Дом на Тара-Роуд - Мейв Бинчи

Орла начала петь «Человек, которого я люблю». Колм нахмурился. А когда без перерыва зазвучала песня «Не для меня», он нахмурился еще сильнее.

— Остынь, Орла, — сказал он, когда проходил мимо нее, неся бифштексы Монто и его компании.

— Это же Гершвин, босс, как ты и предлагал. А следом пойдет «Попробуй раздобыть хорошее местечко». Думаю, эта песенка придется по душе многим.

— У тебя приличный голос, но карьеры ты не сделаешь. А если продолжишь в том же духе, на работу во время конного шоу можешь не рассчитывать.

— Колм, это нечестно. Ты заказывал Кола Портера и Гершвина. Джорджа я уже спела, а теперь перейду к Колу. «Я дам тебе пинка» и «Ты залезла мне в душу». Босс, разве я виновата, что названия у песен такие красноречивые? Не я их писала. Я их только пою. Причем по твоей просьбе.

— Орла, не валяй дурака. Пожалуйста.

— Эй, а кто ты такой, чтобы мне указывать? Человек, который спит с собственной сестрой. Ты мне не указ, Колм Барри!

— Предупреждаю, завтра ты очень, очень пожалеешь. Я — владелец ресторана, а у тебя не будет ни работы, ни возможности ее получить. Во всяком случае, в Дублине.

— Помнишь песню, которую мы слышали в молодости? «Наступит время…» Для меня оно наступило. Сегодня мой день. Что хочу, то и ворочу. — Ее глаза блестели слишком ярко.

— Не делай этого, Орла.

— Он бросил меня. Он мог быть со мной, а сам ушел к этой старой клюшке в черном жакете.

— Это не она.

— Черт побери, он держит ее за руку. Кто же еще? Все остальные — дети.

— Девушка в синем свитере. А в черном жакете с блестками — его теща.

У Орлы отвисла челюсть.

— Не разыгрывай меня.

— Я не разыгрываю. Но возможности проверить это у тебя не будет.

— Она несовершеннолетняя. Это противозаконно. Еще более противозаконно, чем твои отношения с Кэролайн. — Она встала, собираясь подойти к столу Дэнни Линча.

— Орла, немедленно сядь. Играй. Не пой. Играй «Дым в глазах».

— Именно этой дешевой философии ты и придерживаешься.

— Играй, Орла, или уходи. Сейчас же.

— Какая армия меня удержит?

— Армия Монто. — Он показал на стол. Там сидели шестеро вульгарных молодчиков, которых Колм люто ненавидел.

— Я им нравлюсь. С какой стати они будут меня останавливать?

— Я их вежливо попрошу.

— А я скажу Монто, что ты трахаешь его жену.

— Кто тебе поверит, Орла? Ты — выжившая из ума алкоголичка.

— Эй, а где же солидарность товарищей по несчастью?

— Где ты держишь водку? После твоего прихода я не спускал с тебя глаз. Даже проверил твой грейпфрутовый сок.

Она откинула голову и засмеялась.

— В цветочной вазе, болван!

Так… Полбутылки водки, а гвоздика на закуску…

Колм схватил вазу, выплеснул ее содержимое в ведерко для шампанского и велел официанту унести его.

— А что с этим делать, мистер Барри?

— Вылить в унитаз. Цветы оставить. Промыть стебли.

— Ты мне поверил. — Выражение лица Орлы было тревожным и в то же время ликующим.

— Только тогда, когда вылил водку в ведерко. Увидел твои глаза и понял, что так оно и есть.

— Самодовольный дурак, — сказала она.

— Эй, Колм, ты долго будешь любоваться на ее титьки? Скорее неси наши бифштексы! — крикнул Монто.

Кое-кто нервно захихикал. Другие отвернулись.

Орла встала, взяла микрофон и начала обходить зал.

— Мне хотелось устроить концерт по заявкам наших гостей, — сказала она. — Это сделало бы вечер более запоминающимся. Но часто люди толком не знают, что они хотят услышать. Поэтому я решила, что сегодня сама подберу песню, подходящую для людей, которые сидят за данным столиком. И спеть несколько тактов у каждого стола.

Люди засмеялись и захлопали. Для тех, кто ее не знал, Орла Кинг была красивой профессиональной певицей. Сейчас она слегка импровизировала, вот и всё. Но многие из сидевших в зале напряглись и стали следить за ней с опаской.

Сначала она подошла к столику Розмари.

— Что мы имеем? Трех красивых леди, — сказала она. — Феминистки? Наверняка. Лесбиянки? Очень возможно. Во всяком случае, они обходятся без мужчин. Моя бабушка пела песенку, которая называлась «Три красотки из Бэнниона». Но песня старовата. Даже для этой компании. Пожалуй, я спою для них «Сестры»…

— Забыла, что я всю жизнь только и делала, что тебе помогала? — с застывшей на лице улыбкой прошипела Розмари.

— У тебя были для этого свои причины, — ответила Орла. Она рассудила, что нескольких тактов вполне достаточно, и двинулась к столику Монто. — Шестеро мужчин. Сильных мужчин. Богатых мужчин. Уважаемые люди. Поверьте мне, я знаю это не понаслышке. — Она ослепительно улыбнулась публике. — Какую песню мы выберем для них? О, знаю! Есть одна, которую они все пели на мальчишнике, куда приглашали и меня. Эта песня им нравилась. Конечно, не «Эскимоска Нелл», ее все знают. Нет, это «Бал в Кирримьюре». «Двадцать четыре девицы спустились с Инвернесса, а когда бал закончился, домой вернулись двадцать четыре дамы». — Она улыбнулась и пошла к столу Линчей.

В ту же секунду Колм Барри оказался у стола Монто и что-то яростно зашептал.

— Ага. Чудесная семейная группа. Дайте подумать… — Орла улыбнулась Линчам, играя ими, как рыбками на кукане. — Что бы вы хотели услышать?

Только Брайан принял это за чистую монету и выбрал песню из репертуара «Спайс Гёрлс».

— Вы знаете «Уоннаби»? — с надеждой спросил он.

Невинное лицо мальчика заставило Орлу притормозить. Но только на мгновение.

— Может быть, «Любовь и брак»? Нет, это вещи непостоянные. Есть хорошая песня «Всего шестнадцать». Но нет, она старше. Это ведь твоя новая жена, да, Дэнни? — Она повернулась, чтобы показать на Финолу, но в это время Монто и один из его подручных схватили ее, подняли и понесли к двери. — Дэнни, думаешь, люди ничего не знают? Они знают про то, что у нас с тобой было. Так же, как знают, что было с женой Монто… и продолжается до сих пор…

Ее голос наконец умолк. Теперь Орла находилась за дверью ресторана. Если Колм надеялся, что кто-нибудь из друзей ему поможет, то его ждало разочарование. В ресторане воцарилась гробовая тишина; казалось, она продолжалась целую вечность. Даже Розмари, которая лучше всех знала, что делать во время непредвиденных ситуаций, теперь сидела бледная и разгневанная рядом со смущенной и растерянной американкой из дома Рии. А Герти была совершенно убита новым доказательством того, что делают с людьми спиртные напитки.

Зато дружки Монто веселились вовсю и повторяли наиболее забористые тирады Орлы.