Навлекая беду - Лиза Скоттолайн

ВОПРОС (мисс Мерфи): И наконец, мистер Дитс, вы утверждаете, что в результате этих домогательств у вас с женой возникли сложности в том, что касается интимной части вашего брака. Это верно?

ОТВЕТ: Да.

ВОПРОС: Когда это началось?

ОТВЕТ: Одновременно с началом домогательств, пятнадцатого сентября.

ВОПРОС: И как долго продолжалось?

ОТВЕТ: У нас только теперь все налаживается. Домогательства и изнасилование похожи по своим последствиям. Жертве нужно время, чтобы восстановиться и снова начать доверять мужчинам. А Бет чувствует себя виноватой в случившемся, хотя оснований у нее нет.

ВОПРОС: Какие именно сложности возникли в вашем браке в связи с этими домогательствами?

ОТВЕТ: Бет начала избегать меня. Она стала замкнутой, подавленной. Плохо спала, теряла вес. Подолгу сидела в Интернете. По четыре, по шесть часов ночью плюс все выходные. Она сидела в чатах, играла в дурацкие ролевые игры…

ВОПРОС: Как именно домогательства сказались на вашей интимной жизни?

ОТВЕТ: Секс перестал ее интересовать. Частота соитий упала с раза в неделю до менее чем раза в месяц. Поскольку это не приносило никакого удовлетворения. Нам обоим.

Энн дочитала распечатку до конца, но не узнала о Билле Дитсе ничего нового. Однако у нее имелось еще кое-что. Она дала ему опросные листы. При служебных конфликтах это обычная практика. Энн потянулась за папкой, раскрыла ее и просмотрела его ответы. Начальные вопросы касались прошлого, и ее взгляд упал на третий пункт:

ВАС КОГДА-НИБУДЬ ПРИВЛЕКАЛИ К УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ?

НЕТ.

Верность ответов была скреплена подписью Дитса, проставленной на каждой странице. С другой стороны, люди и до него сообщали неправду в своих опросных листах. Во время дачи показаний он явно перестал себя контролировать. Не случалось ли такого прежде? Энн печенкой чувствовала, что случалось. Отложив распечатку, она повернулась к компьютеру, зашла в Интернет и щелкнула по одному из многочисленных специализированных сайтов.

«Обратитесь за информацией по судимостям за долги, финансовым и уголовным судимостям!»

Она набрала имя: «Уильям Дитс». Не прошло и двух секунд, как ей был дан ответ:

«Условиям вашего запроса удовлетворяют 3680 человек, носящих имя Уильям Дитс и привлекавшихся к уголовной ответственности».

Энн не была удивлена. Имя-то распространенное. Нельзя читать их все — она так и до вторника не управится. Она сузила поиск географически, ограничившись Пенсильванией. Насколько ей было известно, Билл Дитс все это время жил здесь — во всяком случае, последние годы. Он работал в «Чипстере» меньше пяти лет.

«Вашему запросу удовлетворяет 427 человек, носящих имя Уильям Дитс и привлекавшихся к уголовной ответственности».

Красота! Энн посмотрела на часы: десять минут шестого. День подходил к концу. Итак, к чему мы пришли? Ее ждало столько дел, а этот путь — явно окольный. Она даже не знала, что, собственно, хочет выяснить. А если Дитс и в самом деле агрессивен? Что, если у него есть судимости? Что, если он только прикидывается ранимым волосатиком? Спокойно! В ее сознании возникла сцена, разыгравшаяся во время дачи показаний, ярость в глазах Дитса. Она перевела курсор мыши на первую запись в синем списке и щелкнула.

Уже восемьдесят второй экран, а Билл Дитс все еще не осужден. Энн протерла глаза.

«Идиотизм!»

Все без толку. Время — пять минут седьмого. Бенни все еще беседует с копами? Почему так долго? Энн, огорченная и раздраженная, потянулась. Она собралась уже сделать перерыв, как дверь в ее офис с шумом открылась. В проеме возникла голова Бенни, на лбу которой от волнения собрались морщины.

— Тебя ждут в комнате «Ди».

— Копы? Что-то не так?

— Нет, копы в «Си».

Бенни скользнула внутрь и на конспиративный манер закрыла за собой дверь.

— Кто хуже копов? — вздохнула Энн.

— Каштановые волосы.

— Думай о деньгах.

— Мой счет на «Визе».

— Думай как юрист, а не как женщина, — сказала Бенни, но Энн уже вскочила с места.