Ночь Томаса - Дин Кунц

— Я собираюсь тебе кое-что показать.

— Что?

— Связанное с цветком.

— Хорошо.

— Не сейчас.

— Когда?

— Все в свое время.

— Надеюсь, что проживу достаточно долго.

Ее улыбка стала шире, голос еще смягчился от теплых дружеских чувств.

— У тебя есть некий дар Божий, ты знаешь.

Я пожал плечами и посмотрел на огонек в красной стеклянной лампе, что стояла между нами.

— Давай без обиняков. Я хочу сказать… дар Божий, на который ты можешь положиться.

Если она думала, что цветком и этими похвалами она заставила меня забыть о вопросе, от ответа на который ускользнула, то ошиблась. Я вернулся к вопросу.

— Если они не хотят убивать тебя сейчас, но захотят позже, и не по истинной причине… какая же причина истинная? Нет. Извини. Назови более вескую причину, по которой они могут захотеть тебя убить?

— Ты узнаешь, когда узнаешь.

— И когда я узнаю?

В ответ я услышал то, что и ожидал:

— Всё в свое время.

И, что удивительно, я не верил, будто она придерживает информацию или говорит загадками, чтобы обмануть или завлечь меня. У меня создалось ощущение, что она правдива до мозга костей.

Более того, я чувствовал, что полностью осознать всю смысловую нагрузку ее слов мне не удалось, и со временем, оглянувшись на наш обед, я пойму, что в тот вечер, в тот час мне следовало понять, с кем я имею дело.

Обеими руками Аннамария взялась за кружку с чаем, отпила из нее.

В свете масляных ламп выглядела она так же, как и при сером свете второй половины дня, на пирсе. Не красавица, не уродина, но и определенно не простушка. Хрупкая, но не слабая. Притягательная, но скромная.

И внезапно мое обещание обеспечить ее безопасность камнем придавило сердце.

Я поднес руку к медальону, который теперь висел у меня на шее.

Опустив кружку, она посмотрела на колокольчик, который я сжимал большим и указательным пальцами.

— «Колокол зовет… — процитировал я. — То похоронный звон, в рай или ад торопит он».[22]

— Шекспир, — кивнула она. — Но эта цитата тут неуместна. Такой человек, как ты, не должен сомневаться в своем предназначении.

Вновь я перевел взгляд на масляную лампу. Может, потому, что воображение у меня очень уж богатое, увидел, как мерцающий огонек на мгновение превратился в струю огня, вырвавшуюся из пасти дракона.

Вместе, без дальнейших разговоров, мы быстро убрали со стола, оставшуюся еду отправили в холодильник, тарелки сполоснули и поставили одну на другую.

Аннамария достала из стенного шкафа короткую куртку, я загасил лампу на кухне и ту, что стояла на столе, за которым мы ели.

Она подошла ко мне с сумочкой в руке.

— Тебе может понадобиться что-то еще, — заметил я.

— У меня ничего особо и нет, — она пожала плечами. — Кое-что из одежды, но я не думаю, что у нас есть время.

Та же мысль побудила меня спешить с уборкой стола.

— Погаси остальные лампы. — Аннамария достала из сумочки фонарь. — Быстро.

Я погасил.

А когда она направила луч фонаря в пол и повела к двери, из тишины ночи донесся шум приближающегося автомобиля — судя по звуку, грузовика.

Аннамария прикрыла фонарь рукой, чтобы он не осветил окна.

В ночи скрипнули тормоза, мотор теперь мурлыкал на холостых оборотах, но совсем рядом: грузовик остановился на подъездной дорожке у гаража, над которым мы сейчас находились.

Хлопнула дверца кабины. Потом вторая.