Джек Ричер, или Без второго имени - Ли Чайлд

На этот раз мужчина постоял на коленях немного дольше. Ему мешала подняться жара. Ричер решил, что на открытых пространствах температура достигает почти сорока градусов. Может быть, в Центральном парке. Какая-то небольшая метеостанция. Но в кирпичных каньонах Уэст-Виллидж температура могла доходить и до пятидесяти. И еще влажность. Ричер был в старых брюках цвета хаки и голубой футболке, и они выглядели так, словно он только что вышел из реки.

Мужчина поднялся на ноги и остался стоять, опираясь руками о колени и тяжело дыша.

– Давай забудем об этом, старик. Найди кого-нибудь другого и бей его.

Ответа не последовало. Так продолжалось довольно долго, словно мужчину раздирали сомнения и он рассматривал все доводы «за» и «против». Плюсы и минусы. Победа и поражение.

– Ты можешь досчитать до трех с половиной? – наконец спросил мужчина.

– Думаю, да, – ответил Ричер.

– Именно столько часов у тебя есть, чтобы покинуть город. После полуночи ты – мертвец. И до этого, если я тебя увижу.

После чего мужчина выпрямился и быстро зашагал в сторону Шестой авеню, словно принял решение; его каблуки стучали по горячему камню, точно у деловитого целеустремленного человека, который только что вспомнил про важное дело. Ричер смотрел ему вслед, пока мужчина не скрылся из вида, после чего повернулся к женщине.

– Куда вы пойдете? – спросил он.

Она указала в противоположном направлении, в сторону Вашингтон-сквер.

– Тогда с вами все будет в порядке, – заметил Ричер.

– У тебя есть три с половиной часа, чтобы уехать из города.

– Я не думаю, что он говорил серьезно. Он сбежал и просто хотел сохранить лицо.

– Уж поверь мне, он говорил совершенно серьезно. Ты ударил его по голове. Господи…

– Кто он такой?

– А ты?

– Случайный прохожий.

– Откуда?

– Сейчас из Пхоханга.

– Проклятье, где это?

– Южная Корея. Лагерь Маджук. Морская пехота.

– Ты из морской пехоты?

– Сын морского пехотинца. Мы едем туда, куда отец получает назначение. Но сейчас школа закончилась, и я путешествую.

– Один? Сколько тебе лет?

– Осенью будет семнадцать. Не беспокойтесь обо мне. Я не из тех, кто получает пощечины на улице.

Женщина ничего не сказала.

– Кто этот тип? – спросил Ричер.

– Как ты сюда добрался?

– На автобусе до Сеула, на самолете до Токио, потом самолетом до Гаити, самолетом до Лос-Анджелеса, самолетом до Международного аэропорта Кеннеди, автобусом до Автобусного терминала Портового управления. Дальше шел пешком.

«Янкиз» уехали в Бостон, что стало большим разочарованием. Ричер считал, что этот год станет для них особенным. Погоду в команде делал Реджи Джексон. Долгая засуха заканчивалась. Но не повезло. На стадионе было темно. Альтернативой являлся стадион Ши, «Чикаго кабс» против «Нью-Йорк метс»^[5]. В принципе, Ричер ничего не имел против бейсбола «Метс» как такового, однако тяга к центру города победила. Он решил, что пройдется по Вашингтон-сквер и поищет девушек из летней школы Нью-Йоркского университета. Одна из них может согласиться пойти с ним на свидание. Или нет. Но оно того стоило. Он всегда оставался оптимистом, и его планы были гибкими.

– Как долго ты собираешься путешествовать? – спросила женщина.

– Теоретически я свободен до сентября.

– И где ты остановился?

– Я только что приехал. Пока еще не решил.

– А твои родители не против?

– Мама за меня тревожится. Он читала в газете про Сына Сэма^[6].

– Ей следует волноваться. Он убивает людей.

– Главным образом он охотится на сидящие в машинах пары. Так пишут газеты. С точки зрения статистики маловероятно, что я стану его жертвой. У меня нет машины, и пока я один.

– В городе есть и другие опасности.

– Я знаю. Мне нужно навестить брата.

– Здесь?

– В двух часах езды.

– Тебе следует отправиться туда прямо сейчас.

Ричер кивнул.

– Я должен был выехать на позднем автобусе.

– До полуночи?

– Кто этот тип?

Женщина не ответила. Жара не спадала, и воздух оставался густым и тяжелым. Приближалась гроза. Ричер чувствовал, как она собирается на северо-западе. Может быть, скоро начнется настоящая буря долины Гудзон, которая пронесется над медленной водой, между высокими утесами, как он читал в книгах. Свет мерк, смещаясь в пурпур, словно природа готовилась к чему-то грандиозному.

– Поезжай к брату, – сказала женщина. – И спасибо за помощь.

Красный отпечаток ладони на ее лице начал тускнеть.

– С вами все будет в порядке? – спросил Ричер.

– Со мной все будет хорошо.

– Как вас зовут?

– Джилл.

– Джилл, а дальше?

– Джилл Хемингуэй.

– Вы не родственница?

– Кому?

– Эрнесту Хемингуэю. Писателю.

– Я так не думаю.

– Вы свободны сегодня?

– Нет.

– Меня зовут Ричер. Было приятно с вами познакомиться. – Он протянул ей руку, и женщина ее пожала.

Ее рука оказалась горячей и влажной, словно у нее был жар. Впрочем, его ладонь тоже. При температуре в сорок градусов или даже больше, при отсутствии ветерка испарение практически отсутствовало. Лето в городе. Далеко на севере небо замерцало. Зарницы. Но дождь пока еще не начался.

– Как давно вы работаете на ФБР? – спросил Ричер.

– А кто тебе сказал, что я там работаю?

– Тот парень ведь гангстер? Организованная преступность? Дерьмо про его людей, о том, что я должен покинуть город, или мне конец… Угрозы… А вы с ним встречались. Он проверял наличие передатчика, когда положил руку вам на грудь. И он его нашел.

– Ты умный мальчик.

– Где ваша поддержка? Рядом должен находиться фургон, в котором слушают разговор.

– Это вопрос бюджета.

– Я вам не верю. Для города – возможно. Но только не для федералов.