Умирать не больно - Вики Филдс

Ни разу в жизни Аспен не видел снов. С помощью таблеток он проваливался в сладостное небытие, но снов не видел. Аспен даже не знал, осознают ли это люди, когда спят? Вдруг он спит? Может быть, сейчас сон сменится и он очутится на вечеринке или на пляже?..

Аспен почувствовал себя прекрасно. Так, как никогда в жизни. Он ощущал спокойствие, благоговение перед тем, что все происходящее не существует… На него снизошло умиротворение, он вернулся к машине и заглянул внутрь. На пассажирском сиденье лежала карта какого-то города, ключей в замке зажигания не было. Решив, что хозяин машины поблизости, Аспен отправился к амбару.

Он запрокинул голову, разглядывая ночное небо с россыпью звезд и полной луной. Осенью небо в Эттон-Крик всегда оставалось тяжелым и черным, как крышка гроба, которую не сдвинуть. Под ногами хрустели камешки сухой земли, рассыпающиеся в пыль при каждом движении, в ушах стояла божественная тишина. Аспен чувствовал себя счастливым, как никогда.

Наконец-то он дошел до амбара и, скользнув внутрь через приоткрытую трухлявую дверь, встретился с темнотой – никакой вечеринки здесь не было и не могло быть, скучный сон продолжался. Хозяина машины здесь тоже не было, и Аспен подумал: может, это его машина, ведь это его сон. Он похлопал себя по карманам, но ни в куртке, ни в джинсах ключей не нашлось.

– Эй, есть тут кто?.. – Его охрипший голос прозвучал, словно шорох тетрадных листов, и канул в тишине. Никого. Ни ответа, ни вздоха. Зато под ногами послышалось шуршание, затем подозрительный писк.

Аспен опустил глаза и увидел небольшую белую мышь. Он испуганно дернулся в сторону и натолкнулся на ящики, стоящие у стены. Он с досадой зашагал вперед, стараясь в темноте разглядеть хоть что-то, наступил на пустую банку из-под пива, тем самым убедившись в своей правоте: в этом сарае проходили вечеринки. Ну почему его первый сон должен быть именно таким? Не мог ли он очутиться где-нибудь на пустынном пляже?..

Аспен остановился у отсеков, где хранили зерно или еще что-то, и принялся считать: один, два, три, чет…

Что это?

Под ногами что-то хлюпнуло. Аспен опустил взгляд. Хотя он и не смог увидеть в темноте, на что наступил, у него зародилось предчувствие, что это что-то нехорошее.

Когда он опустился на корточки, чтобы попробовать рассмотреть, что находилось у него под ногами, под потолком неожиданно вспыхнул яркий свет. Аспен, подчинившись инстинкту самосохранения, нырнул в один из отсеков и притаился там. Взгляд уставился на ту лужу, где он только что стоял: это была кровь, густая и темная, смешанная с соломой. Аспен оглядел отсек, где спрятался, в надежде, что не обнаружит тело без головы или еще что хуже, потом посмотрел вверх.

На втором этаже кто-то был. Очевидно, этот человек был там все время, просто Аспен вел себя так тихо, что его не заметили. Сейчас он слышал тяжелые, явно мужские шаги, с потолка осыпалась пыль. Аспен тряхнул головой, стряхивая с волос всякий мусор, и принялся ждать.

Некоторое время спустя он увидел, как по крутой деревянной лестнице спустился человек и вышел из амбара. Аспен поднялся и поспешил на второй этаж, чтобы обследовать его. Отчего-то все происходящее больше не казалось сном, а напоминало страшную реальность. Свет бил прямо в глаза, когда он взбирался по лестнице. Бросив взгляд вниз, Аспен прикинул, как, наверное, больно отсюда падать. Да, оступишься и не поздоровится.

Он думал, что находится здесь один, поэтому, когда услышал за спиной странный хрип, перепугался до чертиков. Он обернулся, приготовившись защищаться, но увиденное повергло его в шок.

