Последний ход - Мэри Бёртон

После того как Кейт и Тео надели перчатки, Дженни извлекла телефон из пакета для улик и протянула его следователю.

Новое текстовое сообщение гласило: «Когда доктор Хейден собирается сделать заявление для прессы? Или мне нужно убить еще раз?»

– Вы проследили, откуда оно было отправлено? – спросил Мазур.

– Сообщение пришло в четыре пятьдесят, за пару часов до того как я пришла на работу. Я сразу же пробила номер, но в технической службе мне сказали, что не могут его определить. Вы – первые, кого я известила после того, как пришел ответ.

Мазур показал сообщение Кейт.

– Кому известно, что вы занимаетесь этим делом?

– Мистеру Санчесу и его адвокату, вашему отделу и моим коллегам.

– Итак, если б я был Санчесом или его адвокатом, разумно ли мне было бы отправлять такой текст? – спросил Мазур. – Или этот Самаритянин следит за вами?

Кейт ознакомилась с сообщением.

– Его вопрос подразумевает владение информацией. Однако я подключилась к этому делу, как только прибыла в Сан-Антонио. Преступник или просто строит догадки, что я здесь, или следит за этим зданием. Кто-нибудь видел, как полиция обносила место преступления желтой лентой?

– Калхун попросила двух патрульных снимать на дорожные видеокамеры все проезжающие машины. Она знает, что убийцы частенько возвращаются на место своего преступления.

– Замечательно! – похвалила Кейт. – Тонкий ход. Вы можете раздобыть для меня эти записи?

– Считайте, что они уже у вас, агент Хейден, – сказал Мазур.

– Как я уже говорила, убийца хочет полностью контролировать ситуацию. – Кейт нахмурилась. – Так что в настоящий момент не может быть и речи о том, чтобы я выполнила его требование и устроила пресс-конференцию.

Настал черед Мазура нахмуриться.

– Вы хотите вывести его из себя?

– Да, именно это я и хочу сделать, – подтвердила Хейден. – Такие убийцы, как он, – эгоцентристы. Они любят привлекать к себе внимание. Любят манипулировать. Также частенько у них бывает очень тонкая кожа. Если я не обращу на него внимания, возможно, он разозлится и совершит ошибку.

– Или убьет еще кого-нибудь, – заметила Калхун.

– Он убьет независимо ни от чего, – возразила Кейт. – Он не остановится до тех пор, пока его не остановят.

– Вы говорите о нем так, словно это Самаритянин, – сказал Мазур.

Кейт смерила его взглядом.

– Возможно, он просто считает себя новым Самаритянином.

– Ну а Санчес? Он не убивал свою жену?

– Его я также пока что не исключила.

* * *

Воспользовавшись универсальным ключом, он открыл дверь номера 351. Ему было известно, что Кейт ушла – отправилась в управление полиции вместе с детективом Мазуром, он знал это, потому что наблюдал за гостиницей.

В своем темном мешковатом костюме Кейт смотрелась по-детски мило. Словно ребенок, притворяющийся взрослым. Прячущийся под многими слоями ткани. Боящийся окружающего мира, очень жестокого, как было ей хорошо известно.

Он подошел к незаправленной кровати и открытому чемодану на тумбочке напротив. Взяв трусики, поднес их к лицу, вдыхая ее запах.

Он непрерывно мечтал о Кейт на протяжении последних нескольких месяцев, и вот сейчас, когда оказался так близко к ней, по коже у него от возбуждения пробежали мурашки. Стиснув в руке трусики, он подошел к шкафу, куда Кейт аккуратно повесила свой второй костюм, все еще в полиэтиленовом пакете из химчистки в Солт-Лейк-Сити.

Рядом с костюмом висели простая белая шелковая блузка и новенькие джинсы. Когда он провел ладонью по мягкой ткани блузки, сердце у него забилось чаще. Кейт развешивала свою одежду в одном и том же порядке, независимо от того, где останавливалась, – за последние несколько месяцев он успел в этом убедиться. На полу в шкафу рядом с черными полусапожками стояли кроссовки.

Развернувшись, он подошел к кровати. На подушке сохранился отпечаток от головы Кейт, одеяло с левой стороны было смято. Вторая половина кровати оставалась ровной, и он предположил, что спала она в эту ночь крепко.

– Наслаждайся спокойным сном, пока можешь.

Погладив простыню, он присел на край кровати. Не в силах удержаться, положил голову на холодную кровать, мысленно представляя себе обнаженное тело Кейт. От этой мысли у него произошла эрекция. Он провел рукой по паху, нащупал пуговицу джинсов, расстегнул ее и засунул руку внутрь. Воображая себе Кейт, лежащую под ним обнаженную, стонущую, принялся двигать рукой вверх и вниз. Перед глазами у него остался только один образ: Кейт, широко раздвинувшая ноги, чтобы он мог проникнуть в нее как можно глубже. Он вошел в нее, не спеша, с силой, сознавая, что делает ей больно, и наслаждаясь мелькнувшим у нее на лице страхом.

Этот образ столкнул его в пропасть, и он взорвался потоком экстаза, разбежавшимся дрожью по всему его телу. Вытершись трусиками Кейт, какое-то время лежал, упиваясь наслаждением.

Донесшиеся из коридора шаги вернули его в настоящее. Он быстро встал, застегнул джинсы и засунул трусики в карман куртки.

Ему столько всего хотелось сделать с Кейт Хейден!

Зайдя в ванную, он осмотрел косметику, ровно расставленную на аккуратно сложенном полотенце. Кейт неизменно расставляет косметику одинаково. Взяв флакон с туалетной водой, он жадно вдохнул его аромат. Аккуратность и порядок – у нее на этот счет пунктик.

Тот, кто не знал Кейт хорошо, мог бы сказать, что у нее это стало навязчивой идеей, но он-то прекрасно понимал тяготы постоянных разъездов и значение простых мелочей, создающих ощущение домашнего уюта в бесконечной череде однообразных гостиничных номеров.

Прыснув туалетной воды себе на руку, он поднес ее к носу. Запах Кейт останется на нем до конца дня.

Встретившись взглядом со своим отражением в зеркале, подумал, узнает ли его Кейт, когда они наконец встретятся лицом к лицу. Найдет ли она его привлекательным или, наоборот, отталкивающим? Ему хотелось, чтобы он ей понравился. Чтобы она его захотела.

Им суждено быть вместе. Двум очень умным людям, пристрастившимся к погоне.

К охоте.

Прежде чем открыть себя, он должен показать ей, кто в их паре главный. Должен показать, что, как бы упорно она ни трудилась, в конечном счете верх одержит он.