Проигрыш - дело техники - Сантьяго Гамбоа

— Отлично, мамита! Желаете, чтобы я приготовил для вас чек на кругленькую сумму?

— Поговорим об этом позже.

Из коридора послышались шаги.

— Все, кладу трубку, чао!

В дверь стукнули два раза, и она пошла открывать.

— Добрый день, — сказал Силанпа.

— Виктор, слава богу, что ты приехал! — Сусан взяла его за руку и втащила в номер. — Я тут вся извелась от страха, черт побери! Мне все мерещатся головорезы Тифлиса, дергаюсь из-за малейшего шума в коридоре.

— Здесь вам ничто не грозит, Сусан, не бойтесь.

— Сколько времени мне придется торчать в этом отеле?

— Пока не знаю, но вам лучше оставаться здесь, пока все окончательно не решится. Вечером пойду в полицию говорить с начальником.

— Этим можно только все ухудшить.

— Дело обернулось так, что разбираться с ним теперь только в их компетенции, я всего лишь журналист.

— Но ведь по сути эта земля принадлежит Тифлису. Так зачем отбирать ее у него? Ведь в этом вся проблема.

— Не забывайте, что есть еще два трупа.

— Трупы есть повсюду, Виктор, куда ни погляди!

— Тут вопрос, с какой стороны смотреть.

— Лично я на стороне живых и меня отнюдь не радует перспектива заиметь врага вроде Тифлиса.

— Вы и я сражаемся с врагами по-разному, — сказал Силанпа, закуривая.

— Знаю, только в отличие от вашего мое сражение можно выиграть.

— Выигрыш не всегда правильный результат.

— Правильный, если речь идет о выживании.

— Не волнуйтесь, мы все останемся живы.

— Надолго ли?

— Этого никто не знает.

Сусан подошла к нему вплотную.

— Предлагаю вам сделку, Виктор. У вас есть документы, а у меня информация, которая может оказаться вам полезной. Землевладение вас не интересует, вам надо знать, кто убил Перейру Антунеса, посадил его на кол на берегу озера и зачем. Я правильно понимаю?

— Я слушаю. Что за сделка?

— Отдайте мне бумаги, а я помогу вам раскрыть дело. Верну документы Тифлису, он проникнется доверием ко мне, и я смогу выведать у него, как было совершено убийство. Вы опубликуете сенсационное разоблачение в газете, прославитесь, а я обрету свободу. По рукам?

— Мне не нужна слава.

— Не морочьте мне голову, Виктор! Все хотят извлечь из этой заварухи то, что им нужно.

Силанпа закурил очередную сигарету.

— Мне нужна информация, которую вы пока отказываетесь мне предоставить. Расскажите о Перейре Антунесе.

— Я предложила вам сделку!

— Я ее не принимаю.

— Но тем не менее хотите, чтобы я вам все рассказала?

— Да, потому что тогда мне не придется звонить в полицию, а их методы допроса не похожи на журналистское интервью.

Сусан закурила свой «пэлл-мэлл» и с усталым видом опустилась в кресло.

— Перейра Антунес был хорошим человеком с благородным сердцем, но, к несчастью, обладал притягательной силой для всякой швали. Денежный мешок, владелец многочисленных предприятий, но в глубине души один из нас — людей, которые не терзают природу орудиями производства ради собственной выгоды. Многие пользовались его великодушием в своих интересах.

— Тифлис похитил его, чтобы убить и присвоить землю на Сисге?

— Я уже говорила вам, что Тифлис похитил его не для того, чтобы убить. Иначе он не стал бы накачивать его наркотиками. Перейру Антунеса убили те, кто похитил его у Тифлиса.

— Кто они?

— Вероятно, Эскилаче или Варгас Викунья… С этим делом связаны одни и те же имена. Больше мне пока вам нечего сказать.

Силанпа взял со стула свой пиджак и направился к двери. Перед тем, как выйти, он вынул из нагрудного кармана конверт и показал Сусан.

— Вот документы, которые все разыскивают. Вспомните еще что-нибудь, и тогда вечером, возможно, мы заключим сделку.

Он закрыл за собой дверь и вышел из гостиницы.

Отпустив такси на площади Лоурдес, Силанпа зашел в кафе «Сан-Фермин», заказал беляш с мясом и воспользовался телефоном.

— Добрый день, я хотел бы поговорить с вашим посетителем по фамилии Эступиньян — сеньор среднего роста, полноватый…

— Секундочку, я спрошу…

— Хефе, какая точность!

— Рассказывайте, что удалось выяснить.

— Вы сидите или стоите?

— Стою, но тут есть, за что ухватиться.

— Тогда хватайтесь!

— Что случилось?

— Марко Тулио Эскилаче убит ночью в своем кабинете, ему всадили пулю в лоб.

— Не может быть!

— Я же говорил вам, дело приняло опасный поворот!

— А кто убил, известно?

— Нет. Когда я приехал, совсем рано, у входа стояла полицейская машина. Труп уже увезли, но детективы еще осматривали место преступления, искали улики.

— Так, через десять минут встречаемся в комиссариате.

— Си, сеньор!

Силанпа сел в автобус на авениде Каракас. Какой-то калека стал тыкать ему в лицо своей культей, требуя монету, и он в ужасе отдал купюру в пятьсот песо. «Как мне тебя не хватает! — вспомнил Силанпа о муньеке. — Сколько мудрых слов, так необходимых мне именно сегодня, мог бы я услышать от тебя!»

В дверях комиссариата, под изображением меча правосудия на фоне национального флага, его поджидал встревоженный Эступиньян.

— Советника оставили с холодными ногами, — произнес он. — Как призрачна жизнь, вам не кажется?

— Пошли послушаем, что нам расскажут здесь!

Капитан Мойа продолжал сидеть на диете «джуси фрут». При виде посетителей он поднялся из-за стола с радушной улыбкой. Силанпа с удивлением посмотрел на образ новорожденного Христа с двумя зажженными свечками на краю письменного стола.

— Это не просто образ младенца Иисуса, Силанпита, это Иисус-младенец Пражский! А вот это падре Альманса, слышали о нем? Он опять заплакал со своего портрета, только об этом и разговоров по всему городу. — Мойя отошел к окну и спросил, не поворачиваясь: — Ну? Что скажет мой любимый представитель пишущей братии?

— Что я удивлен, капитан!

— Диета дает очевидные результаты, не так ли? Если похудание и дальше пойдет такими темпами, я скоро смогу выступать акробатом в русском цирке.

— Вообще-то, если честно, я больше имел в виду убийство советника…

— Ах да, конечно…

— Но теперь я и сам вижу и восхищаюсь вашей стройной фигурой.