Книга о бесценной субстанции - Сара Грэн

В яростной схватке он убил обеих и стал единоличным обладателем книги и всего состояния. Но судьба сыграла с ним злую шутку, оставив ни с чем. Сначала сгорела дотла пекарня. Затем один человек забрал его прекрасный дом, предъявив права собственности на землю. Все золото по закону досталось родственнику жены, который вступил в наследство. Через несколько лет у бывшего пекаря не осталось ничего, кроме бесценной книги, хотя вскоре он был вынужден обменять ее на еду, поскольку ему теперь приходилось питаться объедками и спать в сарае со свиньями. Однако прежде чем продать книгу – а продал он ее мне, – Адам вырвал последнюю главу и бросил в огонь, так что содержание пятого акта пропало навеки.

– Чтобы больше ни один мужчина не пострадал от рук коварных, нечестивых ведьм! – так он объяснил свой поступок.

Не стоило винить во всех бедах несчастных лесбиянок – по-моему, это несправедливо. Однако мораль истории вполне прозрачна. Я убрала распечатки – самолет уже заходил на посадку в аэропорту Даллеса.

По дороге в забронированный Лукасом шикарный отель мне захотелось дать двадцатку первой же встречной бродяжке. Оборванная женщина примерно моего возраста бормотала что-то себе под нос неподалеку от гостиницы.

– Ты не ведаешь, что творишь, – услышала я. – Ты вообще ничего не знаешь.

Как же она была права!..

Глава 16

Комната в вашингтонской гостинице выглядела современной и элегантной. В мини-баре обнаружились две жестяные баночки игристого вина, шоколад и картофельные чипсы местного производства. Лукас привык жить на широкую ногу: постоянно заказывал еду в номер и совершенно не стеснялся опустошать минибар. Заказав сэндвичи и кофе, мы наскоро перекусили и подготовились к встрече.

Я поняла, зачем Лукасу книга. Его не интересовали магические ритуалы и рецепты алхимиков – да и недостатка в сексе он не испытывал. Единственным желанием моего напарника было сохранить привычный образ жизни: перелеты в бизнес-классе, хорошие отели, питание в лучших ресторанах. Он хотел денег. А еще ему нравилось испытывать чувство собственной значимости, которое шло к ним в придачу – один из немногих недостатков Лукаса Марксона. К счастью, я давно перестала его идеализировать и вовремя поняла, что ничего у нас не выйдет. Он слишком зацикливался на деньгах, был довольно заурядным и не отличался богатым воображением. Никаких иллюзий по поводу будущих отношений я не питала. Нас ничего не связывало, кроме поисков книги.

Дом Адмирала находился в элитном районе с широкими, засаженными деревьями тротуарами. Мы позвонили в звонок на одиннадцать минут позже назначенного времени, чем страшно разгневали хозяина, судя по холодному приему.

– Вы опоздали, – произнес Мастерс стальным тоном. – Я не привык ждать.

Адмирал оказался высоким лысым афроамериканцем в безупречной униформе. Как потом объяснил Лукас – в отличие от меня он разбирался в военной тематике, – это был парадный мундир. Мастерс определенно хотел произвести впечатление.

– Извините, – сказала я. – Завтра мы возвращаемся в Нью-Йорк. Если сегодня вы не можете уделить нам время, предлагаю перенести встречу на следующий месяц.

Он нахмурился.

– Нет. Так не пойдет. Проходите.

Мы зашли и представились. Скучный старомодный интерьер не произвел на нас впечатления: похоже, лет двадцать назад хозяева вложились в дорогущий ремонт и с тех пор старательно его поддерживали. Обшитый деревянными панелями коридор, кухня в средиземноморском деревенском стиле и сияющая чистотой гостиная с ситцевой обивкой мебели. Адмирал провел нас мимо всего этого великолепия в свой кабинет. Обстановка здесь была по-мужски строгая, но немного нелепая: массивный письменный стол из темного дерева, большой кожаный стул, на стенах – картины с кораблями и лошадьми, перед столом – два стула поменьше, для меня и Лукаса.

Каждый уселся на отведенное для него место. Стул Адмирала возвышался подобно трону. Напитков нам никто не предложил.

– Зачем вы нас пригласили? – спросила я.

– Сами знаете. Говорят, у вас есть копия книги.

– О какой книге идет речь?

– Не морочьте мне голову! – раздраженно сказал он, сердито сдвинув брови. – Я имею в виду «Книгу о бесценной субстанции».

Уголки губ Лукаса дрогнули в едва заметной улыбке. Мы оба прекрасно понимали, что за напыщенностью и безупречным мундиром скрывается обычный человек, снедаемый жадностью и отчаянием. И он мог оказаться полезным.

– А, так вы об этой книге, – вступил в разговор Лукас. – Вообще-то у нас есть договоренность с клиентом, и мы не вправе разглашать…

– Да бросьте, – перебил Адмирал. – Всем известно, что вы работаете на Бухгалтера. И что книга у вас.

– Пока нет, – возразила я. – Но у нас есть к ней доступ.

– Доступ? – Мастерс фыркнул. – Что за бред вы несете?

– Ничего я не несу. Мне показалось, что это вы хотите продать книгу.

Он снова нахмурился.

– Мою копию украли. И я хочу ее вернуть. Вот и обратился к вам.

– Вы знаете, кто ее украл?

– Шлюха, – сказал он.

– Что, простите?

– Не стройте из себя неженку. На меня это не действует.

– Тогда перестаньте говорить загадками и внятно скажите, кто украл книгу и чего именно вы хотите от меня.

Адмирал рассерженно вскочил и принялся в задумчивости мерить шагами комнату. Затем остановился, по-видимому, приняв какое-то решение, и взглянул на нас.

– Мне нужен кофе, – сказал он и тут же гаркнул: – Мария!

Послышались шаги, и через мгновение на пороге возникла худая, затюканного вида женщина средних лет – в спортивных штанах, потертом кардигане и кроссовках. Она вопросительно посмотрела на Адмирала.

– Кофе, – распорядился он. – На троих.

Мария кивнула и вышла.

Мастерс чуть снизил градус напускной суровости.

– Леди Имоджен Саутворт. Полагаю, вы о ней слышали.

– Ни разу, – сказал Лукас.

Мне это имя тоже ни о чем не говорило.

– Не может быть! – удивился Адмирал. – Придется вас немного просветить. Имоджен Саутворт – это… – Он наморщил лоб, пытаясь подобрать слова. – В общем, есть такая женщина. Живет в Париже. Леди. Не в смысле «приличная дама», а настоящая аристократка. Надеюсь, содержание книги вам известно?

– В общих чертах, – уклончиво ответил Лукас.

Зашла Мария с подносом, на котором стояли три простые белые чашки с кофе, маленькая белая сахарница и сливки в картонной упаковке. Адмирал молча ждал, пока она расставит все на столе и выйдет. Я отхлебнула из своей чашки: кофе оказался водянистым и гадким