Казино - Олег Андреев

– А сколько вам лет, Ирочка? – Козырев явно задал этот вопрос невпопад, судя по недоуменному взгляду «надежды» педиатрии.

– Скоро двадцать один, я на четвертый курс в этом году перешла. А почему вы спрашиваете? Думаете, не справлюсь? Если у меня будут эти десять тысяч долларов, центр заработает…

– Ну что вы, конечно, справитесь. Только есть маленький нюанс. Прямо сейчас я такой суммой не располагаю. Бизнес ведь особая статья, вы, надеюсь, поймете меня. Придется чуть-чуть подождать…

Ирина Яковлевна сразу как-то обмякла и потускнела.

– Дружок, право, не стоит так расстраиваться. О'кей? Я ведь не сказал «нет». Кое-что предложить я, пожалуй, смогу… – Петр Ильич не любил поражений и решил отыграться. «Илья Михалыч у нас, конечно, известный акробат в области благотворительности, но и мы кое-что умеем!» – самодовольно подумал он.

– Ирочка, вы что-нибудь слышали о «колесе фортуны»?..

– Делайте вашу игру, господа! Пожалуйста, делайте свою игру, господа. Последние ставки, господа!

За третьим столом царило оживление. Пожилая француженка проиграла уже около десяти тысяч долларов, с невероятным упорством ставя только на красное и постоянно увеличивая ставку.

– Игра сделана, господа. Ставок больше нет, – буднично сообщила крупье.

За столом воцарилась неестественная тишина. Только маленький шарик из слоновой кости бежал по кругу, пытаясь остановиться, будто в изнеможении.

– Семнадцать. Черное, – громко возвестила крупье.

– О! Чьерт! – неожиданно взвизгнула старушка. – Вы плохо шарик делать!!!

Дилер, высокая красивая блондинка, с безучастностью исполинского насекомого сгребала проигранные ставки со стола.

Надо сказать, что отбор крупье производился с особой тщательностью. Принять кого-то значило отчасти посвятить в некоторые тайны казино. Поэтому сразу отметались кандидатуры уже поработавших в других заведениях – где гарантия, что это не лазутчики от конкурентов? Также большой отсев происходил в ходе собеседований с психологами – те проверяли не только готовность соискателей к будущим сражениям на полях из зеленого сукна, но и в первую очередь выясняли мотивации их прихода в игорный бизнес. Бритоголовых, быковатых молодцов, которые говорили, что пришли «ну это, типа, лохов разводить на бабки», отправляли назад в лохотроны. Быстроглазых брюнетов «жориков», блещущих знанием картежной терминологии и похваляющихся своими успехами в игре, также не принимали – тот, кто посвятил свою жизнь игре и обману партнеров, вполне может увлечься и сыграть против руки кормящей, то есть против самого казино. Да и притащить такие могут за собой черт-те кого – отбивайся потом.

Предпочтение отдавалось тем поступающим, которые честно признавались, что хотят работать в красивом месте за неплохие деньги, ощущая при этом не только ответственность за немалые ценности, проходящие через руки, но и остроту процесса игры. Из них наиболее желательными оказывались бывшие бармены, люди в основном не пьющие и умеющие моментально оценивать не только выпитое посетителем, но и его самого. Из девушек же предпочтение отдавалось бывшим кассиршам и продавщицам престижных магазинов – их умение работать с покупателями и быстро и точно считать ценилось высоко. На карточные столы с удовольствием принимали профессиональных шахматистов-неудачников, особенно блицевиков, зная их способность быстро считать варианты и любовь к карточной игре – известно же, что два наших последних чемпиона мира частенько отдыхают от шахмат за картами. Да и первые тоже не избежали этой страсти.

Козырев был явно поражен настойчивостью француженки: «Фантастика! Играть на уравнивание при таком твердом экарте! Ей же все равно не отыграться подчистую. Зачем ставить на противошанс. Серия двенадцать черное! У нас такого еще не было! Твердый экарт – мечта идиота! Странная старуха! Вроде по какой-то системе играет… Не понимаю… Впрочем, нам это только на руку».

– Бедная, смотрите, сколько она проиграла! – От волнения Ирина Яковлевна залпом допила джин-тоник.

– Не волнуйтесь так, Ирочка. Эта милая женщина отнюдь не так проста, как вам кажется. Садитесь напротив нее и ждите меня… Сейчас я вам кое-что покажу! – Тон Козырева отметал возражения.

Он быстро направился к кассе.

– Андрей Тимерьяныч, выдай чипсов начальству на бедность!

– Сколько, Петр Ильич? – Кассир явно устал.

– Штук десять по двадцать пять баксов.

– Прозит, Петр Ильич. Вам в камеру к ребятам бы надо заглянуть… – В глазах кассира читалось беспокойство.

– О'кей, о'кей, – Петр Ильич ссыпал кэш-фишки в карман и направился к третьему столу.

Подойдя к дилеру, он поменял их на игровые, которые протянул своей брюнетке:

– Значит, так, Ирина Яковлевна. Держите вот эти фишки и выполняйте следующие мои указания. Я сейчас отойду по делам ненадолго, а вы тем временем следите за игрой, ничего не предпринимая. Сейчас, по моим представлениям, начнется новая серия. Поэтому, как только первый раз выпадет красное, вы должны быть очень внимательны и на следующем вращении поставить на него вместе с этой бабушкой, потому что она вряд ли уйдет отсюда до тех пор. Все понятно? – Вид у Козырева был заговорщицкий.

– Да… Но мне как-то страшно. Я же совсем не умею делать ставки.

– Ничего не бойтесь. В случае чего обращайтесь к дилеру.

– К кому?

– К крупье. Не волнуйтесь так. За игорным столом главное – не волноваться. – Козырев небрежно потрепал девушку по спине. – Я ушел. К бою!

В «камере» царило оживление. Пожилой старший пит-босс Балуев озабоченно покачивал головой.

– Послушайте, Петр Ильич. Тут нас раздели в «блэк-джек» сегодня как пацанов. На двадцать штук.

– Кто?

– Да фраерок один. Помощник депутата. На шулера он не похож. Все время к нам ходит. Играет ровно. Причем только в «блэк-джек». «Сливает» даже порой. В общем, как положено. Тронк хороший оставляет. Больше пяти штук не снимал. И вдруг такое… Главное – вдруг резко встал и убежал. Понять ничего не можем… Инспектора говорят – все чисто. Мы и отсюда, сверху, смотрели. Черт-те что! – пит-босс чувствовал себя виноватым.

– Ну ладно, ладно, Алексей Иваныч. Разберемся. Ты видел, какой экарт за третьим столом?

– Да, конечно, видел. Слава Богу игроков нет. Одна старуха сумасшедшая. А то бы дали нам профукаться сегодня, простите за грубость… – бедный Балуев был явно не в духе.

– Где здесь третий стол у нас? Ага…

На мониторе Козырев быстро отыскал Ирину Яковлевну, которая аккуратно пододвинула свои фишки к дилеру. Та быстро переселила их на красное. «О'кей! – Петр Ильич аж вспотел от азарта. – Значит, красное! Попалась моя рыбка! Какой крючочек я для тебя припас? А?!» Рядом с Ириной Яковлевной неожиданно оказался здоровый, коротко стриженный детина. Он ставил на красное. Козырев даже присвистнул. Ставка, похоже, была немаленькой.