Игра в Иную Реальность. Хранитель - Александра Крючкова

Декабрь 1988. Москва

Я вхожу в большую комнату. Мама замечает меня, улыбается, встаёт с дивана и подходит ко мне. Я обнимаю её.

– Я так рада тебя видеть! Как хорошо, что ты пришла!!! – произносит мама с отчаяньем.

– Я не могла не прийти.

Она смотрит на меня своими бездонными чёрными глазами, наполняющимися ужасом и слезами одновременно, и спрашивает:

– Алиса, я… я… умерла?!

Я не могу ей врать.

– Да, мама.

Она отчаянно машет головой, не веря, вернее, не желая поверить в это, и её голос срывается на крик:

– Нет… Нет! НЕТ!!! Я ЖИВА!!! Я НЕ УМИРАЛА!!! ЛЮДИ НИКОГДА НЕ УМИРАЮТ!!! Ты сама говорила мне об этом!!!

Слёзы появляются у меня в глазах, но я не могу врать ей:

– Ты умерла… Три дня назад… Утром… В восемь двадцать. И сегодня – похороны… Разве ты не видишь там, на столе?..

Мама оборачивается к столу, на котором лежит её неподвижное тело, в бессилии садится на диван напротив, плачет, а потом внезапно произносит:

– Я должна вернуться в него… Пока ещё не поздно… Алиса, нам нужно переписать этот кошмарный сон! Всё произошедшее – сон… Я не умерла. Ты же видишь: я – здесь, и я живая… У нас есть эта ночь… Мы должны что-то изменить, чтобы я смогла вернуться обратно. До того как они закопают тело. Я не хочу уходить, Алиса, не хочу!!!

Я хочу жить!!!

Она подходит и умоляюще смотрит мне в глаза.

– Помоги, ну пожалуйста!!! Помоги переписать этот сон! Алиса, ты же можешь! Я знаю, ты можешь! У тебя обязательно получится!!!

Я отрицательно качаю головой:

– Я не умею переписывать сны…

– Ты умеешь, ты просто ещё не знаешь об этом… Давай попробуем вместе, пожалуйста… Помоги мне… Никто не видит и не слышит меня, только ты… Алиса, я сделаю всё, что ты скажешь!

– Хорошо, – соглашаюсь я. – Давай попробуем вернуться в день накануне твоей смерти… Скажи, что мы можем изменить в нём, чтобы ты осталась?

Мы попадаем в тот день. И все его события разворачиваются перед нами будто наяву. Мы видим всё, что происходит, со стороны. Мама пытается сделать что-то иначе – она не пьёт таблеток на ночь, но вот наступает роковое утро. Где-то справа тикают часы. И как только стрелки доходят до 8:20, её сердце останавливается.

Мама обречённо смотрит на меня.

– Алиса, нам надо вернуться ещё раньше! Пожалуйста!!!

И мы возвращаемся – день за днём, шаг за шагом отступая в прошлое, пытаясь что-то в нём изменить. Каждый раз, когда мама «вносит правки», мы пролистываем календарь обратно – в 21 декабря 1988-го. Но каждый раз в 8:20 её сердце останавливается.

Мама плачет:

– Нет! НЕТ! НЕТ!!! Я НЕ ХОЧУ ТАК! Я ХОЧУ ЖИТЬ!!! АЛИСА!!! ПОМОГИ МНЕ!!! ПРИДУМАЙ ЧТО-НИБУДЬ!!!

Моё сердце разрывается от боли, я плачу вместе с ней от того, что не могу ничего изменить… Всё слишком поздно…

Мы успеваем отмотать календарь на год назад, в декабрь 1987-го, но итог на 21 декабря 1988-го – всё тот же…

– Сколько у нас осталось времени? – отчаянно спрашивает мама.

– Пять минут… Твоя сестра поставила будильник на 7:30. И она сразу разбудит меня, чтобы мы успели приехать… сюда, к тебе, к девяти.

Мама в бессилии опускается на диван.

– Нет, Алиса… Нет… Нет… Пять минут… Мы не успеем…

Внезапно я ВСПОМИНАЮ!!! Да! Я знаю, в какой день мы должны вернуться! Усилием воли я вызываю события того дня, и он утягивает нас в своё пространство. Когда-то я рассказывала маме, что произошло в ту ночь, но она не поверила, считая, что мне просто приснилось.

Мы оказываемся в больничной палате. В реанимации. Безжизненное тело девочки под капельницами.

Мама вопросительно смотрит на меня. Я молчу. Я знаю, что будет дальше. Мама ещё не вспомнила, но я хочу, чтобы она вспомнила сама и сделала свой выбор сейчас, здесь, снова… У нас есть ещё целых пять, нет, уже три минуты…

Внезапно мама замечает саму себя, в виде фантома в дверях палаты. Фантом девочки отрывается от безжизненного тела и подходит к тем же дверям.

– Мама!!! Я так рада, что ты пришла! Забери меня отсюда!!!

– Я не могу, Алиса, – произносит та. – ТЫ ДОЛЖНА ОСТАТЬСЯ, А Я – УЙТИ…

Наблюдая эту картину со стороны, мама внезапно вспоминает… и переводит на меня взгляд, исполненный ужасом осознания. Она хочет, чтобы я опровергла её догадку. Но я тихо произношу:

– Да, мама, да… Это – ночь с 3-го на 4-ое сентября 1987 года – дата моей смерти. Единственная дата, в которой ты можешь внести правки, чтобы проснуться сегодня… Ты должна изменить СВОЁ РЕШЕНИЕ УЙТИ ВМЕСТО МЕНЯ.

Мама смотрит мне в глаза и берёт меня за руку.

– Алиса… Но тогда…

– Да, мама… Тогда Я навсегда останусь в этом сне… И уже не проснусь… Утром… Когда проснёшься ты…

– НЕТ!!! НЕТ!!! АЛИСА!!! СКАЖИ, ЧТО ЭТО НЕПРАВДА!!!

– ЭТО Я ДОЛЖНА БЫЛА УМЕРЕТЬ, А НЕ ТЫ… Ты можешь сейчас изменить своё решение, я не обижусь на тебя… Зачем мне жить без тебя, мама?

Она подходит к безжизненному телу на столе. Ей так хочется вернуться. Но она поворачивается ко мне и протягивает руки. Я подхожу и обнимаю маму, мы обе плачем. Я вдруг понимаю, что никогда не говорила, что люблю её. И я уже хочу произнести эти слова, как внезапно слышу звонок будильника в соседней комнате.

Мама тоже его слышит. Мой сон окутывает Туман. Всё растворяется в нём. Но до меня доносятся её последние слова:

– Прости, я не верила твоим снам… Но ты умеешь их переписывать, и однажды…

Я не расслышала, что мама произнесла дальше. Тётя настойчиво будит меня:

– Алиса, проснись… Проснись, солнышко… Проснись же!.. Нам пора…

* * *

Март 2012.