Не может быть.

Он бездумно подался назад, чтобы избавиться от видения, и едва не узнал, насколько больно подать со второго этажа.

Кая Айрленд.

Хоть и мало на себя похожа, но это точно она, сомнений быть не может. Грязная. Темные волосы всклочены. Руки прикручены грубой веревкой к железному крюку в потолке, из-за чего тело вытянулось и больше напоминало тушу освежеванного животного, чем человека. На бедрах кровоточащие порезы, рубашка вся порвана и в крови. Увидев черное пятно татуировки, он слабо удивился. И тут же, еле разжав одеревеневшие пальцы, сжатые в кулаки, бросился к ней.

– Кая! – Он осторожно взял ее голову, покоящуюся на груди. Лицо было в кровоподтеках, по виску все еще стекала струйка свежей крови – Аспен чувствовал ее пальцами. Он пощупал пульс на ее шее – едва заметный – и легонько потрепал по щеке. – Айрленд, очнись! Ты меня слышишь?

Он попытался отвязать ее руки от крюка, но узел был затянут слишком туго.

– Айрленд, я вытащу тебя! – бормотал Аспен, царапая веревку пальцами. Он отстранился и обвел взглядом второй этаж в поисках предмета, который мог помочь. Вдоль стены расположились полки с различной утварью: шкурами, старой никому не нужной пряжей, молотками, пилками и прочим хламом. Аспен взял пилку и подошел к Кае. Он надеялся, что она слышит его, потому произнес:

– Я вытащу тебя, ясно?

Он не мог соображать разумно, он видел только девушку, которая была для него другом, своим парнем, несокрушимым человеком. В таком состоянии он даже не мог ее представить. Кая Айрленд не могла попасть в беду.

– Эй!.. – Он продолжал говорить, пока водил пилкой по веревке туда-сюда. Толку от этого было мало. – Я вытащу тебя, Айрленд.

Что это? Сон? Видение?

Он выбился из сил, футболка на спине и груди пропиталась потом, но Кая Айрленд так и осталась подвешена к железному крюку. На веревке не образовалось ни единой засечки. Аспен выронил инструмент и в панике схватил девушку за щеки.

– Айрленд! ОЧНИСЬ НЕМЕДЛЕННО!

Паникуя, он вцепился в свои волосы. Боль не пробудила его ото сна, не вернула в реальность, и на глаза выступили слезы отчаяния.

– Очнись, очнись… Эй, эй. – Он, как одержимый, трепал ее за плечи, бил по щекам. – Давай же, приди в себя! Кая, я что-нибудь придумаю, обещаю, я…

Слова застряли у него в горле, потому что он услышал, как открылась дверь амбара, как кто-то тяжело ступает по полу. Шаги приближались к лестнице.

Аспен лихорадочно стал озираться, но ничего разумнее не придумал, кроме как затаиться в углу. Он решил выждать время и наброситься на похитителя со спины, когда тот не будет этого ожидать.

Аспен как раз вовремя нырнул в спасительную темноту, когда на втором этаже амбара показалась сперва голова, потом плечи, крепкий торс и затем – мужчина целиком. Аспена замутило с новой силой, едва он представил, что этот тип собирается делать с Айрленд и что он уже сделал – об этом говорили разорванная рубашка, ссадины по всему телу и кровь, стекающая по голому животу к поясу штанов.

– Я убил очень многих, – донеслось до ушей Аспена шипение, – очень, очень, очень многих, моя милая малышка Кая.

С бешеным сердцебиением и гулом в ушах, Аспен, как зачарованный, следил за кровавой каплей. Только не ты, – растерянно думал он, сжимая кулаки до такой степени, что если бы это был сон, он бы уже давно проснулся от боли. – Только не ты, Кая, только не ты. Ведь тогда у меня никого не останется.