Два лика января - Патриция Хайсмит

Большие холеные руки Честера нервно бегали по краю стола в перерывах между затяжками сигаретой и глотком кофе, словно он не знал, чем их занять. Глаза были красными. От него разило перегаром, к которому примешивался терпкий запах мужского одеколона или лосьона после бритья. Райдел попытался представить его с отцовской каштановой бородкой. Это оказалось несложно. Но еще проще было вообразить, что это его отец в сорокалетнем возрасте; тогда он еще не отпустил бороду. Райдел отдавал себе отчет в том, что внешнее сходство Честера с отцом было главной причиной, почему он неожиданно помог ему, когда увидел в коридоре с телом агента. Если, конечно, это можно считать разумным объяснением. Получалось, что подсознательно им двигало сыновье чувство. Эта мысль Райделу не понравилась.

— Вы давно в Афинах? — спросил Честер.

— Около двух месяцев.

Честер покачал головой.

— Вы уже неплохо освоили язык.

— Это несложно.

Райдел выпрямился. Ему вспомнилось, как отец впервые занялся с ним древнегреческим. Райделу было восемь, а может, и меньше. Во всяком случае, к тому времени он, по мнению отца, «должным образом» освоил латынь. В пятнадцать Райдел выучил новогреческий. Отец тогда готовился к путешествию по Европе, которое собирался предпринять со всей семьей в конце лета. Для Райдела нынешняя поездка могла стать второй, но та не состоялась. В ту весну он встретил Агнес. Почувствовав на себе пристальный взгляд Честера, Райдел непроизвольно посмотрел на свое отражение в зеркале, висевшем за спиной его собеседника. Темные, коротко подстриженные волосы были влажными от дождя и блестели. Лицо бледное, глаза серьезные, линия рта выражала спокойствие и невозмутимость. Честер, наверное, считает его сообщником мошенников. Ну и пусть! Райдела совсем не заботило, что тот думает о нем.

— Ваш бизнес связан с ценными бумагами? — спросил он неожиданно, прикуривая сигарету.

— Ну… — Пальцы Честера оторвались от стола и повисли в воздухе. — В известном смысле, да. Я помогаю вести дела некоторым людям. Можно сказать, выступаю как консультант, — добавил он медленно, так, словно с трудом подыскивал нужные слова. — Вы, наверное, знаете, что такое акции?

Райдел полагал, что знает.

— Какого рода?

— Ну… — Последовала пауза. — Не обо всем в данный момент я могу говорить: кое-что является коммерческой тайной. К примеру, одни акции выпущены под изобретение, которое еще недоработано. Это «Юниверсал ки». В основе изобретения лежит принцип магнетизма. — Теперь его голос звучал увереннее. Он смотрел Райделу прямо в глаза.

Было видно, что Честер оседлал своего конька, и Райдел мог теперь ясно представить, как тот действовал. Несомненно, он был жуликом, и жуликом весьма талантливым. Из тех, кто, убеждая других, начинает верить в собственную ложь. Честер явно жил в придуманном им самим мире. Неудивительно, что столкновение с реальностью выбило его из седла.

— К сожалению, я не могу позволить себе покупать акции, — сказал Райдел.

— Ну что ж. — Честер слабо улыбнулся. — Я как раз собирался поговорить с вами о… о небольшом вознаграждении за ваши хлопоты с нашими паспортами. Может быть, вы…

— Я не имел в виду финансовую сторону, — улыбнулся Райдел. — Просто я хотел сказать, что не интересуюсь акциями, и среди моих знакомых нет никого, кто мог бы просветить меня в этой области.

Разговор о вознаграждении, несомненно, был трудным для Макфарланда. Он нервничал. Ему хотелось поскорее выяснить: собираются его шантажировать или нет. Райдел вздохнул, допил кофе и посмотрел на наручные часы. Нико должен вернуться через пять минут.

— И все же что касается вознаграждения. Может, вы сами назовете сумму, которая вам кажется справедливой. Мне бы хотелось отблагодарить вас. Или… Может, вы в доле с Нико?

— Нет, — ответил Райдел сухо. — Благодарю вас, но никаких денег я не возьму.

— Ну что ж, нет так нет. Я не хотел вас обидеть… Но, конечно… — Он был похож на человека, который недоволен тем, что ему не дают заплатить, хотя в действительности был этому рад.

Райдел покачал головой.

— Благодарю.

Он сделал знак официанту, что они уходят, и полез за деньгами, чтобы расплатиться за кофе.

— В таких делах не надо торопиться. Вы еще не видели, как сделаны новые паспорта. Пока моя заслуга лишь в том, что я лишил вас и вашу жену документов и пяти тысяч долларов.

— О! — Честер натянуто улыбнулся. — Позвольте, оплачу я. Вы заплатили за такси. — Он положил деньги, добавив двойные чаевые. — Кстати, вы оказали мне еще одну услугу, — Честер понизил голос, — сегодня в гостинице, когда пообещали в случае необходимости обеспечить мое алиби. — Он замолчал, глядя на пепельницу, затем поднял глаза на Райдела. — Если вы согласитесь поехать с нами на Крит, я с удовольствием возьму на себя все расходы. Это самое меньшее, что я могу сделать для вас, особенно если вы по-прежнему готовы подтвердить мою невиновность. — Он говорил медленно, с трудом подбирая слова, и под конец смахнул с рыжеватых бровей капли пота.

Райдел задумался. Он и так вскоре собирался на Крит. Впрочем, это еще не причина, чтобы принять предложение Честера. Доводы «против» были очевидны, но вместе с тем Райдел смутно чувствовал, что есть и доводы «за». Его тянуло к Честеру, хотя лишь единственно из-за необычной внешней схожести с отцом. Определенную симпатию вызывала у него и жена Честера, хотя Райдел и не собирался за ней волочиться. Путешествие с Макфарландами могло оказаться рискованным. Но только ли интерес к ним обоим двигал Райделом? Он давно искал какого-нибудь приключения, притаившегося в сизых сумерках Афин или в розовом мареве рассвета, обволакивающего Акрополь, но безрезультатно. Так, может, Райделу суждено найти его в розовощеком проспиртованном лице мошенника, который так удивительно похож на его отца? Он улыбнулся.

— Может, вам нужно время, чтобы подумать? — спросил Честер.

— Нет, не надо. Я сам собирался на Крит, и я в состоянии оплатить поездку.

— Хорошо. Так вы поедете с нами завтра утром?

Райдел молча кивнул, словно боясь выразить свое согласие вслух.

— Нам пора. Нико уже вернулся.