Круг Шести. Руны и кости - Лени Вамбах

– Ори, чего эти люди хотели от меня? – спросила Эла.

Ори помедлил мгновение, вздохнув.

– Твоей смерти. Не приди Александр тебе на помощь, Клемент перерезал бы тебе горло и использовал твою смерть для ритуала. Смерть высвобождает силу.

– Силу… силу для чего? – Эла сглотнула. Ей слишком хорошо помнились блеск клинка и чувство абсолютной беззащитности.

– Для магии, – ответил Ори, заботливо глядя на нее.

Эла ожидала этого. Глубоко внутри она уже давно знала, но события последней ночи сделали это еще яснее. И все же услышать из уст Ори это слово было потрясением. Первым ее порывом было запротестовать – или в детском упрямстве зажать уши ладонями.

– Магии, – повторила она безучастно.

– Да. – Ори смотрел на нее с жалостью. – Магический мир существует так же давно, как и немагический. Раньше мы были едины, но с восхождением homo sapiens что-то поменялось. Вдруг стали рождаться люди, которые не могли ни использовать магию, ни по-настоящему воспринимать ее. На протяжении столетий, тысячелетий развивались два сообщества. Первое – в котором живут магические создания и люди, обладающие даром магии, как и посвященные в это люди; и второе – к которому принадлежишь ты. В нем знание об этом было утеряно. Магический мир был и остается отгороженным от другого, чтобы защитить их оба.

Магия, магические создания, дар… Эти слова пронеслись через сознание Элы словно пчелиный рой.

– Это… невозможно, – проговорила Эла, глядя на Ори широко распахнутыми глазами.

Ее слова вызвали его вялую улыбку.

– Я знаю. Но такова истина, и я верю, что ты понимаешь это. Руны, которые ты повсюду видишь, – один из важнейших инструментов нашей магии. Отчего ты видишь их так часто и откуда происходит твоя невообразимая удача – я не могу сказать точно… Полагаю, это связано с тем, что было в том Зале.

– Там были ваши имена. – Эла сглотнула, принуждая себя вспомнить тот недружелюбный Зал. Присутствие смерти ощущалось повсюду. И это нелепое послание… Подумать о том, что оно значило, она так пока и не решилась.

– Да. Мы были там несколько дней назад, – осторожно ответил Ори, слегка склонившись вперед. – Но, Эла, клянусь, мы ничего тебе не сделаем.

Эла на мгновение оторопела, пока не осознала, что именно было сказано. Она истерично рассмеялась.

– Честно? Об этом я еще не думала. Что это все вообще должно значить?

Теперь Эм наклонился вперед, скрестив руки на коленях.

– А над этим мы давно уже ломаем голову. На протяжении приблизительно года нам известно о существовании этого Зала и о том, что там находится некое послание, но нашли мы его только недавно. С тех пор мы пытаемся узнать об этом больше. И не спускаем с тебя глаз.

– Отчего вы не рассказали мне раньше? – Эла покачала головой. – Я легко бы отказалась от прошлой ночи.

Ори озабоченно скривился.

– Я знаю. Прости. Но мы не были уверены, что ты нам поверишь. Кроме того, каждый должен найти этот Зал сам, оттого и мы нашли сами, войдя в катакомбы поодиночке.

По выражению лица Эма можно было понять, как мало ему это тогда понравилось. Эла разделяла это чувство; ей отнюдь не улыбалось еще когда-нибудь вступить в катакомбы одной.

– Ты должна знать, что прежде Париж был очень значимым для магии городом. Это изменилось. Осталось лишь два европейских города, еще сохранивших свой прежний магический блеск хоть отчасти, – Неаполь и Афины. Подлинные магические центры сместились теперь в Америку и Азию, – сказал Ори. – И тем поразительнее, что в последние недели магия в Париже мощно возросла. Она очень усилилась.

Воспринять все это оказалось для Элы не легче. Но она поступила так, будто у нее получилось.

– И это связано… связано с этим посланием? Что один из нас избран, чтобы… высвободить эту магию? – Она мучительно пыталась вспомнить послание дословно.

Ори и Эм переглянулись.

– Может быть. – Ори пожал плечами. – Нам это кажется очень-очень странным. Что-то здесь не сходится. Но я недостаточно хорошо знаю магическое сообщество Парижа, чтобы быть уверенным – или чтобы знать нужных людей.

У Элы постепенно заболела голова. Первое потрясение спало, ее охватила безмерная усталость, и она уже не могла скрывать свои широкие зевки за ладонью.

– Удовлетворено ли твое любопытство? – спросил Ори, от которого это не ускользнуло. – Мы можем продолжить беседу позже. Теперь, может быть, следует несколько часов поспать.

Эла охотно бы запротестовала, но разум подсказывал, что Ори прав. Сегодня она в любом случае не могла бы усвоить ничего нового.

– Хорошо.

Друзья выдали ей еще одну подушку и настоящее одеяло и направились в спальню, так что диван полностью оказался в распоряжении Элы. Когда Эм проходил мимо нее, она схватила его за рукав.

– А что с прочими тремя? Думаешь, они ищут нас, чтобы… ну…

Она не сумела окончить фразу.

«…чтобы убить нас», – отдалось в ее голове очень уж мелодраматично.

Эм успокаивающе улыбнулся ей; глаза его сияли словно сталь.

– Я так не думаю, но даже если и так, здесь ты в полной безопасности. Пока я в состоянии предотвратить это, и волос не упадет ни с твоей головы, ни с головы Ори.

Хотя его слова слегка ее обеспокоили, она поверила.

Эм погладил ее по волосам, и она выпустила его рукав. Ее голова тяжко опустилась на подушку, и, едва Эла услышала тихий щелчок двери, ведущей в спальню, ее веки плотно смежились.

Глава XIV

Сирена

– Ну, хорошо, я понимаю, отчего мы должны начать поиски. Но почему в библиотеке? – спросила Сирена, скептически оглядев здание.

Улисс одарил ее то ли веселым, то ли разочарованным взглядом.

– Потому что здесь есть древние рукописи. Не знаю, заметила ли ты, но тот Зал кажется весьма старым, не правда ли?

– Да, пожалуй… И все-таки! – Она протестовала лишь ради протеста и знала это, но ей нравилось так делать. Улисса, вероятно, поразило бы, согласись она без дальнейших возражений: они знали друг друга достаточно хорошо.

Когда они миновали Пантеон, Сирена наконец увидела библиотеку, мимо которой она уже несколько раз проходила, но которую так и не посетила ни разу. Сирена не знала точно, как эта библиотека называется; она была посвящена святой Женевьеве… Только бы это не привело к неприятностям! Это имя было для нее слишком уж связано со всеми последними событиями. Не было ли второе имя этой Элы Дюранд совпадением? И она все еще не знала, кто это. Эла была единственной,