Настоящая ложь - Эмили Локхарт

– Конечно, – сказала Джул. – Я смогу тебя защитить.

Никаких трех ухажеров в Стэнфорде у нее не было.

И нигде не было. Даже одного.

Джул не нуждалась в парне, да и вообще сомневалась в том, что они ей нравятся, как и в том, что ей нравится хоть кто-нибудь.

Они с Паоло договорились встретиться в восемь вечера. Она три раза почистила зубы и два раза переоделась. Брызнула на себя духами с ароматом жасмина.

Когда она заметила его у карусели, где была назначены встреча, ее охватило желание повернуться и уйти. Паоло наблюдал за выступлением уличного артиста. Он плотно обмотал шею шарфом, защищаясь от январского ветра.

Джул помнила, что дала себе зарок не сближаться с людьми. Никто из них не стоил такого риска. Она уже собиралась уйти, сейчас же, но тут Паоло посмотрел на нее и рванул навстречу, во весь опор, как мальчишка, чудом не сбив с ног. Он закружил ее в объятиях и воскликнул:

– Боже, это как в кино. Ты можешь поверить, что мы в Лондоне? Все, что нам известно, находится по другую сторону океана.

И он был прав. Все осталось на том берегу океана.

Вечер обещал быть незабываемым.

Паоло повел Джул на прогулку вдоль Темзы. Уличные артисты играли на аккордеонах, ходили по низкому канату. На какое-то время они зависли в книжном магазине, а потом Джул купила им обоим сладкую вату. Зарывшись по уши в воздушные розовые облака, они брели к Вестминстерскому мосту.

Паоло взял Джул за руку, и она не противилась этому. Время от времени он нежно потирал ее запястье подушечкой большого пальца. Трепет удовольствия поднимался по ее руке. Она и сама удивлялась тому, что его прикосновения могут быть настолько приятными.

Вестминстерский мост возвышался над рекой рядами серо-зеленых каменных арок. Свет его фонарей подхватывали бурные потоки воды.

– Самым страшным в той комнате ужасов был Джек-потрошитель, – сказал Паоло. – Знаешь почему?

– Почему?

– Во-первых, потому, что его так и не поймали. И, во-вторых, ходили слухи, что он покончил с собой, спрыгнув именно с этого моста.

– Да брось ты!

– Так говорят. Возможно, он прямо здесь и стоял, когда прыгал. Я читал об этом в Интернете.

– Полный бред, – возразила Джул. – Никто даже не знает, кто на самом деле скрывался под именем Джека-потрошителя.

– Ты права, – согласился парень. – Бред, конечно.

И тогда он поцеловал ее, под уличным фонарем. Как в сцене из фильма. Поблескивали камни моста, влажные от тумана. Полы пальто хлопали на ветру. Джул поежилась от холода, и теплая ладонь Паоло обхватила ее затылок.

Он целовал ее так, словно и не мечтал оказаться в каком-нибудь другом уголке земли, потому что нигде ему не было бы так хорошо, как здесь и сейчас. Словно знал, что она никому не позволяет дотрагиваться до нее, но не сомневался, что ему можно, и потому он самый счастливый парень в мире. А Джул казалось, что река, ревущая внизу, бежит по ее венам.

С ним она хотела быть собой.

И задавалась вопросом, осталась ли она собой. Сможет ли существовать, оставаясь собой.

И можно ли полюбить ее настоящую.

Они оторвались друг от друга и какое-то время шли молча. Прямо на них двигались четыре пьяные девицы, опасно шатаясь на высоких каблуках.

– Не могу поверить, что нас прогнали, – жаловалась одна из них заплетающимся языком.

– Эти педерасты хотят захватить наш бизнес, – вторила ей другая. У обеих проскальзывал йоркширский акцент.

– Ой, какой милый. – Первая оценила Паоло с расстояния десяти шагов.

– Ты думаешь, он хочет пойти выпить с нами?

– Ха! Ну, ты и наглая.

– Не знаю. Спроси у него сама.

– Добрый сэр! – прокричала одна девица. – Если хотите провести вечер, можете пойти с нами.

Паоло покраснел.

– Что?

– Идешь? – спросила она. – Только один.

Паоло покачал головой. Девицы, хихикая, пошли дальше, и он смотрел им вслед, пока те не спустились с моста. Потом он снова взял Джул за руку.

Впрочем, настроение уже изменилось. Они не знали, что сказать друг другу.

Наконец Паоло прервал затянувшуюся паузу:

– Ты знала Брук Лэннон?

Что?

Брук, подруга Имоджен. Какое отношение к ней имеет Паоло?

Джул придала своему голосу беззаботности.

– Да, по Вассару. А почему ты спрашиваешь?

– Брук… она скончалась около недели назад. – Паоло уставился себе под ноги.

– Что?! О, нет.

– Я не думал, что именно мне придется сообщать тебе эту новость. До меня не сразу дошло, что ты с ней знакома, – сказал Паоло. – А сейчас вдруг что-то щелкнуло в голове.

– А ты откуда знаешь Брук?

– Да я толком и не знаком с ней. Она дружила с моей сестрой в летнем лагере.

– Что с ней случилось? – Джул не терпелось услышать ответ, но она взяла себя в руки и заговорила спокойнее.

– Это был несчастный случай. В национальном парке, на севере Сан-Франциско. Брук гостила там у своих друзей, которые учатся в местном колледже, но в тот день они были заняты или что-то в этом роде, и Брук отправилась на прогулку. Она ушла еще днем, но сильно задержалась. И когда уже стемнело, она оказалась в заповеднике одна. И просто… упала с пешей тропы над обрывом.

– Упала?

– Говорят, что она выпила. Короче, Брук ударилась головой. Ее нашли только утром. Тело было порядком обезображено. В заповеднике полно диких животных.

Джул содрогнулась. Перед глазами встала Брук Лэннон с ее громким, показным смехом. Брук, любившая выпить. Брук, с ее извращенным чувством юмора, жиденькими светлыми волосами, тяжелым подбородком и гладким телом. Глупая, недалекая, грубоватая Брук.

– Как же узнали, что произошло?

– Она перелезла через перила. Может, карабкалась наверх, чтобы оглядеться вокруг. Ее машину обнаружили на стоянке с пустой бутылкой водки на сиденье.

– Может, это самоубийство?

– Нет, нет. Просто несчастный случай. Это было сегодня в новостях, рассказывали как поучительную историю. Ну, типа, не ходите гулять по лесам в одиночку. Не пейте водку, отправляясь в поход вдоль обрыва. Ее родители забили тревогу, когда она не приехала домой в канун Рождества, но полиция решила, что девушка просто загуляла.

Джул стало холодно и страшно. Она и не думала о Брук с тех пор, как приехала в Лондон. А могла бы заглянуть на ее страничку в соцсетях, но почему-то не сделала этого. Она полностью вычеркнула Брук из своей жизни.

– Ты уверен, что это был несчастный случай?