Один за другим - Рут Уэйр

— Я… нормально, — говорю с опаской. — Размышляю.

— Серьезно? — Рик смотрит на меня с удивлением. — Ты мудрее меня. — Он косится на Эллиота и понижает голос, хотя Эллиот работает в больших шумопоглощающих наушниках и наверняка не слышит ни слова. — Перед тобой помахали огромными деньгами, а потом выдернули их из-под самого носа…

Вот теперь истинное значение вопроса «как ты» становится ясным. Рик хочет побеседовать о Тофере. О том, как смена власти отразится на поглощении.

— Я… я об этом не думала, — говорю.

Говорю правду… в определенном смысле. Я солгу, если скажу, что меня не посещали мысли о дальнейшей судьбе компании под контролем Тофера. Однако обещанные деньги никогда не казались мне реальными. Я не воспринимала их своими, заслуженными — и не испытывала ощущения, будто у меня что-то отобрали. Я словно спала и видела удивительный сон, а затем настало пробуждение. Только все это — лавина, смерть Евы — тоже кажется нереальным. Наверное, после пробуждения я очутилась в другом сне, не менее фантастическом и по-настоящему кошмарном.

— Неужели ты не строила планы? Не рассчитывала на деньги?

— В общем-то нет, — медленно произношу я. — Если честно, мне не особенно в них верилось…

— Боже мой, — сердито бросает Рик.

Похоже, я сказала что-то не то. Что именно? Внутри зарождается паника. Я постоянно ощущала подобное с отцом: боялась сделать или сказать не то и разозлить его. Боялась, что он выместит злость на маме.

— Может, хватит изображать из себя мать Терезу, Лиз?! Мы потеряли все. До тебя не дошло?

— П-почему все? У нас же остались акции, да?

— Акции! — Рик издает короткий лающий смешок. — Лиз, ты слушала мой вчерашний финансовый отчет? При нынешних раскладах нам повезет, если «Снуп» дотянет до конца финансового года. Хотя теперь и это слишком оптимистичный прогноз, ведь Евы больше нет и успокаивать инвесторов некому.

— А обновление? — цепляюсь я за соломинку. — Штука, которую придумал Эллиот, геоснуп. Он ведь должен сделать «Снуп» более прибыльным?

— В плане дохода геоснуп ничего не даст. У нас и так есть вся эта информация, мы получаем ее с прошлого года, когда изменились права доступа. Ну встроит Эллиот данную функцию в приложение, ну понравится она пользователям… Только удовлетворенность пользователя никогда не была для нас проблемой, трудность всегда состояла в том, как эту удовлетворенность монетизировать. С точки зрения инвесторов, внедрение геоснупа ничего не изменит и дополнительных денег не принесет. Да и вообще… — Рик оглядывается на увлеченного работой Эллиота. — Есть у меня опасения насчет геоснупа. Люди вряд ли в курсе, как много информации о них собирает «Снуп». Подозреваю, что обновление вскроет истинные масштабы отслеживания и мы получим море негативной реакции.

— Одним из уникальных преимуществ «Снупа» всегда была его тактичность. — Из вестибюля появляется Миранда с чашкой кофе в руках, делает глоток и морщится.

Думаю, гримаса относится ко вкусу кофе. Хотя, возможно, не к нему, а к грядущему обновлению.

— Людям нравится самим регулировать степень своей анонимности, — продолжает Миранда. — Отчасти потому знаменитости и любят «Снуп». Думаю, мало кто обратил внимание на изменения в правах доступа и по-настоящему в них разобрался, ведь на стороне пользователя все осталось по-прежнему. Это обновление сделает все очевидным. Пользователи поймут, как много «Снуп» знает об их передвижениях. Я предупреждала Тофера с Эллиотом о большом риске, общественность может сильно возмутиться, но они оба так увлечены технической стороной вопроса…

Миранда умолкает и вновь смотрит на Эллиота. Тот по-прежнему сидит в наушниках и печатает на ноутбуке.

— Ладно, неважно. Сейчас не время и не место для подобных дискуссий. Слишком… рано. — Она садится рядом со мной и Риком, делает еще один глоток кофе и отставляет чашку. — Как ты? — спрашивает у меня.

Я мысленно закатываю глаза. Все задают один и тот же вопрос, а на самом деле хотят знать, не как я, а что я думаю.

От ответа меня спасает Эллиот. Он резко встает, захлопывает крышку ноутбука и снимает наушники. Вид у него… напряженный. Непривычное зрелище. Он редко проявляет эмоции.

— Порядок, Эллиот? — жизнерадостно интересуется Миранда, гадая, слышал ли он нас. — Эрин поставила в вестибюле кофе, — добавляет она.

Эллиот игнорирует ее замечание. Спрашивает у всех:

— Не знаете, где Тофер? Мне нужно с ним поговорить.

— По-моему, еще в номере. — Рик хмурится.

Видимо, прокручивает в голове нашу беседу, пытается понять, не сказал ли он чего-нибудь лишнего и не сдаст ли его Эллиот Тоферу.

Эллиот решительно направляется к лестнице, и Рик бросает вдогонку:

— Постой! К Тоферу лучше не ходить, он, кажется… не один.

Поздно. Эллиот либо не слышит предупреждения, либо пропускает его мимо ушей. И громко топает по лестнице вверх.