Мрак над Джексонвиллем - Брижит Обер

В одну минуту Джем оказался уже в воротах. Высокая резная створка была распахнута — он вихрем вылетел наружу. По инерции пробежав еще сотню метров, остановился в изнеможении; во рту пересохло.

Несколько минут он стоял, тяжело дыша, опираясь на кладбищенскую стену, потом зашагал. Сердце просто выскакивало из груди. Высоко в небе сияло солнце. На стоянке возле супермаркета Чеви, Б. 2 и другие старшеклассники, выпендриваясь, играли в баскетбол. Мисс Тини, первая в городе чернокожая, удостоенная чести быть библиотекарем, как обычно ехала на велосипеде за продуктами и весело помахала Джему пухлой коричневой рукой. Он машинально махнул в ответ — поминутно оборачиваясь и ожидая, что посреди тротуара увидит сейчас улыбающегося во весь рот Томми Уэйтса с метлой в башке, — но там было пусто. Немного успокоившись, Джем припустил вперед.

На бензоколонке Дак заправлял бензином «форд» с номерами штата Флорида. Джем перешел через дорогу и направился к нему: нужно с кем-нибудь поговорить, хотя бы и с Даком. Кроме того, он умирал от жажды. Порылся в карманах в поисках денег, сунул пару монет в автомат и с наслаждением вскрыл банку содовой. Глоток за глотком ледяная вода снимала сердцебиение. Дак стоял, глядя вслед удалявшемуся «форду». Джем подошел.

— В отпуск, наверное, поехали, в Мексику, — жадно отхлебывая содовую, заметил он, чтобы как-то завязать разговор.

Дак молча направился к стоявшему с поднятым капотом черному «рэйнджроверу».

— Что-то я эту тачку не знаю, — заметил Джем, твердо решив таскаться за Даком до тех пор, пока не войдет в норму.

Дак покачал головой — ни дать ни взять придурок. Джема вдруг осенило.

— Чья она?

Дак, похоже, крепко призадумался, потом — как всегда, неспешно — ответил:

— Фараонов.

С Даком можно иметь дело лишь по методу «вопрос-ответ» — хоть и медленно, но все же эффективно. А тут Джему и спешить некуда. Он только этого и хотел: как можно дольше тут проторчать. Глотнув содовой, он спросил:

— Каких еще фараонов?

— Из ФБР.

— Приехали мужики из ФБР?

— Не мужики.

— А кто же тогда? Марсиане, что ли? — позволил себе съехидничать Джем, на секунду забыв о своих проблемах.

Дак почесал нос.

— Да нет, пожалуй.

— А почему тогда не мужики? — допытывался Джем, борясь с желанием выхватить у Дака разводной ключ и тюкнуть им его же по кумполу.

— Потому что это парень и девушка…

Девушка! Но откуда же Даку знать, что они — агенты ФБР? Джем имел все основания подозревать, что о таких вещах не кричат на всех перекрестках.

— С чего ты взял, что они — фараоны?

Дак безмятежно улыбнулся:

— Заглянул в сумочку девушки, пока она ходила в туалет.

И умолк, приходя в чувства после столь длинной фразы. Джем присвистнул:

— Черт побери, Дак, а ты, оказывается, отъявленный притворщик — только прикидываешься, что тебе на все наплевать!

Дак с невинным видом откручивал гайку. Джем какой-то момент размышлял о том, не стоит ли рассказать о происшедшем агентам ФБР. Он боялся оказаться в смешном положении. В кино ведь всегда так: взрослые никогда не верят двенадцатилетним детям, которые пытаются предупредить о том, что город наводнен чудовищами.

Чудовищами. Джем вздрогнул, вспомнив Томми Уэйтса с метлой. Такой длинный язык. Заметив, что Дак наблюдает за ним, попытался улыбнуться пересохшими губами. Потом в голове мелькнула еще более жуткая мысль: вдруг все жители города стали странными — и Дак тоже… он быстро глянул вниз: ноги Дака в некогда белых кроссовках прочно стояли на иссохшей земле. Но ведь симптомом не обязательно может быть именно левитация. Вполне возможно, они летают, только когда захотят. На плечо ему опустилась чья-то рука, и он подавился содовой.

— Прости, малыш, не хотела тебя испугать!

Френки — взлохмаченная белокурая Френки, затянутая в джинсовый жилет и такие же шорты, Френки с упругими загорелыми бедрами, — смеясь, ткнула его в бок.

— Ну что, ребятки, порядок? Да, местечко тут у вас не слишком веселое: стоит вечером выйти погулять — тут же схлопочешь выговор от фараонов; это вам не Лас-Вегас…

— Значит, ты, выходит, из Лас-Вегаса? — перебил ее Джем, протягивая ей банку содовой.

Френки отпила глоток:

— Спасибо, зайчик, ты очень мил. Ну да — из Лас-Вегаса. Выступала в «Сиркусе», а потом начались все эти неприятности с Эдди.

В иных обстоятельствах он вопил бы от восторга, узнав подобные новости. Девушка из «Сиркуса»! Самого обалденного казино Лас-Вегаса! Труппу «Сиркуса» показывали по телевизору: девушки висят в воздухе над игровыми автоматами, парни на мотоциклах вертятся в какой-то огромной центрифуге. А теперь, дамы и господа, сенсационный, не виданный доселе номер: великий Томми Уэйтс со своей волшебной метлой! Френки взъерошила ему волосы:

— У тебя странный вид, ты как будто не в себе.

На секунду Джем позволил себе роскошь удариться в фантазии — вообразил, что ему года два от роду, а Френки берет его на руки — как резиновую куклу — и прижимает к своей роскошной, благоухающей молоком и маслом для загара груди. Но ничего такого не произошло — он, бедняга, так и остался стоять столбом, по-дурацки перекатываясь на подошвах ног — точно больной медведь.

Френки уже потеряла к нему всякий интерес и повернулась к Даку, сражавшемуся с мотором «рэйнджровера»:

— Известно ли тебе, Дак, что вид у тебя сейчас совершенно зверский?

Дак покраснел до корней волос, ничего не сказал и молча продолжал терзать мотор. Френки положила руку ему на плечо, и Джем увидел, как у парня напряглись мускулы под серой футболкой.

Внезапно он вспомнил о Лори. Лори — единственный человек, которому можно рассказать о том, что случилось. Лишь он способен понять. И может быть, если Лори согласится пойти с ним — может быть, он наберется храбрости поговорить с фараонами из ФБР. Может быть. И он бросился к другу, успев услышать, как Френки сказала Даку:

— Чудной какой-то мальчуган; ты не знаешь — может, у него что-то не в порядке?

Ответа Дака Джем не услышал.

Если бы только «что-то».

Джем благополучно добрался до дома Лори. Никаких изголодавшихся зомби, никто из мирных граждан не парит над раскаленным от жары тротуаром, втыкая в глаза шариковые ручки и распевая при этом «Май Уэй». Джем нажал кнопку звонка. Немного подождал. Нажал еще раз. Внутри послышались тяжелые шаги, и мистер Робсон резко отворил дверь. Вид у него был запыхавшийся, будто ему пришлось долго бежать, волосы всклокочены, лицо в поту, белая рубашка порвана и выпачкана… губной помадой?

— А, это ты, Джем, — выдохнул Робсон, — извини: жена больна, я как раз укладывал ее в постель; Лори у себя…