Дом на Тара-Роуд - Мейв Бинчи

— Но в субботу вечером будет звонить мама, — возразил Брайан.

— Она просила нас называть ее Финола, а не миссис Данн, — возразила Энни.

— Она просила называть ее Финолой меня, а не тебя!

— Да, просила.

— Нет, Энни, это человек другого поколения.

— Но мы ведь называем Розмари по имени, правда?

— Да, но потому что она феминистка.

— Финола тоже феминистка. Она сама нам так сказала, — заупрямилась Энни.

— Ладно, Финола так Финола. Я думал, что мы сходим в «Квентин», но выяснилось, что она… Финола… хочет к Колму, так что мы пойдем туда.

— Тоже чертовски верно, — сказала Энни. — У Колма нормальная вегетарианская еда, а не эти отвратительные пижонские блюда, которые стоят столько, что хватило бы бедной семье на месяц.

— А как быть, если позвонит мама? — спросил Брайан.

— Там есть автоответчик. Если она позвонит, а нас не будет, мы перезвоним ей сами, — жизнерадостно ответил Дэнни.

— Но она очень ждет этого разговора, — уперся Брайан.

— Может быть, сменить текст и надиктовать, что мы все у Колма? — предложила Энни.

— Нет, менять текст мы не будем, — решительно ответил Дэнни.

— Папа, но это же так легко.

— Люди будут звонить и Бернадетте тоже, а им вовсе не обязательно слышать наш невразумительный лепет.

— Это не лепет. Просто мы объясним маме, что не забыли про ее звонок, — сказала Энни.

— Так позвоните ей сами и скажите, что мы уезжаем!

— Нам не разрешили ей звонить, — буркнул Брайан.

— Я же сказал вам, можно. Только недолго, о’кей?

— А как же повторная закладная, долги и все прочее? — спросил Брайан.

— Что ты имеешь в виду? — встревожился отец.

Реакция у Энни была быстрая.

— Папа, ты часто говорил, что все стоит очень дорого и нам придется перезаложить дом. Но Брайан не знает, как дешево стоит тридцатисекундный разговор.

— Я ничего не говорил о…

— Папа, мы с удовольствием проведем вечер в ресторане Колма. И Финола тоже, и все вы. А на Брайана не обращай внимания. Я всегда говорила, что он балбес. Тут уж ничего не поделаешь.

— Ты замечательная девочка, принцесса, — сказал Дэнни. — Я езжу по Дублину и все время ищу того ловкого молодого человека, который однажды уведет тебя.

— Папа, не морочь мне голову. У тебя нет знакомых молодых людей моего возраста.

— А ты не собираешься сбежать от меня с каким-нибудь мальчиком? — спросил ее отец.

— Это сделал ты, папа.

Наступила тишина.

— А на ком женюсь я? — спросил Брайан.

— На женщине, которая лишена всех чувств. Но главным образом обоняния, — ответила Энни.

— Папа, это ведь неправда, да?

— Конечно, Брайан. Твоя сестра шутит. Когда придет время, ты женишься на подходящей девушке.

— На чемпионке по борьбе, — ехидно вставила Энни.

Брайан сделал вид, что не обращает на нее внимания.

— Папа, а как узнать, подходящая она или нет?

— Сам поймешь, — заверил его отец.

— Но ты же не понял. Ты думал, что мама подходящая, а оказалось, что это не так.

— В то время она была подходящая.

— А сколько лет они бывают подходящими?

— Видимо, лет шестнадцать, — опередив отца, ответила Энни.

— Идите ужинать! Я купила замечательную рыбу и чипсы! — крикнула с кухни Бернадетта.

Мэрилин взяла стул, чашку кофе, вышла на крыльцо, села на солнышке и стала изучать сад.

Здесь было к чему приложить руку. Жаль, что за садом ухаживали не с такой любовью и старанием, как за домом. Она видела, что когда-то тут были интересные растения. В свое время садом занимался человек, который знал в этом толк, но земляничное дерево давно не прививали и не подрезали; в результате оно огрубело, одичало и было безвозвратно потеряно. Пальму не было видно из-за кустов, которые разрослись и заглушили ее.

За воротами стояла женщина лет шестидесяти с очень некрасивой дворняжкой и смотрела на нее с интересом.

— Доброе утро, — вежливо сказала Мэрилин.

— И вам тоже доброе утро. Я догадываюсь, что вы и есть американская гостья.

— Да, я — Мэрилин Вайн. А вы, должно быть, соседка?

— Я — мать Рии, Нора. А это Плайерс.

— Как поживаете? — спросила Мэрилин.

— Рия категорически запретила нам приходить без предупреждения. — Норе хотелось продолжить беседу, но она колебалась. И тут Плайерс издал жуткий вой, словно предчувствуя скучный обмен любезностями. Мэрилин видела Нору на фотографиях и знала, что она живет неподалеку. — Хочу предупредить вас с самого начала. Рия выросла совсем в другом доме. Безо всех этих штучек.

В голосе пожилой женщины звучала обида.

— В самом деле, миссис Джонсон?

Нора посмотрела на часы, застонала и сказала, что она опаздывает в «Святую Риту».

— Вы должны как-нибудь сходить туда со мной… Это дом престарелых, и ваш приход станет для них великим событием, — сказала она.

— Благодарю за приглашение, но почему? — искренне удивилась Мэрилин.

— Ну, им нравится, когда случаются всякие необычные вещи. Иногда я вожу туда своих внуков, а однажды привела жонглера, с которым познакомилась на Графтон-стрит. Они любят Плайерса, потому что он спасает их от однообразия. Ну, а гостья из Америки произведет там настоящий фурор.

— Что ж, спасибо. Может быть, как-нибудь и выберусь.

— Леди Райан к вам уже приходила?

— Простите, кто?

— Розмари. Подруга Рии.

— Нет, но она оставила мне записку. Оказывается, вокруг столько добрых людей.

— Мэрилин, они интересуются вами. Это вполне естественно. — С этими словами Нора Джонсон удалилась, думая, что она хотела узнать о Мэрилин Вайн как можно больше, а не узнала ничего.

Когда она ушла, Мэрилин снова достала бумажник с присланными ей фотографиями. Нужно было выяснить, кто еще может к ней пожаловать. Поэтому когда во двор неохотно вошла Герти, Мэрилин узнала ее сразу.

— Давайте без церемоний, ладно? — начала Герти. — Я знаю, Рия говорила вам, что я должна заработать несколько лишних фунтов в неделю, но я считаю, что нечестно заставлять вас тратить отпускные на…

— Ну что вы. Всё в полном порядке. Мне будет приятно знать, что за этим чудесным домом станут следить так же, как прежде.

Герти обвела взглядом комнату.