Главное – выжить - Марина Иванова

– Катя, – сказал ласково Григорий Владимирович, – тебе необходимо лететь с докладом в Санкт – Петербург и получить главный приз и грамоты.

– Спасибо, Григорий Владимирович, за предоставленное доверие, но можно я за деньги, которые наш институт потратил бы на самолет, поеду на поезде, а на сэкономленные деньги за билет возьму с собой начальника информационно – аналитического отдела, – Хворостову Инну Григорьевну и завуча Нину Ивановну Дружкову? И если можно, то мне хотелось бы взять и нашего редактора Розу, чтобы все события, которые с нами будут проходить, она могла осветить в нашем бюллетене.

То, что начальником информационно – аналитического отдела была Катина подруга и дочь шефа, знали все в институте. Дочь Григория Владимировича была очень хорошим другом. Она никогда и ни о ком не говорила плохо, ей доверяли самые важные секреты, она ни одного человека за всю свою жизнь не предала. К тому же она была очень хорошей хозяйкой. На ней держался весь дом. Она ухаживала за больной мамой, за младшей избалованной сестрой и была правой рукой самого Григория Владимировича Хворостова.

Катя уже занимала пост заместителя руководителя центра и сама предложила ее кандидатуру на начальника отдела. Она давно увидела, что в методическом центре Инна Григорьевна была самым активным, деловым и инициативным работником. А человеческие качества у нее были такие, что с нею все хотели дружить, потому что она была надежным и очень преданным другом.

– Хорошо, вы меня уговорили, Екатерина Евгеньевна, поезжайте! – сказал шеф. – Как раз купе будет на четверых.

– Катя, я теперь знаю, кто мне снился в том сне, в котором мы с тобой были в Питере! – сказала радостная завуч Нина Дружкова. – С нами во сне были Инна Хворостова и Роза.

На следующий день вся дружная компания села в поезд и они мчались к своей мечте: снова побывать в своем любимом городе Санкт – Петербурге.

Их не расстроило даже то, что в поезде их обворовали. У Инны разрезали сумку и вытащили все деньги, которые у них были. Хорошо, что документы завуч Нина оставила в другой сумке, а гостиница с питанием у них была оплачена. Можно было не беспокоиться неделю, пока будет проходить Форум. Но каким образом они будут добираться обратно домой, они пока старались не думать. Они были молоды, красивы, и все неприятности казались пустяками.

Главное, они в Питере! Они записались на все экскурсии, которые были запланированы организаторами форума. Жили в шикарном отеле, ходили на все мероприятия, которые проводились в рамках конкурса. А по вечерам гуляли по ночному Питеру, заглядывая во все окна ресторанов. Катя и Роза удивлялись, прохаживаясь по Невскому проспекту:

– Почему всегда, когда мы бываем в любимом городе, у нас не бывает денег?! Как я хотела приехать в Питер хоть один раз с деньгами, сходить с вами в театры, музеи и посидеть в уютном ресторане, – сказала печально Катя. – Ну почему так получается, что, когда ты в Петербурге, у тебя обязательно не должно быть денег? Это только у нас так получается, интересно мне знать, или у других тоже? – смеялась Катя.

– Значит, так нужно! – сказала Нина. – Мы должны для себя что– то другое здесь понять. То, что с нами произошло, то, что нас обворовали, произошло не случайно. Мы потом, конечно, поймем, для чего все это нужно было. А сейчас нам нужно понять только одно: где взять денег на обратную дорогу?

– А что тут понимать, нужно идти к Роману, к первой Катькиной любви, – подхватила разговор Роза.

– Нет, только не это. Ты в своем уме?! – возмущалась Катя. – Я буду сидеть на паперти, но никогда не пойду к мужчине просить денег. Еще не хватало, чтобы я кому – нибудь навязывалась.

– А я считаю, что нужно идти и навязаться ради своих подруг, – сказала Инна Хворостова. – Как мы домой будем добираться? Лично я боюсь отцу даже позвонить. Он мне столько денег на подарки дал, а я опять попала в передел, – у меня их украли. Со мной всегда так происходит: куда бы я не поехала, обязательно меня обворуют.

– Здесь ты не одинока, потому что Катю у нас всю жизнь обворовывают тоже. И притом лучшие подруги, начиная с института, – смеялась Роза.

– Да, всю жизнь! Я даже и не задумывалась почему? Наверное, из– за лишней доверчивости. И она пропела «Из – за этой неразборчивости женской холера прет по всей Преображенской».

– Слушай, Инка, если бы мы знали, что тебя, тоже, обворовывают, мы бы никогда не дали тебе все деньги на сохранение. Я же специально Кате не дала, чтобы деньги не пропали. А домой звонить и просить стыдно. Что мы скажем, что поехали в Питер по работе, вышлите денег. Ужас! – сказала Роза, вздыхая.

Девочки смеялись и шли от своей гостиницы как всегда, по темной неизвестной улице к Невскому проспекту. Они не могли налюбоваться красивыми подсвеченными зданиями на противоположной стороне канала Грибоедова. Старинные особняки стояли величественно в ряд и в темноте отражались на гладкой поверхности воды, симметрично выплывая из электрического света.

– Какая красотища! – сказала Катя. – Какая все – таки энергетика прет от этих старинных зданий. Представляете, здесь же и Пушкин, и Лермонтов, и Достоевский ходил, а теперь мы идем по их же следам, дышим тем же самым воздухом, видим тот же канал, ту же Неву, тот же Невский проспект, Казанский собор. Я как об этом подумаю, то у меня дух захватывает. Но почему так много здесь домов с мертвыми глазницами окон? Почему здесь так много заброшенных домов? А сколько людей живут, – без жилья, на съемных квартирах?! Вот лучше бы они раздали все эти квартиры малоимущим. Поверьте мне, они бы нашли силы и средства, чтобы отремонтировать эти старые дома и продлить им жизнь еще на несколько веков! Они бы своими руками ремонт в них делали постоянно, и не дали бы им разрушиться. И все ж веселей, когда в окнах горит свет, правда? А когда в домах никто не живет, то это так страшно. Они разрушаются прямо на глазах. Обмен энергетикой должен присутствовать постоянно. Вот даже если уезжаешь из квартиры в отпуск, приезжаешь и замечаешь, что квартира постарела в твое отсутствие. Я сколько раз это наблюдала у себя дома, когда мы семьей на море отдыхать ездили.