вам заниматься местными выборами.

— Не надо все сваливать на меня. Если партия получила мало голосов, это частично и ваша вина. В конце концов, кто из нас главный министр? И потом, вы постоянно связывали меня по рукам. Ваши помощники саботировали половину моих распоряжений. Когда бы не они, я мог бы творить настоящие чудеса.

— С вами бесполезно разговаривать, Джаганнатх.

Конец связи.

— Алло. Это Сима Бишт с телеканала «Машаал». Могу я услышать Джаганнатха-джи?

— Сейчас узнаю.

Гудки.

— Алло, Сима. Разве Алок не дал вам номер моего телефона?

— Дал, но мне было неловко звонить, мы ведь лично с вами не знакомы.

— Так давайте уже познакомимся лично.

— Пожалуй. Да, я хотела услышать ваше мнение по поводу смерти члена законодательного собрания Лакхана Тхакура.

— Что? Разве Лакхан Тхакур мертв?

— Это главная новость на нашем канале. Его застрелили полчаса назад при выходе из собственного дома.

— Какой ужас! Надеюсь, виновные арестованы?

— Нет, но начальник главного управления полиции Б.П. Мория заявил, что заказчик убийства связан с лесопильной мафией. Так мы можем встретиться?

— Непременно. Знаете, у меня очень милый домик для гостей в Гомти-Нагаре. Приходите сегодня вечером — скажем, около десяти.

— Не поздновато?

— Это будет деловой ужин. У нас ведь найдется что обсудить.

— Хорошо, там и увидимся.

— До встречи.

Гудки.

— Бхайя-джи, вас тут спрашивает Прем Калра.

— Кто?

— Прем Калра, издатель «Дейли ньюс».

— А, эта свинья? Ладно, соедините.

Гудки.

— Здравствуйте, Прем. Давненько вы обо мне не вспоминали.

— Я не отниму у вас много времени, господин министр. Один вопрос: ваши комментарии по поводу смерти Рукхсаны Афсар?

— Да, это очень печально. Она преданно служила нашей партии.

— Как по-вашему, что заставило ее покончить жизнь самоубийством?

— Откуда мне знать? Спросите в полиции.

— Вы в курсе, что Рукхсана оставила предсмертную записку?

Молчание.

— И что там?

— Там написано: «Моему милому Джаганнатху» и дальше — двустишие Галиба. Довольно красивое:

Поздно ты вспомнил обо мне!.. У ног твоих положить что мне? —

себя, иль годы без тебя, что за долги дни пошли прахом?![115]

— Действительно, очень красиво. Ну а я здесь при чем?

— Говорят, что у вас был роман, а потом вы ее оставили.

— Ложь. Наглая ложь. Мы едва знали друг друга.

— Вас нередко видели вместе.

— Да, я публичная персона. Часто бываю на людях, общаюсь в том числе и с женщинами. Это еще ничего не значит. Я женат и счастлив в браке.

— Есть еще запись.

Продолжительное молчание.

— Какого рода запись?

— Аудиопленка.

— И что на ней?

— О, много интересного. Ваша с Рукхсаной беседа, с цитированием довольно красивых двустиший Галиба. Больше всего мне нравится та часть, где вы нелицеприятно высказываетесь о премьер-министре.

— Откуда у вас эта пленка?

— Рукхсана переслала мне ее по почте за день до смерти. Видимо, записала сама.

— Полиция в курсе?

— Нет. Кассета хранится у меня. Хотите послушать отрывочек?

Молчание.

— Ну так как, господин министр?

— Чего вы хотите?

— Правды.

Смех.

— Бросьте свои журналистские штучки. Каждый человек имеет свою цену. Назовите вашу.

Молчание.

— Двадцать лакхов наличными плюс целый год правительственной рекламы для моей газеты. Торг неуместен.

— На первое согласен, второе не в моей власти. С этим, пожалуйста, к министру информации.

— Тогда тридцать лакхов.

— Двадцать пять.

— По рукам.

— Мухтар?

— Да, босс.

— Нужно встретить партию оружия из Непала.

— Могут возникнуть сложности, босс. Последнее время граница усиленно охраняется. А вдруг меня задержат с грузом?

— Ничего. Возьмешь одну из моих служебных машин с синей мигалкой, пересечешь границу и дуй прямиком на наш склад.

— Отлично придумано, босс. Машину министра внутренних дел никто не посмеет остановить.

— Алло. Это Сима.

— Алло, джанеман. Где же ты пропадала? Мы целую неделю не виделись.

— Дела. Я готовила материал о фестивале Аудх. И еще это шоу, самое крупное в истории Лакхнау. Там была даже королева Болливуда.

— Аррэ, зачем тебе бегать за этими кинозвездами? Их мало кто уважает. Они готовы плясать за деньги, как нанятые евнухи на свадьбе.

— Да, но туда явилась добрая половина Лакхнау. По-моему, Шабнам затмила всех.

— Кто это — Шабнам?

— Шабнам Саксена. Популярнейшая индийская актриса наших дней.

— Не разбираюсь я в этих новых героинях. Последний фильм, который я смотрел, назывался «Мать Индия». Вот Наргис — это актриса!

— Не разбираешься в героинях? У тебя же сын — известный продюсер.

— Ну, кино по его части, а я от этого страшно далек. По мне, так ты прекраснее любой кинодивы.

— Не подлизывайся. Лучше скажи, ты исполнил мое поручение?

— Какое поручение?

— Контракт на поставку спиртных напитков для моего дяди в Фафамау.

— Да-да, считай, что все готово. Но знаешь, эта бумажка недешево мне обойдется.

— Почему?

— Тендер для Фафамау всегда получал Шакил. Конечно, я уломал его, чтобы услужить твоему дядюшке. Но теперь придется как-то отрабатывать долг.

— Ну, я-то свой долг отработаю у тебя в постели.