Клуб адского огня - Питер Страуб

Седоволосые мужчины и женщины топтались в магазинчике сувениров, а напротив магазина чернела дверь с надписью «Только для персонала». Чуть дальше мраморные ступени поднимались к широкому коридору с высокими, цвета персика стенами, из которых выступали полуколонны, покрытые штукатуркой. В просторном зале в конце коридора группа человек из двадцати, преимущественно женщин, слушала невидимого гида. Французские двери вели на террасу. Дарт потянул Нору вверх по ступеням. В левом конце коридора из одной комнаты вслед за маленькой седой женщиной выскользнула стайка туристов и так же следом за ней нырнула в комнату напротив. Справа, плавно изгибаясь, лестница вела мимо картинной галереи на второй этаж. Норе захотелось вдруг позвать на помощь, но слова застряли у нее в горле, когда она подумала: стоит ей закричать, Дарт выхватит револьвер и перестреляет столько народу, сколько сможет. Шаркая ногами, группа туристов вслед за гидом потянулась через арку из зала.

Дарт запрокинул голову, чтобы полюбоваться украшавшими куполообразный потолок гипсовыми пальметтами и арабесками.

— К черту дорожное заграждение и мучительную кончину. Ляжем пока на дно, а потом я тряхну своего старика на пару миллионов долларов. Мы уедем в Канаду и купим себе местечко вроде этого. Я там устрою парочку потайных лестниц, классную операционную, поставлю в подвале большую газовую печь. И закатим бал.

Низенькая седоволосая женщина-гид привела свою группу в большой зал в другом конце коридора, остановилась и широко развела руки:

— А это — знаменитый зал, в котором гости Джорджины Везеролл пили коктейли и беседовали перед вечерней трапезой. Если хотите, я расскажу вам о том, что слышали эти стены. Однажды Т. С. Элиот повернулся здесь к мисс Везеролл и прошептал: «Моя дорогая, должен вам сообщить...»

Подхватив интонацию гида, Дик Дарт вдруг провозгласил на весь зал:

— Это напыщенное ничтожество Элиот останавливался здесь ровно на два дня. И все это время он только и делал, что жаловался на несварение желудка.

Большинство туристов, слушавших гида, повернулись взглянуть на Дарта.

— "Пробуждение земли и унылая весна, нас, земля, снег, жизнь, корни", — начал читать он каждое третье слово из начала «Бесплодной земли» с некоторыми изменениями для усиления поэтического эффекта. — «Нас, души, мы вышли на солнечный свет. Хофгартен, кофе»... Это про нас с тобой — чертовски выразительно, тебе не кажется? Мой-то «Пруфрок» получше будет, не так ли?

Женщина-гид тщетно пыталась увести свою стайку в другой зал.

— Ты можешь так переделывать что угодно? — спросила Нора.

— Что угодно. «Иди, и размазать, неутомимый, сквозь отдаленные раскаты, неугомонные отели, рестораны, деньги коварные. Вовлекать... О, спрашивайте...»

— Вы поэт? — раздался голос у них за спиной.

Высокая девушка лет двадцати шести с веснушчатым лицом и светлыми рыжеватыми волосами, падавшими на плечи, стояла в футе позади, на нижней ступеньке лестницы. На ней был простой белый костюм, и выглядела девушка прелестно.

Дарт улыбнулся ей.

— Вы смутили меня. Да, надеюсь, я могу претендовать на это звание.

Девушка подошла к ним и протянула для пожатия руку, также густо покрытую веснушками.

— Мистер и миссис Десмонд? Дарт укрыл ее ладошку своими.

— Скажу, если назовете свое имя.

— Мэриан Каллинан. Одна из моих обязанностей здесь — следить за тем, чтоб нашим гостям было хорошо. Тони дал мне знать, что вы идете, но я, каюсь, опоздала: надо было разобраться с кое-какими документами. — Дарт отпустил руку девушки. — Надеюсь, вы сразу нашли нас?

— Без проблем, — промурлыкал Дарт.

— Вот и славно. И, пожалуйста, пусть вас не смущает, что мы пытаемся навести вас на мысли о работе. Мы стараемся вдохновлять всех писателей, приезжающих к нам погостить. Вы публикуетесь, мистер Десмонд?

— И немало, счастлив сообщить.

— Замечательно, — воскликнула Мэриан. — Где же? Мне бы, конечно, следовало знать ваше имя. Использую каждую минутку, чтобы знать современных авторов и их произведения.

Дарт посмотрел на Нору, а затем, повернувшись к Мэриан, застенчиво потупил взгляд:

— Ну, там-сям...

— Вам не удастся отделаться от меня так просто. Я интересуюсь современной поэзией. Готова спорить, ваша жена не откажется рассказать мне, в каких изданиях можно отыскать ваши работы.

Нора судорожно попыталась вспомнить названия журналов, которые видела на кофейном столике в доме у Марка Фойла.

— Минутку... Он печатал кое-что в «Авек», «Коньюнкшнс» и «Линго».

— О! — Девушка взглянула на Дика Дарта с резко возросшими интересом и уважением. — Звучит впечатляюще. Мне хочется задать вам тысячу вопросов, но боюсь показаться чересчур назойливой.

— Мне это может показаться только приятным, — расплылся в улыбке Дарт. — Как правило, поэтам уделяют не так много внимания.

— Здесь все по-другому! Когда настоящие мастера оказывают нам честь своим приездом, мы стараемся проявить к ним чуть больше тепла и гостеприимства, чем к обычным гостям.

— Ну, разве не чудесно все получилось? — В обращенных к Норе глазах Дарта сверкали бешеные огоньки.