Угадай кто - Крис Макджордж

И вдруг – чье-то лицо. На другом конце кровати. Блондинка. Девушка лет двадцати, может, больше. Такая же, как и он, растерянная и бледная, в глазах страх. Сначала-то она оглядывалась, головка покачивалась на тонкой шее, а как увидела его, изумилась и быстро нырнула обратно под кровать.

– Привет, – промямлил он.

Хриплый голос его надломился, дал петуха, и приветствие прозвучало скорее как угроза. Он попробовал еще раз.

– Привет!

На этот раз получилось чуть лучше.

Девушка снова возникла из-под кровати, правда, теперь он видел одни только глаза. Взгляд метнулся к наручникам. Замешательство в глазах усилилось. Но, с другой стороны, он ведь прикован и не сдвинется с места; возможно, именно поэтому она снова высунула голову.

– Что… Что тут происходит? Где я? – Голос ее был тих и испуган. – Что вы со мной сделали?

Он ошарашенно посмотрел на нее:

– Да я сам недавно очнулся здесь, как и ты.

В подкрепление слов он звякнул наручниками. Кажется, помогло. В ее глазах мелькнуло понимание. Мгновение они не отрываясь смотрели друг на друга, словно делились страхом.

На полу послышалось шевеление, и девушка опустила взгляд. Он ничего не видел, но девчушка вдруг вскочила и отпрыгнула в сторону. Бедром стукнулась о письменный стол, и меню услуг по обслуживанию номера повалилось. Она коротко взвизгнула.

Теперь он разглядел ее внимательнее. Джинсы. Бледно-желтая рубаха с капюшоном. Обычная девчонка, ничего особенного. Рассматривая ее, он заметил с левой стороны груди… что это? Похоже на этикетку.

– Тут люди, – сказала она, тяжело дыша. – Тут еще какие-то люди.

– Знаю, – отозвался он.

Говорить, кажется, стало легче; это как с машиной: крутанешь ручку – и мотор заработает.

– Сколько их? – спросил он.

– Я не… не знаю…

– Мне надо знать сколько.

Зачем? Почему это для него так важно? Возможно, потому, что чем больше людей, тем хуже ситуация.

Она услышала его голос – его обычный повседневный голос, – и у нее в глазах мелькнуло узнавание. Она ошарашенно смотрела на него. Впрочем, он чуть ли не каждый день видел такой взгляд.

– Погодите, – сказала она. – А вы кто… Вы, случайно, не…

Она хотела сказать: «Вы, случайно, не Шеппард?» Но это только все усложнит, а время сейчас дорого. Он всегда существовал на грани – с первого взгляда узнать его было непросто, но со второго – наверняка.

– Так вы…

– Да, да.

В обычной ситуации этот обмен репликами ему бы очень понравился.

– Так сколько там их?

– Господи… Тут их четверо. Девочка. Двое мужчин. И женщина. Не знаю, живые или…

– Дышат?

– Кажется, да. И шевелятся – женщина и девочка точно шевелятся. Остальных не хочу проверять.

– Нет-нет, иди к двери, все в порядке.

Он то и дело терял девушку из вида – ее шатало. Истерика – враг движения вперед. Он глубоко вздохнул.

– Ты просто выйди отсюда. Пойди и найди кого-нибудь… нам нужна помощь. Тебе надо пойти и найти, кто может помочь, поняла?

– Что это? – проговорила она, а взгляд ее метался по полу.

Слава богу, он не видел, что там такое.

– Не знаю… но прошу тебя – иди к двери, слышишь?

Он почти умолял ее. Господи, как он дошел до жизни такой?

«Очень интересно, что вы будете делать дальше».

Девушка встряхнулась, на пол уже не смотрела. Прошла в сторону ниши, где должна быть дверь, скрылась из вида. Похоже, увидела дверь. Он оказался прав: дверь именно там. Конечно. Пока шла, девушка два раза резко вильнула в сторону. Обходила лежащих. Он их, конечно, не видел, но догадался. Потом зашла в нишу и пропала из поля зрения.

Опираясь на наручники, он подался вперед и, как мог, повернул голову, но так ничего и не увидел. Зато услышал, как она пытается открыть дверь, дергает ручку. Поворачивает то вверх, то вниз. Но – ни звука, говорящего о том, что дверь открывается. Почему?

– Наверное, электронный замок, – услышал он голос. – Тут красная лампочка горит. Никак…

Новый звук. Скрип, еще раз. Она пробует открыть замок, на этот раз обычный, не электронный.

– Не открывается. Заперто.

Почему?

– Ты видишь там электронный замок? Типа щели в стене, чтобы ключ-карту вставлять?

– Нет, тут нет ничего. Тут…

– Посмотри в глазок на двери, – сказал он, – может, кто-то пройдет мимо. Должен же быть…

«Хоть кто-то. Все равно кто».

Удар. Потом ее голос.

– Вижу коридор.

Серия ударов. Она колотит в дверь. Бам, бам, бам. Продолжает стучать, все громче, – кажется, будто она хочет пробить в ней дырку.

– Эй! Кто-нибудь! Нас здесь закрыли! Мы не можем выйти!

За грохотом ударов он услышал и почувствовал кое-что еще. Кто-то был совсем рядом. И что-то бормотал. Словно нашептывал ему в правое ухо. Он повернулся и встретился взглядом со старухой, чью голову увенчивала копна длинных черных волос. Секунду они смотрели друг на друга, и вдруг она заорала пронзительно, и он пожалел о том, что не может заткнуть уши.