Война и мир в твиттере - Эмма Лорд

– Пеп, все будет хорошо.

В его голосе не было насмешки. Он сказал это настолько твердо, что мне показалось, что я стою на земле, а не где-то высоко над ней.

– Если честно, я думаю, тебе даже понравится.

Я открыла глаза и встала на доску. Она была толстая, но скользкая от воды после тренировки команды по дайвингу. Я поджала пальцы ног, чтобы почувствовать грубость кожи стоп и убедить себя, что не поскользнусь.

– У меня такое чувство, что я должна пройти по доске, как Вэнди из «Питера Пэна». – Мой голос звучал слишком хрипло.

– Просто представь, какой очередной странный десерт ты приготовишь, чтобы запечатлеть этот неприятный опыт, – сказал он. – Например, кремовый пирог «Прыжок с Вышки».

– Яблочный крисп «Акрофобия»^[23].

Джек хохотнул. Его смех эхом отразился от стен бассейна, напоминая мне, как далеко он от меня и как высоко я нахожусь.

Я наклонилась к краю и посмотрела вниз. Бассейн был пуст. Сейчас было холодно, поэтому мы были одни. Из-за этого у меня возникло чувство, словно в бассейне воды и вовсе нет.

– Эй, – сказал Джек.

Я хотела повернуться и посмотреть на него, но мне казалось, что если я это сделаю, то обязательно потеряю равновесие и свалюсь вниз.

– Тебе необязательно делать это.

Единственным моим более упрямым качеством, чем страх, была только моя гордость. Но его слова заставили меня немного расслабиться.

– Я проиграла спор, – возразила я, все еще глядя на воду.

Его голос был таким тихим, что если бы в помещении был кто-нибудь еще, то я бы не услышала его.

– Да, но я не стану относиться к тебе хуже, если ты не сделаешь этого.

Все вокруг застыло, я не слышала ничего, кроме бешеного тум-тум-тум между ушей. Страх окутывал меня, как вторая кожа, он стягивал мои кости. Я моргнула, затем еще раз. И потом стала уже разворачиваться, чтобы спуститься вниз.

– Пеппер?

Тогда я поняла, что это не страх. По крайней мере, не тот страх, которому я могу дать имя. Это не просто вышка – это восход, который я встречала, пока в шестой раз переписывала свое эссе. Это наглая ложь, которую я бросила в лицо сотруднику приемной комиссии, о том, чем я хочу заниматься в жизни, потому что на самом деле я понятия не имела. Это внезапная тишина на другом конце провода, когда я разговариваю с Пейдж и в этот момент заходит мама, и никто из нас не знает, что бы такого сказать, чтобы не разозлить другого. Это тысячи километров извилистых дорог, которые лежат между Пеппер сейчас и Пеппер тогда, и я даже не знаю, которая из них я.

Внезапно это показалось таким глупым, таким… одолимым. Прыжок с вышки – это глупая, нелепая, мимолетная вещь, которая и рядом не стояла с проблемами, от которых я убегаю годами.

Я издала визг и прыгнула.

У меня сразу сжалось все в животе. Я закрыла глаза, и вокруг меня остался только воздух и вечность. У меня сперло дыхание, а я все падала, падала, падала…

Я погрузилась в воду целиком, глухой звук моего падения шокировал, но боли не было. Я позволила себе погрузиться еще немного вниз и открыла глаза. Это тот самый бассейн, в который я погружала голову тысячу раз, но сейчас все ощущалось иначе – словно свет ярче в том месте, где он соприкасается с водой, словно я сама достигла чего-то важного.

Я вынырнула, хватая ртом воздух, и стянула очки. Джек сидел на краю бассейна и смотрел на меня.

– Охренеть!

Лицо Джека озарила улыбка, и теперь я поняла его. Поняла взгляд Джека, когда он вынырнул после прыжка, взгляд, с которым он сейчас на меня смотрит. Его глаза сияли, в них отражалось огромное удовольствие.

– А теперь попробуй с открытыми глазами.

Ни за что в жизни, хотела сказать я, но он протянул руку, чтобы помочь вылезти из бассейна, сжал мою ладонь и вытянул меня на сушу, и во мне разлилось незнакомое чувство. Я чувствовала себя не так, словно в меня ударила молния, – я сама была молнией.

– Да, – сказала я. – Я сделаю это еще раз.

Он улыбнулся еще шире.

– Умница.

И я сделала это. У меня ужасно получаются нединамичные движения, но я все равно забралась на вышку еще раз, и Джек вскарабкался туда вместе со мной, встал с краю и ждал, когда я прыгну еще раз. Второй прыжок был таким же захватывающим, как первый: я смотрела на мир вокруг себя, позволяя себе падать, потому что знала, что внизу есть что-то, что поймает меня.

Джек крикнул «опля!», когда я вынырнула, затем оттолкнулся от доски, сделал сальто в воздухе, согнулся пополам в последнюю секунду и погрузился в воду.

– Показушник, – фыркнула я, когда он показался на поверхности.

– От такой и слышу. – Он откинул волосы назад, обрызгав меня водой. Я стянула шапочку, закинув ее на бортик, и хлестнула его волосами. Я попала ему прямо в глаза, и он застыл.

– Ой, изв… пф-ф-ф!

Я не была готова к тому, что в ответ он меня окатит водой так, что я чуть не захлебнусь. Я пронзительно завопила и ударила по воде рукой, чтобы обрызгать его в ответ. Когда я поняла, что в этой игре он сильнее и опытнее меня, то положила руку ему на голову, чтобы окунуть его под воду – только в этот раз он предвидел это и положил свою руку на мою голову, так что под воду мы пошли вместе.

На несколько мгновений мы превратились в клубок рук и ног и пытались пихнуть локтем или толкнуть друг друга под водой. Мы оба смеялись и хрюкали как ненормальные, когда всплыли на поверхность, и я оттолкнулась от него и прыгнула в воду, как русалка, чтобы облить его водой. Он бросился за мной, но не мог догнать меня, потому что в этом он мне не ровня – я могу наматывать круги вокруг него до бесконечности, и он это прекрасно знал.

Я немного замедлилась, но этого было достаточно, чтобы Джек смог догнать меня, и, пока он проплывал подо мной, я орала, словно увидела огромную белую акулу.

Он высунулся на поверхность с бессовестной улыбкой на лице.

– Ты козел. – Я толкнула его в плечо.

Он оперся плечом о мою ладонь и немного опустился под воду так, чтобы мы с ним поравнялись.

– Что, думала, ты здесь лучший пловец?

– Да ладно. – Я закатила глаза. – В настоящем заплыве ты бы не смог меня догнать.

– Да что ты?

– Я бы сделала тебя.

– Так сделай.

Было достаточно неглубоко, поэтому мы оба стояли в воде. Ухмылка Джека была так близко, что я буквально дышала ему в лицо, уставившись в его карие глаза, вокруг которых струилась вода. Мне казалось, что вода сама подталкивала меня к нему. Я запрокинула голову, и вызов в глазах Джека смягчился и уступил место чему-то другому – словно противостояние, которое было между нами последние несколько недель, стиралось, а ему на смену приходило что-то новое и неизбежное, что-то, что мы оба игнорировали все это время.