Левый берег Дона - Александр Масалов

И вообще - происходящее я почему-то воспринимал как нечто нереальное, происходящее не со мной. Вроде компьютерной игры. Сейчас вот нажму на кнопку "Pause", встану и пойду на кухню пить чай и курить, чтобы перевести дух, с новыми силами вернуться за стол и всех монстров раздолбать к чертовой матери!..

Мелькнул указатель: "Совхоз Татарский, 3 км". Карина повернула, руководствуясь указаниями стрелки, и сбросила скорость. Ухабы на грунтовой дороге сгладил выпавший накануне снег, но всё равно - "форд" мотало из стороны в сторону как жесть по ветру.

Справа тянулось поле, кажущееся бесконечной равниной, слева нас поджимала лесополоса. Потом впереди показались дома - с черными окнами, маленькие, уродливые, саманные.

- Дальше куда? - спросил Карина.

- По центральной улице до пруда, - сказал я уверенно. - Пруд будет с правой стороны. И сразу налево.

Через несколько минут, когда мы повернули налево, она спросила:

- Ну?

- Э-э... - промямлил я. - Где-то здесь...

- Что значит - где-то? Твоя фамилия, милый, часом не Сусанин?

- Я тут летом был, днем и довольно-таки давно. Понимаешь? Сейчас ночь, зима... Я не ориентируюсь.

Карина резко затормозила.

- Ты что? - спросил я.

- Вспоминай. Думай. Время у нас пока есть.

- Со временем у нас как раз плохо - часа через три рассвет... Я лучше прогуляюсь.

***

После теплого салона я замерз, едва вылез из машины. Плохо сгибающимися пальцами достал сигареты, закурил и отправился вспоминать.

Снег хрустел под ногами - как-то ласково и нежно. Словно убаюкивая. А меня с каждой минутой переполняло отчаяние: я ничего не узнавал - хоть убейте... Да неужели я село перепутал?! Не может такого быть!

Замерзнув почти до полного окоченения, я повернул обратно.

"Нет проводника? - решил я. - Ну и ладно. Сами ломанем через границу. Риск, конечно, есть, но делать нечего.... Или лучше вернуться в Ростов и упросить карининых родителей, чтобы они нас укрыли в каком-нибудь подвале?"

И тут - совершенно неуместно - в памяти вдруг появилась одна картинка. А вернее будет сказать: воспоминание из прошлого. Привиделся мне хохочущий дед-контрабандист и здоровенная грязная лужа, в которую я упал, ступившись, с двумя бутылками водки в руках...

Это случилось в пяти метрах от небольшого продовольственного магазина, перестроенного явно из курятника. Справа от меня возвышалось здание очень похожее на тот самый магазин...

Да нет, это он и есть.

Как и три года назад, вторая гласная в вывеске отсутствовала. Она отвалилась и никто не потрудился водрузить ее на место. Глубинка, что и говорить...

Я рванул за "Маг зин". Один дом с подворьем, второй, третий...

Переулок.

Куда дальше - направо или налево? Кажется, налево...

А вот и хибара, где обитает Иван Данилович, - бывший водитель совхоза Татарский, зарабатывающий на жизнь после выхода на пенсию нелегальным пересечением границы...

***

Иван Данилович спал чутко. Едва я постучал в окошко, скрипнула пружинная кровать и послышались шаркающие шаги.

- Чего надо? - послышался хриплый с спросонья голос из форточки.

- Открывайте, Иван Данилыч. Поговорить надо.

- Ага, щас...

Лязгнул засов, и входная дверь открылась. Я шагнул в темноту и наткнулся на табурет. Табурет с грохотом рухнул.

- Черт! - прошипел я, потирая ушибленное колено.

Аккуратно притворив дверь, Иван Данилович зажег свет. Он ничуть не изменился. Грузный старик с жуликоватыми глазами стоял передо мной в исподнем и щурился, разглядывая полночного гостя. Похоже, он меня не узнавал.

- Пардон за беспокойство, - сказал я. - Я - Станислав Полонский из областной газеты. Года два назад я о вас писал. Помните?

- Господи, Стасик! - обрадовался контрабандист. - Ты ли это, дорогой?! Пойдем, выпьем за встречу!.. Как ты поживаешь - молодой да красивый?

- Супругу не разбудим? - спросил я, проходя в крохотную кухню.

- Э, нету больше моей Маши... В прошлом году представилась. Царствие ей небесное!

И старик размашисто перекрестился.

- Извините, не знал, - пробормотал я. - Как говорится, все там будем. Только в разное время.

- Вот давай за нее и выпьем, - подхватил старик. - Я щас!..

Запустив пятерню в баллон, он выловил несколько бурых маринованных помидоров, положил их на тарелку и поставил ее на стол, накрытый скатертью с многочисленными дырками от сигарет. Потом кинулся к шкафчику и достал граненные стаканы и пластиковую бутыль с этикеткой "Кока-кола". В бутыли плескалась мутная жидкость. Это была явно не кока-кола.

Мы выпили по полстакана самогона не чокаясь.

- Один живете? - спросил я, заедая помидором.

- Ага, один, - сказал он. - Сваталась ко мне одна молодуха, ей пятьдесят шесть лет...

Я чуть не подавился.

- ... но я решил, что мне уже женихаться поздновато. Деньги надо не на гондоны тратить, а на гроб копить.

- Напрасно вы так, Иван Данилович. Ваше поколение еще наше переживет. У вас кость крепче.

- Поживем - увидим.

- После моей статьи вас не дергали?

- Кто?

- Ну, менты, пограничники, таможенники, налоговики...

- А на кой я им сдался?

Я пожал плечами и ничего не сказал. В самом деле, на селе что-либо скрыть невозможно. Хотели бы - давно повязали...

- После первой и второй - перерывчик небольшой, - произнес старик, вопросительно заглядывая мне в глаза.

- Ну так наливайте, а то я совсем задубел.

Приговорив вторую, Иван Данилович поинтересовался:

- Снова писать будешь?

- Нет. Помощь мне ваша нужна.

- Что могу, то и сделаю. Говори.

- У моей жены дядя умер, - сказал я. - Он на Украине жил. Похороны завтра... То есть, уже сегодня. А мы, как на грех, паспорта на обмен сдали. Новые будут лишь через неделю. В общем, приехать не можем. Вот я и подумал: может, вы, по старой памяти, нас проведете на ту сторону? Я заплачу.

По лицу старика я понял, что он мне не поверил. Но он и виду не подал. Лишь осведомился:

- А где жена-то?

- На улице.

- Что ж ты ее в дом не привел? Замерзнет ведь.

- Она в машине, там тепло… А я, честно сказать, не знал, дома вы или... на работе?

- Вчера работал, - похвастался старик. - Колонну из пяти бензовозов провел. Хорошо отстегнули.