Ведьма - Камилла Лэкберг

Джеймс вздрогнул, услышав в дверях голос Хелены.

– Почему ты так внезапно появляешься? – раздраженно спросил он. Она знает, что не должна так себя вести. – Как давно вы вернулись домой?

Закрыв дверь сейфа, он поставил на место стенку шкафа. Бо́льшую часть оружия ему придется оставить, когда он уедет. Досадно, конечно, но ничего не поделаешь. К тому же оно ему больше не понадобится.

– С полчаса назад. Во всяком случае, я. Сэм пришел пятнадцать минут назад. Он в своей комнате.

Обхватив руками свое тощее тело, Хелена взглянула на мужа.

– Ты собираешься сбежать, не так ли? Хочешь бросить нас. Не просто уехать в командировку. Оставить нас навсегда.

Она произнесла это без печали – вообще без всяких эмоций. Просто констатировала факт.

Поначалу Джеймс не ответил. Не хотел, чтобы ей стало известно о его планах, не хотел давать ей власть. Однако понимал, что все держит в руках он, а не она. Эта иерархия сложилась давным-двано.

– Я подготовил все бумаги, чтобы переписать дом на тебя. На счету есть деньги. Некоторое время вы продержитесь.

Она кивнула.

– Зачем ты это сделал?

Ему не нужно было спрашивать, что она имеет в виду. Закрыв дверь шкафа, Джеймс повернулся к ней.

– Ты прекрасно знаешь, – коротко ответил он. – Ради твоего отца. Я обещал.

– И ничего никогда ради меня?

Он не ответил.

– И ради Сэма?

– Сэм! – Джеймс фыркнул. – Сэм был для меня вынужденной мерой. Ничего другого я никогда не пытался изображать. Сэм – твой. Не будь мне все равно, я никогда не дал бы тебе так его воспитывать. Маменькин сынок, который всегда держался за твою юбку… Он ничего не может сам.

По ту сторону стены раздался шорох, и оба посмотрели туда. Потом Джеймс повернулся к ней спиной.

– Я останусь до воскресенья, – сказал он. – А потом – справляйтесь сами.

Несколько мгновений Хелена стояла неподвижно. Потом он услышал ее удаляющиеся шаги.

* * *

– Я дико устал, – проговорил Патрик, опускаясь на диван рядом с Эрикой.

Она протянула ему бокал вина, и он с благодарностью принял его. В участке дежурил Мартин, так что Хедстрём со спокойной совестью мог позволить себе бокал вина.

– Как прошел допрос Джеймса? – спросила она.

– Его нам не сломить, пока не будет конкретных улик. А чтобы раздобыть их, требуется время. Пули посланы для сравнения, но в центре криминологической экспертизы нагрузка колоссальная.

– Жаль, что отпечатки пальцев не удалось обнаружить в реестре. Отлично сработала твоя интуиция, подсказавшая тебе, что отпечатки пальцев на теле Неи должны совпасть с теми, что обнаружены на упаковке от шоколадного батончика.

Эрика придвинулась ближе к мужу и поцеловала его. От прикосновения ее мягких губ напряжение, накопившееся в теле, отпустило. Патрик откинулся на спинку дивана и издал глубокий вздох.

– Боже мой, как чудесно хоть немного побыть дома! Но мне придется посидеть и поработать. Постараться разложить все по полочкам.

– Попробуй мыслить вслух, – посоветовала Эрика, откидывая назад волосы. – Все нередко становится куда яснее, если проговариваешь мысли вслух. Кстати, мне тоже есть что тебе рассказать.

– Вот как? И что же? – с любопытством спросил Патрик.

Но Эрика покачала головой и отхлебнула глоток вина.

– Нет, сначала ты. Давай. Я слушаю.

– Видишь ли, проблема заключается в том, что одни вещи очевидны, другие неочевидны, а третьи я и вовсе никак не могу охватить умом…

– Поясни, – попросила Эрика.

Он кивнул.

– Я не сомневаюсь, что Джеймс застрелил Лейфа. Из своего «кольта». А потом вложил пистолет Лейфа ему в правую руку, посколько счел, что тот правша. – Он сделал паузу. – Видимо, это произошло после того, как Лейф вышел на него, желая поговорить о деле Стеллы. Они договорились о встрече, которая закончилась смертью Лейфа.

– Два вопроса, – сказала Эрика, показывая ему два пальца. – Первый: какие у Джеймса могли быть мотивы, чтобы убивать Лейфа? Насколько я понимаю, есть два варианта: чтобы защитить жену или чтобы защитить себя.

– Согласен. И я точно не знаю, какой из них верен. Моя догадка – чтобы защитить себя. Мы почти убеждены, что именно Джеймса Стелла встречала в лесу. Он всегда вел себя как одинокий волк.

– Вы спрашивали родителей Неи, не говорила ли она то же самое? Что она кого-то встречала в лесу?

– Нет, – ответил Патрик. – Но, по словам ее родителей, она не ходила в лес, а по большей части играла в сарае. Играла с «черным котом», как она его называла. У них есть серый кот, с которым я успел подружиться, пока мы делали обыск.

– Хорошо, – ответила Эрика, которая, похоже, теперь больше размышляла, чем слушала. – Предположим, что ты прав и Джеймс убил Стеллу, а потом убил Лейфа, чтобы замести следы, – но это вызывает целый ряд новых вопросов. Почему девочки признались? И не странно ли, что Джеймс женился после этого на Хелене?

– Да, понимаю, – задумчиво проговорил Патрик. – Похоже, в этой истории есть немало моментов, которых мы пока не понимаем. И, боюсь, никогда не узнаем правды. Йоста уверен, что Джеймс свалит за границу, прежде чем у нас появится шанс задержать его.

– Разве вы не можете этому помешать? Запретить ему покидать страну? Как говорят в американских фильмах: «Вам запрещено покидать этот город»…

Патрик рассмеялся.

– Хорошо бы. Но у нас нет никаких возможностей помешать ему, пока не появятся конкретные улики. А на это, как уже было сказано, потребуется время. Я надеялся, что во время обыска мы найдем незаконное оружие – этого хватило бы, чтобы задержать его и выиграть время… А второй вопрос? Ты сказала, что у тебя два вопроса.

– Хм… Меня интересует, как он мог подумать, что так неуклюже совершенное убийство не будет раскрыто. Я имею в виду убийство Лейфа. Ведь если б вскрытие проводилось как положено, они уже тогда заметили бы, что пуля не подходит к пистолету Лейфа. Они разного калибра.

– У меня возникал тот же вопрос, – проговорил Патрик, задумчиво вертя в руках бокал. – Но после встречи с Джеймсом я могу ответить на него одним словом: спесь. Он считает всех дураками.

Эрика кивнула.

– А убийство Неи? Как оно связано с убийством Стеллы? Если мы по-прежнему исходим из того, что Джеймс убил Стеллу, а затем – Лейфа, чтобы это скрыть, каким боком в деле появляется Нея?

– Это вопрос на засыпку, – согласился Патрик. – На это убийство у Джеймса стопроцентное алиби. И, поверь мне, мы его очень серьезно проверяли. Когда ее убили, он находился в Гётеборге – в этом не приходится сомневаться.

– Так кто же тогда? Кому принадлежат отпечатки пальцев на обертке от батончика и на теле?