Клуб адского огня - Питер Страуб

Нора шла в ногу с двумя Фрэнками, продолжая гадать про себя, почему ей кажутся такими знакомыми их имена и совершенно незнакомыми — их лица. Они не производили впечатления ученых мужей, и в то же время в обоих была какая-то спокойная сдержанность людей науки и манера держаться чуть особняком, как это бывает у давних партнеров или супружеских пар с многолетним стажем. Их забавляли кое-какие комментарии Дика Дарта, и седой стриженный ежиком Фрэнк явно собирался что-то сказать миссис Десмонд о ее интересном муже.

«Эти двое — твои телефоны, — подумала Нора. — Их можно попросить связаться с полицией. Вот только как им втолковать?»

— Ваш муж — весьма необычный человек, — сказал «седой ежик». — Вы, должно быть, очень гордитесь им.

— Вы позволите поговорить с вами несколько секунд? — быстро спросила Нора. — Мне надо кое-что вам сказать.

— Разрешите представиться, я — Фрэнк Ниари, а это — Фрэнк Тидболл, — оба старика протянули ей руки, которые Нора торопливо пожала. — Мы много раз бывали на экскурсиях Лили, но каждый раз она преподносит что-то новенькое.

Тидболл улыбнулся:

— Однако в оригинальности она, пожалуй, уступит вашему мужу.

Дарт и Лили остановились возле зарослей — должно быть, остатков старого сада. Чуть дальше, в центре маленького пруда торчал пустой пьедестал. Дарт что-то говорил Лили, а та смеялась.

— Едва ли можно стать поэтом, не обладая столь независимыми суждениями, — заметил Ниари. — Из наших краев — из Райнбека, это в верховьях реки Гудзон, — вышло немало художников и поэтов.

Нора с отчаянием посмотрела через лужайку. Разговаривая с Лили, Дарт начал быстро двигаться в сторону приближающейся к нему группы; Нора и оба Фрэнка шли чуть позади остальных.

— Простите, вы что-то хотели нам сказать? — напомнил Ниари.

— Мне нужна помощь. — Дарт двинулся через лужайку, зловеще улыбаясь. — Разрешите на вас опереться? Мне в туфлю попал камушек.

— О, пожалуйста, — сделав шаг в сторону Норы, Фрэнк Ниари подхватил ее под локоть.

Нора подняла правую ногу, сняла туфлю и перевернула ее.

— Все, — сказала Нора, и оба старичка вежливо проследили за полетом несуществующего камушка из ее туфли. — Спасибо. — Когда Ниари отпустил ее локоть, Нора увидела приближавшегося к ней все с той же зловещей улыбкой Дарта и в тот же момент вспомнила, где слышала имена двух Фрэнков. — Вы, должно быть, Ниари и Тидболл, которые сочиняют кроссворды и головоломки для издательства «Ченсел-Хаус»?

— Господи, — произнес Ниари. — Фрэнк, миссис Десмонд знает наши головоломки.

— Ну разве это не восхитительно, Фрэнк?

Нора повернулась, чтобы улыбнуться Дарту, который уловил тон ее беседы со стариками и замедлил шаг.

— Вы знаете наши работы?

— Ну кто ж их не знает! Вы такие молодцы. Я должна была сразу вспомнить ваши имена, как только услышала их.

Дарт подошел на расстояние, позволявшее ему слышать разговор, и Нора продолжила:

— Я люблю ваши головоломки, они такие искусные. — Тут ей вспомнились слова, сказанные когда-то Дэйви. — Вы так тонко варьируете темами.

— Господи, хоть кто-то нас понимает, — сказал Ниари. — Вот человек, который понимает, что головоломка — это больше чем просто головоломка.

Дарт положил руку на плечо Норы.

— Головоломки?

— Норман, — сказала Нора, пытаясь изобразить на лице выражение супружеской заботы, — представляешь, эти очаровательные головоломки и кроссворды для «Ченсел-Хауса» пишут мистер Ниари и мистер Тидболл.

— Что ты говоришь! — воскликнул Дарт, мгновенно входя в образ. — Не те ли самые, из-за которых ты так долго не ложишься спать по ночам, в мучениях пытаясь вспомнить название специи для копчения из восьми букв?

— Здорово, правда?

— Уверен, вам троим есть что обсудить, но мы должны догонять группу. — Дарт улыбнулся обоим Фрэнкам. — А я-то гадал, о чем это вы разговорились. У вас есть свой редактор в «Ченсел-Хаусе»?

— Да, но наша работа не нуждается в редактировании. Дэйви иногда подкидывает кое-какие мысли. Он славный парень.

Все четверо присоединились к группе, и Лили сообщила, что, полюбовавшись видом на пруд, они направятся к «Медовому домику» — к конечному пункту официальной экскурсии. Каждый, кто захочет взглянуть на Поле тумана, Поющие колонны и «Рапунцель», может сделать это самостоятельно.

— А вы, джентльмены, часто сюда ездите? — спросил Дарт.

Ниари и Тидболл, поочередно беря слово, рассказали своим новым друзьям, что стараются посещать «Берег» раз в год:

— Пять лет назад мы снимали «Рапунцель» на ночь — в основном затем, чтобы побродить по главному зданию, когда оно не кишит туристами. Это было незабываемо! А Агнес Бразерхуд рассказала столько историй!...

— Что за истории?

Ниари взглянул на Тидболла, и оба Фрэнка улыбнулись. Затем Ниари сказал:

— Лили и Агнес совсем не похожи друг на друга. Агнес всегда недолюбливала Джорджину и любила за ее спиной посплетничать. Вот этих-то историй, которые никогда не попадут в мемуары, мы с Фрэнком и наслушались.

Лили, стоявшая на выложенном плитняком невысоком бордюре, окружавшем пруд, вновь обратилась к группе, и Фрэнк Ниари прижал палец к губам.

Рассказав два весьма фривольных анекдота о неожиданных встречах писателей разного пола в полуодетом состоянии, Лили спрыгнула с бордюра и объявила, что их конечный пункт — «Медовый домик» — единственный коттедж, отреставрированный до своего первоначального состояния, будет достойным завершением экскурсии.

Заросшая травой каменистая тропа, плавно изгибаясь, уводила от пруда в лес. Нора и Дарт шагали последними, сразу вслед за Фрэнками, остальные шли парами за розовым костюмом Лили. Небо над ними потемнело.

— Того и гляди, дождь сыпанет, — сказал Дарт.

— Непременно сыпанет, — сказал Тидболл. — Дожди в этих краях начинаются чуть раньше, и это хорошо: дождь малость сокращает число туристов. В дождливую погоду в «Береге» очень грязно. Если уж этому суждено случиться, то лучше сейчас, чем на уик-энд.

— Сокращает число туристов? — подхватил Ниари. — Мягко сказано. Дождь действует на прибывающих сюда примерно так же, как этот парень из газет, Дик Дарт, на свои жертвы.

Лили и идущая за ней пара ступили на мостик через ручей, плутавший по северной части поместья. Каблуки их стучали по доскам — трип-трэп, трип-трэп, — как копыта трех козлов-приятелей из старинной сказки.

— А что нового слышно о старине Дарте? — оживился Дик. — Странная история! Честно говоря, мы толком ничего не поняли. На парня навесили убийства, а обвинений не предъявили. И что делала в полицейском участке та женщина? Похоже, за всей этой историей стоит больше, чем нам сообщают. Они все еще в бегах, эта странная парочка?