Тайны Вивьен - Анастасия Румянцева

Русамия. Велидар. 1859 год

Это не Магистр, – повторила Вивьен. – Магистр не носит кольца. Он презирает богатство. Он не впустит в штаб незнакомку, не проверив – безоружна ли она. – Она шагнула назад и прижала к груди мешок.

– О чем ты? – Кир поднялся с колен.

– Разве не таковы правила Ордена? – продолжила Вивьен.

– Она права, Кир. Это, видимо, и есть та проверка, о которой я тебе говорил. – Август встал следом.

Кто-то захлопал в ладоши, и глухой звук разлетелся по залу. Из темной ниши вышел незнакомец. Длинный и худой, черный плащ превращал его в призрака.

– Спасибо, Максимилиан. Ты можешь идти.

Мужчина, который притворялся Магистром, встал и почтительно поклонился. Он ушел, а за ним поспешил и постовой.

– Не думал, что вы так быстро догадаетесь, графиня. – Магистр скинул капюшон и обнажил темно-русые пряди. Округлое лицо обманывало своим добродушием, и только темные глаза отливали жестким блеском. Он галантно поцеловал руку Вивьен и устроился во главе стола. – Присаживайтесь, друзья мои. Я вижу, что опасности нет. Граф Маврос, как поживаете?

Кир сел напротив Вивьен, и она заметила, как он слегка откинул голову и один уголок рта приподнялся в презрительной усмешке.

– Замечательно, – коротко ответил он. – Как ваша супруга, князь Силин?

– Она готовится к очередному приему. Если честно, я уже устал от них, – князь демонстративно фыркнул.

Вивьен стиснула зубы. Она не привыкла к подобному обращению. В Париже ее бы назвали леди Вивьен, а не графиня. Хотя ее отец – русамиец, она росла во Франции и совершенно не знала этикета Русамии.

– Рад, что вы вернулись. – Магистр по-женски подпер подбородок рукой.

– Я здесь только из-за Вивьен, – холодно отрезал Кир.

Они молча смотрели друг на друга. Глубокие темно-синие глаза графа, которые в сиянии свечей казались черными. И глаза князя Силина. Еще чернее, чем у Кира.

– Жаль. Я надеялся, вы передумаете, – князь цокнул языком и повернулся к Вивьен. Казалось, его интерес к графу Мавросу иссяк, когда он понял, что тот и не думал возвращаться в Орден. – Графиня Росс, примите мои соболезнования. Уверен, ваш отец был одним из достойных мятежников.

– Так и есть, – выдохнула Вивьен и не выдержала: – прошу вас, называйте меня – леди Вивьен. Я… не привыкла к титулу графини.

Глаза Магистра недовольно блеснули, но он улыбнулся:

– Как скажете, леди Вивьен. Расскажите нам, что случилось с вашей семьей на самом деле? Официально вас считают погибшими в пожаре.

Вивьен открыла мешок и вытащила сверток. Пальцы дрожали. Так долго она прятала семейную реликвию, и теперь все тело бунтовало против того, что она собиралась сделать. На свет показалась фарфоровая статуэтка. Вивьен поставила ее на стол и пододвинула к Магистру. С минуту он молча разглядывал куколку: шляпку, зонтик, свадебное платье. И отклонился назад, когда разглядел злобное лицо статуэтки. Август и Кир тоже отодвинулись, словно почувствовали нечто, недоступное Вивьен.

– Кхм… Что это? – Князь Силин нервно оттянул воротник.

– Статуэтка моей мамы. И вещь, из-за которой погибли родители. Отец состоял в тайных членах Ордена и обязался охранять реликвию. Мы уехали в Париж, но сектанты нашли нас, – Вивьен старалась говорить спокойно и отрешенно.

«Это не моя история. Это не моя история».

Но мысленная мантра не спасала, в голове зазвучали крики. Тоска по родным вернулась в утроенном размере. Вивьен стиснула кулаки и скрипнула зубами.

– Они отрубили им головы.

Фраза прозвучала приговором для убийц.

– Ради этого? – Лицо князя оживилось, и он с любопытством посмотрел на статуэтку. – Весьма зловещая вещь, но убивать из-за нее…

– Вероятно, она несет в себе силу, – вставил Август.

Вивьен мельком глянула на него и наткнулась на взгляд Кира. Небывалое раньше чувство взметнулось внутри нее. Тревожное, саднящее. Словно предчувствие шептало – этот человек сыграет в твоей судьбе важную роль. И все же, несмотря на интуицию, в его глазах она читала, что он единственный понимает ее боль.

– По преданию, душа моей прабабки Надии Герард вселилась в статуэтку. Она погибла в 1793 году, когда в Париже разгорелась революция. Ее дочь верила, что статуэтка исполнит любое желание. И в семье моей матери всегда с почтением относились к наследию Надии. – Вивьен ревностно завернула куколку и спрятала обратно в мешок, прочь от недоверчивых глаз.

– Значит, никакого подтверждения нет, кроме семейных легенд? – Князь Силин прищурился. – Хотите сказать, Секта все эти годы искала реликвию, доверившись старым преданиям?

– Есть вещи, которые не нуждаются в доказательствах. Как существование Иисуса Христа или святого Грааля. Они просто есть, – отчеканила Вивьен.

– Допустим, – согласился Магистр, но его лоб сморщился. – Значит, сектанты хотели заполучить статуэтку и убили ваших родителей, но вы сумели сбежать. Хм. – Он задумчиво потер подбородок. – Печально, печально. Если допустить, что это правда, то лучше вам остаться под защитой графа Мавроса. Он хоть и вышел из Ордена, но не думаю, что бросит красивую леди в беде. – И князь красноречиво посмотрел на Кира.

В воздухе заискрилось напряжение. Вивьен молча переводила взгляд с мужчины на мужчину и пыталась уловить смысл слов Магистра.

– Подождите. Что значит остаться под защитой? Вы обрекаете меня на вечное заточение? А как же месть?! – В груди зажгло от бессильной ярости. – Мой отец, граф Росс, всю жизнь служил Ордену, а Орден даже не пытается восстановить справедливость?

Она вскочила и ударила ладонями по столу. Гулкий стук разнесся по залу.