Главное – выжить - Марина Иванова

Общение между коллегами, которые уже имеют опыт работы, тоже приносит свои плоды, поэтому проводятся выездные занятия по обмену опытом в лучшие хозяйства, к лучшим руководителям.

С таким нежеланием многие слушатели едут на эту учебу, жалея времени, которого и так в обрез. И еще с большим нежеланием уезжают из райского уголка, понимая всю значимость приобретеных знаний для дальнейшей работы.

Каким образом ректор института Григорий Владимирович Хворостов внушил всем сотрудникам любовь к своей работе, никто не знал. Но что все очень честно работали и выкладывались на все сто процентов, – это было неоспоримым фактом. Находились, конечно, экземпляры, которые заболели, как говорится «прелестью». Одним из таких работников и была Алевтина Петровна Недоспелова, кандидат сельскохозяйственных наук. Она была дочерью Галины Никитичны Форовой. Фамилию получила в наследство от бывшего мужа, который не соответствовал ее параметрам: он был беден! Поэтому она быстро с ним развелась и находилась в долгосрочном поиске.

– Ты куда так несешься? – спросила язвительно Алевтина Петровна у Кати. – Все хочешь выслужиться. Да не будешь ты работать на моем месте. Я же тебе сказала, что он дочке своей приготовил его.

– Я и свое – то место не знаю, уже не говоря о твоем, – ответила Катя. – Когда ты уже успокоишься? Тебя что так сильно обидели в институте? Зарплату хочешь побольше? Или тебе хочется на место самого шефа сесть? Я не пойму тебя никак. Но тебе всего двадцать пять лет, ты, – кандидат наук, пишешь докторскую. Зачем тебе власть?

– Я умнее всех, и поэтому я должна стать ректором этого учреждения, – заметила безапеляционно Алевтина Петровна.

– Чтобы стать руководителем, нужно такой иметь опыт работы за плечами, как у Григория Владимировича. И быть вожаком. А ты уверенна, что тебя уважают и пойдут за тобой?

– Я авторитарный руководитель. Я как Сталин. Все будут меня бояться и делать, что я прикажу.

– Ой, извини, меня, пожалуйста, ну, это уже диагноз: «Клиника», – сказала, смеясь, Катя и побежала прочь от этой «Чумы», чтобы не заразиться.

Длинный коридор с многочисленными стендами важно открывал двери своим посетителям. Много напольных цветов, – подарки выпускающихся слушателей, – стояли в холле. Кожаная мебель, кресла и журнальный столик также находились в рекреации института.

Кабинет завуча и преподавателей находились в одном крыле учебного заведения. Катя забежала в кабинет завуча, взяла у нее список читающих преподавателей и, подбежав к каждому, попросила их приготовить нужную информацию для методических папок.

Нина Ивановна Дружкова, завуч института, была без пяти минут кандидатом наук. Молодая красивая девушка. И, главное, очень умная, не по годам всегда с двух слов понимала, что от нее хотят. Муж у нее тоже был кандидатом наук и писал докторскую диссертацию. Но проще и добрее, чем эти два умных человека, Катя не видела людей никогда. Они не показывали своего превосходства над другими людьми и никогда не спорили с дураками. Они всегда и со всеми соглашались. Никому ничего не доказывали и делали все по – своему.

На должность шефа не претендовали и весьма довольны были своим положением. Они никогда не сожалели о том, что не родились в то время, когда коммунисты давали всем кандидатам наук жилье бесплатно. Как это делала Переспелова, выбив квартиру с торца жилого дома. Дружковы жили на квартире, снимали коттедж у своего научного руководителя, тот самый коттедж, который их руководитель тоже получил бесплатно от государства, и были счастливы оттого, что просто живут!

Семья Дружковых была самая счастливая на планете Земля, потому что у них было очень много друзей. Их любили друзья студенческих лет, друзья со школы и друзья, появившиеся на работе. Одними из их новых друзей были Катя и Роза.

– Нина, ты представляешь, – сказала Катя, – я чувствую, что я не потяну эту свою новую работу.

– Не переживай, все у тебя получается. Я сегодня была у шефа, он сказал, что вы ему нравитесь, и он оставляет обеих вас в штате.

– Ура! А я вообще думала, что я бездарь полная! Он же на меня кричит всегда, что у меня уровень доярки.

– Он кого любит на того больше всех и орет. Ты же знаешь, месяц испытательного срока вы выдержали. Какие стихи членам Правительства ко дню рождения ты пишешь! Ты что? Где мы еще такого редактора найдем?!

– Нина, ты надо мною смеешься. Ты же знаешь, что я с перепугу их пишу. Муза ко мне приходит в виде искаженного злостью лица шефа.

– А ты хочешь еще новость? – спросила ее Нина Ивановна. – Наша прекрасная Ангелина Петровна сегодня уволилась.

– Нет, этого не может быть! Она мне только что сказала, что просто хочет попугать шефа, а уходить совсем не собирается.

– Ну, видно, шеф это понял и сразу подписал ей заявление об увольнении.

– Она же незаменима, ты что? А кто будет работать вместо нее? Дочка шефа?

– Нет, не дочка шефа. А ты.

– Я?! Нет, только не это! Ты же знаешь, что я ничего не умею и не знаю. И не кандидат наук, и вообще, я завалю всю работу. Я точно пойду сейчас и уволюсь.

– Не пойдешь и не уволишься. А возьмешь лямку и будешь тянуть. Я тебе помогу, не переживай.

– Я не хотела тебе говорить, но, когда мы устраивались на работу с Розой, я видела, как она все уничтожала у себя в компьютере.

– Вот оно что! А я – то думаю, почему она все время ходит с дискеткой?

– Катя, ты, главное, не бойся! У тебя все получится. Роза идет на повышение тоже. Она будет редактором. Еще взяли новую девочку, она будет корректором. Девочка очень хорошо знает компьютер, будет выпускать информационные бюллетени. А ты будешь заместителем руководителя Центра государственных и муниципальных служащих.

– Я не хочу и не буду. Я лучше уволюсь, чем такой позор! – сказала Катя чуть не плача.

– Екатерина Евгеньевна, прекратите истерику! – строго сказал шеф, войдя в кабинет, как всегда, неслышно. – Вас правильно проинструктировала Нина Ивановна. Вы с завтрашнего дня вступаете в новую должность. Поздравляю с первой группой заезжающих, – улыбнулся он. – Тем более подход выбрали замечательный. Преподаватели прибежали все в панике и требуют, чтобы я вас уволил. Говорят, что им нужно к лекциям готовиться, а вы их напрягаете, чтобы они попутно приготовили методический материал для слушателей. А я даже не знал, что они этого не делали. Так что вы все правильно понимаете, и движетесь нужным курсом. Вот, например, заставь меня подготовить нужный материал для экономистов. А я не экономист, я такого им материала подберу, – засмеялся Григорий Владимирович, – что их завтра всех и уволят. А вы, тем более, на английском языке должны им материал давать, что ли? Каждый должен заниматься своим делом. Вы педагог. Поэтому весь учебный процесс берете на себя. Учебные планы, – ваши. А за них я спрошу по всей строгости закона! Да и ещё, у меня едет группа фермеров в Америку, на обмен опытом. У вас будет несколько часов занятий, им нужно освежить знания английского языка. Ну, там с Розой вдвоем почитаете лекции. Подготовьте их к разговорно – деловому языку, – засмеялся шеф. – Короче, вы меня поняли? На вас вся надежда! Чтобы наши фермеры разговаривали лучше самих американцев!