Змея в конверте - Лариса Васильева

Сначала она хотела жить там же, где и прошлый раз, одна. Иван Федорович не возражал, провел до домика, открыл дверь, невозмутимо наблюдал за нею. Оля постояла на пороге и отвернулась. Сразу вспомнились Андрей и Женя. Нет, невозможно оставаться здесь одной. Ее поселили в доме Ивана Федоровича, выделили светленькую комнатку, делать было нечего, смотреть видеофильмы Оля не захотела, тогда ей показали громадный книжный шкаф, вот это ей сейчас больше подходит. Будет сидеть в своем уголочке и читать.

Маленькие любопытные детишки Ивана Федоровича заглядывали к ней время от времени, а больше в первый день никто и не заходил, не тревожил, даже Макса не было. Хозяйка только стеснительно звала ее к столу. Оля поняла, что здесь у Ивана Федоровича другая жена. Одна для города, другая для дачи… Такой же наверно, как Макс, как Игорь… Подумала так и самой стало больно от того, что Игоря можно сравнить с Максом.

Так она провела почти две недели, перечитала всю классику, другой литературы здесь не было. А потом на рассвете подул ветер. И теперь она уже изнутри увидела, что творится в деревне: смесь радостного оживления и легкого ужаса, это кто как воспринимал вой. Оля тоже ощутила непреодолимое волнение.

— Ну что? Готова? — за ней пришел Иван Федорович.

— Я не хочу участвовать в ритуале. Могу я просто так посидеть, за скалой, в сторонке?

— Конечно, конечно, как пожелаешь. Все равно пока не произойдет физиологический сдвиг в организме, смысла нет участвовать в ритуале… Но многим нравится и без всякого смысла. Вот что сделаем, пройдешь сразу в пещеру, Макс будет рядом с тобой, а то вдруг почувствуешь себя плохо, такое тоже бывает… Или наоборот очень хорошо… В таком случае тоже может потребоваться его помощь… — лукаво улыбался Иван Федорович.

— А как же ритуал без него?

— Без проблем, справимся сами, — засмеялся он. — Не один Макс вояка, не перевелись еще народные умельцы.

— Так вам же пещера будет нужна… — смутилась она.

— Сказал — не волнуйся, все решаемо.

На этот раз ей было смешно видеть взрослых людей одетых в маскарадные костюмы: играются… По одному, по два участники предстоящего спектакля спешат со всех сторон в гору. Оля снисходительно наблюдала за ними — сейчас уж это ее не волнует, она переросла такие игры… Макс зашел за ней и они пошли вдвоем чуть позже, поднялись на ритуальную площадку, когда все уже стояли в кругу. Кто-то отдавал распоряжения, значит, это не просто стихийное буйство плоти. Макс провел ее за скалами, ко входу в пещеру. Запах здесь был просто нестерпим, Ольге сначала показалось, что ее сейчас вырвет, она задыхалась, потом принюхалась, и этот запах уже начал ее пьянить, дурманить. Макс все поглядывал на нее, но молчал. Ветер завывал все громче, тональность его песни изменилась, по сравнению с прошлым разом: то ли сила ветра была другая, то ли отверстия поменяли форму и размеры. Аромат и звук действовали теперь слаженно, накатывали волнами, будили тайные желания. О Господи, оказывается, она забыла, как это было! Вскоре, она уже не могла больше выносить этого воя, он перевернул всю душу. Если бы Игорь был здесь! Тогда бы она расслабилась, окунулась в море чувств, разбуженных в ее душе и плоти. Оля хотела убежать, вскочила, но Макс легонько взял ее за руку и заставил сесть.

— Терпи, а то не поможет, ты слишком мало здесь пробыла.

Да, она совершенно забыла, как действуют вой ветра и влажный терпкий запах земли. Даже не видя этих развратных танцев очень трудно было удержаться, не поддаться искушению.

— Гад ты, Макс, знаешь ведь, как влияет эта атмосфера. Специально меня держишь? Не трогай, не касайся меня! — Оля вырвала руку.

— Конечно специально, меня для того и привезли, чтобы ты здесь пробыла достаточно долго, — он улыбался. — Зачем же себя сдерживать? Я в твоем распоряжении. Пока еще могу…

— Нет, не хочу. Ни за что!

— Жаль. Не знаю как ты терпишь, может быть на тебя так не действует, как на меня, но я-то теперь долго буду помнить этот день…

Оля опустила голову на руки и сидела покачиваясь и тихонько поскуливая.

— Не понимаю, зачем себя так мучить? Что, твоему парню меньше достанется? Он бы наверняка не стал сдерживаться. Ну терпи, терпи!

А через некоторое время опять начинал:

— Оля, ну зачем ты так? Ты мне так нравишься, я так радовался встрече с тобой, — и осторожно брал ее за руку, а Ольга резко выдергивала — нет, это лишнее, так она не устоит.

Потом Макс откинулся навзничь, то ли спал то ли бредил, Оля некоторое время еще оставалась в сознании, а потом тоже уплыла. Игорь склонился над ней и крепко поцеловал, и она упивалась его поцелуем почти теряя сознание, и торопила его, ей хотелось большего…

Вскоре ветер стих, Оля очнулась, сейчас она была уверена — все здесь только снится, Макс тоже пришел в себя и они вернулись в деревню. А на следующий день пошел дождь. Оля надеялась, что теперь с нею все уже будет в порядке, но Иван Федорович уговорил ее не торопиться, подождать еще одного ветра, время-то сейчас такое, в эти дни частенько дует, а потом все, покой до следующего года. Не стоит упускать эту возможность. Она осталась ждать. Через неделю Иван Федорович привел к ней местного диагноста. Тот не касаясь ее, водил вдоль тела ладонями. Оля поняла, что человек на самом деле, чувствует организм:

— Аппендицит удален в детстве, — сказал он.

Она терпеливо ждала, когда же он произнесет свой приговор, но не видела, как экстрасенс за ее спиной утвердительно кивнул Ивану Федоровичу головой, а вслух он сказал другое:

— Пока сдвигов нет, обязательно надо повторить. Я думаю, необходимо участвовать в ритуале, если вы помните, там прижигались определенные точки…

— Ну можно и без ритуала прижечь…

— Да вы что, мы же не садисты. Нужен настрой, это приходит во время танца, там ведь боль не чувствуется, а без этого попробуй, прижги, так вообще все откажет… Так что, будем надеяться, что ветер еще задует…

— Судя по тому, как вы поступили с моими друзьями, вы точно садисты…

— К сожалению, тогда нас здесь не было, а просто охранники сами не могут принять правильное решение, они испугались, что не выполнили свои обязанности, допустили утечку информации, вот и перестарались.

— Как вы спокойно об этом говорите…

Они ушли и по дороге врач сказал Ивану Федоровичу, что яйцеклетка уже созревает, если сейчас не произойдет оплодотворение, то наступит овуляция.

Они помолчали.

— Господи, ну пошли нам хороший ветерок! — Иван Федорович даже перекрестился.

Оля согласилась на участие в ритуале.

— Ну а почему так грустно? — спросил Иван Федорович.

— Что же мне веселиться? Чувствую себя подопытной свиноматкой…