Восьмой детектив - Алекс Павези

– Невиновен? – спросил Балмер, когда дверь за ними закрылась.

– Никогда его всерьез и не подозревал. Просто хотел проверить. На руках никаких царапин или следов борьбы, он не мог убить ее. По правде сказать, в жизни не видел столь ухоженных рук.

Балмер кивнул.

– А что насчет обручального кольца и перчатки?

Лори покачал головой.

– Отметин на перчатке и не было. Я просто хотел его припугнуть.

– Я так и подумал.

Изнутри дом начал напоминать заброшенный старый комод, полный никому не нужных вещей. Детективы с облегчением вышли на улицу, где стоял идеально теплый вечер. Они подошли к полицейскому по имени Купер, который должен был опросить соседей.

– Нашли что-нибудь?

Купер замотал головой.

– Сегодня мало кто выходил на улицу. Похоже, тут все целый день прячутся от солнца. Цветочный магазин закрыт с самого утра. Зеленщик в обед видел неподалеку мужчину в длинном черном плаще, но не смог описать его.

– Совсем никак?

– Он видел его со спины. Вспомнил только, что тот был в шляпе и среднего роста.

Лори перевел взгляд на сад, где все еще играли две девочки.

– А что насчет сестры? С ней кто-нибудь говорил?

– Пока нет. Мы, конечно, присматривали за ней, но о случившемся не рассказывали, не наше это дело.

– Но ей должно быть интересно, почему ее не зовут на обед?

– Я дал ей яблоко, и мне показалось, она к такому привычна.

Лори нахмурился.

– Что ж, они младше, чем мне хотелось бы, но все равно нужно с ними поговорить. Если они играют здесь целый день, то могли что-нибудь заметить.

И он зашагал к ним.

Оставленные без родительского внимания, Мэгги и Роуз уже совершенно одурели от игр и теперь были заняты тем, что вырывали из земли цветы и вкапывали их там, где, по их мнению, они смотрелись лучше. Заметив приближающихся Лори и Балмера, Роуз толкнула Мэгги в бок, и, побросав цветы, подруги тут же изобразили полную невинность.

– Эй, девочки, а во что вы играете? – спросил Лори, подойдя ближе.

– Я продавец цветов, – ответила Роуз, указывая на все еще закрытый магазин через дорогу.

– А я покупатель, – сказала Мэгги.

Они обе так устали, что уже не замечали границ между действительностью и миром своего воображения.

– Кстати, девочки, меня зовут инспектор Лори.

– А меня – сержант Балмер.

– Почему бы нам всем вместе не поиграть немного в полицейских детективов? Видите тот дом с красной дверью? Одна из вас там живет, не так ли?

– Она, – заявила Роуз.

Мэгги уселась на траву, ее сердце колотилось.

– А что случилось? – спросила она.

– Ничего, мы просто хотим задать несколько вопросов. Ты видела, чтобы кто-то незнакомый заходил в дом, пока вы здесь играли?

Мэгги покачала головой.

– Сегодня нет. А что?

Роуз подбоченилась.

– Мы никого не видели. Сегодня все было очень тихо.

– А на площади вы кого-нибудь заметили? Возможно, кого-нибудь подозрительного?

Роуз задумалась, приложив палец ко рту.

– Да, – наконец ответила она.

Мэгги молча сидела и ковыряла траву.

– Мужчина? Можешь его описать?

Поразмыслив, Роуз ответила:

– Обычного вида, только с большими усами. А еще на нем был темно-синий костюм.

– Но в дом с красной дверью он не заходил?

– Вроде бы нет. Он просто проходил мимо по улице и помахал нам.

Мэгги подняла глаза, словно желая что-то сказать, но Роуз опередила ее:

– И все, потом он ушел.

– Понятно. Что ж, девочки, спасибо за помощь.

Повернувшись к Балмеру, Лори покачал головой, и они направились к выходу из сада. За воротами они остановились, и Балмер подытожил:

– Мужчина в синем и мужчина в черном.

– А еще ты в сером и я в коричневом – целая радуга мужской моды в нашем деле.

– Брось, Лори, тут не до шуток. Время идет, а реальных подозреваемых у нас нет. Что будем делать?

– Продвигаться вперед шаг за шагом. Для начала давай нанесем визит, – он достал из кармана свои записи, – некоему мистеру Эндрю Салливану из Хэмпстеда.

– Другу детства, – проворчал Балмер.

Они взяли такси и доехали до северного Лондона, где в доме на холме жили Эндрю Салливан и его овдовевшая мать. Водителя попросили подождать.

Расположившийся напротив церкви дом оказался довольно современным: белые стены, большие окна, плоская крыша. Сад перед домом весь зарос кустарником, сквозь который проглядывали статуи – большие причудливые куски камня разных оттенков серого. Приближался вечер и начинало темнеть.

Лори постучал в дверь. Прошло полминуты, и им открыла исполинского роста горничная-немка. На вопрос, могут ли они поговорить с мистером Салливаном, она ответила с не до конца изжитым акцентом:

– К сожалению, нет. Миссис и мистер Салливан уехали из страны.

От нее они узнали, что пару месяцев назад юный мистер Салливан захандрил, и его мать предложила съездить в Европу, надеясь отвлечь сына от гнетущих мыслей. Он нехотя согласился, и десять дней назад они уехали.

Соседи подтвердили рассказ горничной: Салливанов никто не видел уже больше недели. Разочарованные детективы вернулись в такси.

– Куда теперь?

Лори вздохнул.

– В Скотленд-Ярд. Проверим наши записи, вдруг мы что-то упустили.

– Дело, кажется, гиблое.

Лори поднял на него глаза.

– Не забывай, бог требует правосудия.

На следующее утро, опросив всех жителей Колчестер-террас, они снова встретились на месте преступления: ванная стала для них своего рода оперативным штабом, где было тихо и никто не беспокоил. Тело прошлой ночью забрал полицейский врач.

– Зеленщик оказался не особо разговорчивым, – сказал Балмер, глядя в окно. – Про человека в черном плаще он вспомнил только, что на том были также черные перчатки и шляпа.

Лори сидел, прислонившись к стене и закрыв глаза.

– Думаешь, врет?

– Ему незачем. Думаю, он просто видит очень много людей. А этого человека он запомнил потому, что тот находился внутри сада: доступ туда есть только у жителей окрестных домов, но этот человек был ему незнаком.

– Ясно. Черные перчатки не такая уж редкость. А у самого зеленщика есть алиби?