Отряд мертвых - Адам Симкокс

Лишенные никогда еще не находили вход в комплекс – который Мейбл шутливо называла дворцом, – поскольку там практически нечего было найти. Два входа: служебный люк, который предпочла Дейзи-Мэй, когда привела сюда Джо, и второй, спрятанный в пещере к западу от центра Загона.

Именно там и собралась банда лишенных.

Герцогиня шла по бесконечному обесцвеченно-белому коридору – по обе стороны тончайшие отпечатки дверей, потолок настолько высокий, что его не видно, – и припомнила, как здесь впервые шла Дейзи-Мэй. «Будто ты во внутренностях Бога, – восхищенно сказала девушка. – В хорошем смысле, конечно».

Если б она знала, насколько это точно…

Герцогиня подошла к наружной двери и остановилась.

«И что ты планируешь, малышка Рейчел? – спросил каркающий голос Бабули Дженки. – Чтобы добраться до Загона, Ханне пришлось карабкаться из самых глубин ада. Думаешь, она в настроении поболтать о старых добрых временах? Эта девушка будет желать только одного – мести. Ты получила ее титул».

– Она может забрать его себе, – сказала Герцогиня, эхо ее голоса затерялось в пустоте. – Я его не хочу. Я никогда его не хотела.

«Врешь, – ответил голос ее давно усопшей бабушки. – Ты убила бы собственных дочерей, лишь бы остаться директором Загона. Будь ты достаточно женщиной, чтобы родить хоть одну…»

«Низкий удар, Бабуля Дженки, даже для тебя, – подумала Герцогиня. – Моя предполагаемая сестра нацарапала на земле – я видела это слово на экране – “Поговорим”, так что именно этим я и намереваюсь заниматься».

И все же Герцогиня выжидала, стоя у двери. Она собиралась пойти на неоправданный риск, но не рискнуть было невозможно.

Ей нужно знать.

Она оперлась о стену, шепча ей, и стена со скрежетом поднялась, впуская лучи огненно-серного неба. Группа лишенных стояла именно там, где она видела их на экране, – силуэты на фоне беспокойных туч, девочка-подросток чуть ближе. Герцогиня попыталась вспомнить, когда в последний раз так нервничала.

Она не смогла.

Тишину расколол хруст земли под ногами, когда она вышла наружу. «Спина прямая, голову выше, – сказала себе Герцогиня. – Ради всего святого, ты же правитель этого места».

Она остановилась в сотне ярдов от группы, изучая девушку. Прошло больше двух сотен лет с тех пор, как они виделись в последний раз, но сходство с давно умершей сестрой было разительным. И это не считая того, насколько нетипичной была девушка для лишенного. В ней были твердость и баланс, которого не имели другие существа. С другой стороны, если она пробила себе путь из Ямы, как она может не быть твердой? Как она может быть кем-то иным, кроме как самым яростным из всех бойцов?

Герцогиня приветственно подняла руку.

Девушка ответила тем же.

Герцогиня сглотнула, когда увидела рубцы шрамов на запястье; в мыслях вспыхнул образ сестры, лежащей в кровавой ванне.

«Это она, – подумала Герцогиня. – Это может быть только она».

– Ханна?

Девушка улыбнулась, потом открыла рот. Раздалось сухое карканье, будто ее голос стянули колючей проволокой.

– Рейчел.

Герцогиня ничего не сказала, затем сделала шаг вперед.

Ряды лишенных, окруживших Ханну, ощетинились.

Та подняла руку, успокаивая их.

«Саймон говорит: стой, – подумала Герцогиня. – Саймон говорит: завоюйте мир»^[7].

– Ты постарела, – сказала Ханна словами из стекла и крови.

– Ты не изменилась, – отозвалась Герцогиня.

– Изменилась.