Молчание мертвых - Бренда Новак

— Спасибо, Мэдди.

Ее сводная сестра промолчала, потом вздохнула.

— Мы будем через час, ладно?

— Мэдди? — Грейс отставила стакан и открыла глаза.

— Что?

— Где живет Кеннеди Арчер?

— В старом доме Баумгартера.

Старым домом Баумгартера называли восхитительный особняк в георгианском стиле, стоявший в двух милях южнее города. Дом считался одной из достопримечательностей Стилуотера, а Лейси Баумгартер была в свое время едва ли не самой популярной девушкой в школе, и именно у нее часто устраивались шикарные вечеринки.

Только вот Грейс на них никогда не приглашали.

— Красивый дом, — нарочито небрежно сказала она.

— Ты бы видела, что с ним сделала Рэйлин. Когда Баумгартеры уехали, дом купили Грины. Потом они развелись. Дом достался Энн, и она пыталась содержать его в одиночку, но получалось у нее плохо. В конце концов, Энн продала особняк Кеннеди и Рэйлин, и те привели его в порядок.

— Замечательно. — Грейс облегченно вздохнула. По пути домой от пиццерии она вдруг подумала, что если у Кеннеди черный внедорожник, то и за рулем «эксплорера», проехавшего утром мимо ее окна, мог быть он. Но если Кеннеди живет в доме Баумгартера, то что ему делать рано утром, в половине седьмого, на Эппл-Блоссом? Нет, скорее всего, это был не он.

— А ты почему спрашиваешь? — поинтересовалась Мэдлин.

— Подумала, что он, может быть, живет в городе.

— Нет. Ты ведь слышала, что он баллотируется в мэры?

— Видела афиши.

Афиши и впрямь попадались чуть ли не на каждом шагу. Соперницей Арчера выступала член муниципального совета Нибли, и у Грейс сложилось впечатление, что она ведет свою кампанию весьма агрессивно.

— Моя газета его поддерживает. А ты будешь голосовать?

Грейс оттолкнулась от земли, и гамак снова закачался.

— Я с удовольствием поддержу тебя и твою газету, но за Кеннеди голосовать не стану, даже если буду в городе во время выборов.

— Он тебе не нравится?

— Нет, не нравится, — ни секунды не колеблясь, ответила Грейс.

— Правда? А почему? Он милый. И мне так жаль его.

— Кеннеди Арчер представляет самую влиятельную семью в городе, он симпатичен, здоров и богат. За что же его жалеть? — сухо спросила Грейс.

— Знаешь, он тяжело переживал смерть Рэйлин. Никогда не видела, чтобы мужчина так плакал на похоронах.

Грейс вспомнила, что мать упоминала о дорожной аварии, стоившей Рэйлин жизни.

— Да, печальная история, — согласилась она.

— Они были вместе еще со школы.

Грейс сама училась с ними в старших классах и ничего не забыла.

— Рэйлин была очень добрым человеком. Он ее не заслуживал.

Пару секунд Мэдлин ошеломленно молчала — наверно, не ожидала от Грейс такой реакции.

— У тебя против него что-то личное? — спросила она после паузы.

Кроме того, что он, в отличие от большинства своих приятелей, счел ее недостойной своего внимания? Грейс так и не решила, что хуже: когда тобой пользуются или когда тебя не замечают. Странно, но в школе высокомерное презрение Кеннеди уязвляло больнее, чем жестокость Джо или Пита. Лично он никакого активного участия в ее травле не принимал. Но Грейс всегда знала, что, если бы Арчер продемонстрировал симпатию к ней, остальные последовали бы его примеру. Он был общепризнанным лидером, он ни на кого не оглядывался и имел собственное мнение по всем вопросам. Она восхищалась им и почти не скрывала этого. Однако ж именно Рэйлин, у которой, казалось бы, были основания ненавидеть Грейс, всегда относилась к ней по-доброму. А Кеннеди, единственный из парней, кто мог бы изменить все, вел себя так, словно не замечал ее существования.

— Нет, ничего особенного. Жду тебя. Приезжай.

— Как поработал? Много лужаек подстриг? — спросил сына Кеннеди, отъезжая от родительского дома. Он не собирался оставаться на обед, но отец попросил задержаться, а мать к их приезду уже накрыла на стол. Отказать отцу Кеннеди не мог, так что обедать сели все вместе. Потом поговорили о политике, и, когда он, забрав собранный Камиллой пакет с вкусностями и усадив в машину мальчишек, сел за руль «эксплорера», часы показывали уже восемь вечера.

— Он сегодня провинился и сидел в углу, — ответил за брата Хит.

Возраст уже позволял ему занимать пассажирское место, но Кеннеди, руководствуясь соображениями безопасности, отправил сына назад. Рэйлин, ехавшая в свой последний день в парикмахерскую, вывернула к разделительной полосе, чтобы избежать столкновения с появившимся внезапно перед ней автомобилем, и в этот момент в нее врезался мчавшийся навстречу грузовик. Шансов выжить при таком столкновении у нее не было, но, выезжая с детьми, Кеннеди старался исключить любой риск.

— Заткнись, Хит, — сказал Тедди. — Вовсе не обязательно рассказывать папе все.

Кеннеди посмотрел в зеркало на младшего сына и, хотя уже темнело, увидел, что Тедди недовольно нахмурился.

— Что случилось?

— Ничего.

— Что ты натворил? — не отставал Кеннеди.

Хит показал пальцем в окно — они как раз проезжали мимо дома Ивонны.

— Он зашел в этот дом.

Судя по тому, что бимер уже не стоял перед крыльцом, где Кеннеди видел его утром, Грейс переставила машину в пристроенный гараж. Место БМВ занял грузовик Кирка Вантассела, так что Грейс, судя по освещенным окнам, принимала свою сводную сестру. Мэдлин уже довольно давно встречалась с Кирком.

— А бабушка почему огорчилась?

— Ему не разрешается приходить на Мейн-стрит. Здесь слишком много машин.

— Я прошел по переулку и через задние ворота, — возразил Тедди.

— Это не важно, тупица, — ответил Хит. — Ивонна умерла, и там живет теперь кто-то еще.

— Эй, — попытался вмешаться Кеннеди, но было уже поздно.

— Сам тупица! Я и без тебя знаю, что там кто-то живет. Я с ней разговаривал. Она дала мне лишний доллар за прополку и разрешила подстричь лужайку. Но не сейчас, а через несколько дней, когда трава подрастет.

— Надо слушать бабушку, — сказал Хит. — Ему нельзя больше туда ходить, правда, пап?

Кеннеди свернул налево у дорожного указателя. Еще квартал, и дом Ивонны исчез из зеркала заднего вида. Он знал, что Грейс не питает к нему симпатий, и это уже само по себе могло быть достаточным основанием для запрета. С другой стороны, он слишком хорошо помнил, как все сторонились ее в школе, и не собирался продолжать в том же духе.

— Тедди работал у Ивонны. Не понимаю, почему он не может работать в этом доме теперь.

Тедди повернулся к старшему брату и скорчил физиономию: