Опасные соседи - Лайза Джуэлл

— Да, — сказал он. — Может быть. А может, и нет.

— Что вы думаете про Дэвида?

— А-а-а…

Язык его тела тотчас изменился. Он нахохлился и переплел пальцы.

— Присяжные разошлись, — произнес он в конце концов. — В некотором смысле он потрясающий чувак. В другом… — Джастин покачал головой. — Он пугает меня.

— Да, — сказал я громче и энергичнее, нежели хотел. — Да, — повторил я, но уже тихо. — Меня он тоже пугает.

— И каким же образом, если не секрет?

— Он… — Я посмотрел в небо в поисках слов поприличней. — Зловещий.

Джастин расхохотался.

— В точку попал. Да. Зловещий, — сказал он. — Держи, — сказал он, протягивая мне горсть маленьких желтых цветков, похожих на маргаритки, и моток ниток. — Свяжи их в маленькие пучки, за стебли.

— Что это?

— Это календула. Для успокоения кожного зуда. Прекрасное средство.

— А это что? — я указал на поднос с крошечными желтыми бутонами.

— Это ромашка. Ее можно заваривать, как чай. Понюхай. — Он передал мне бутон. Я поднес его к носу. — Правда, приятный запах?

Я кивнул и обмотал стебли календулы ниткой, которую завязал бантом.

— Так пойдет?

— Великолепно. Кстати, — произнес он. — Я слышал о вас с Фином. На прошлой неделе. Ну про то, как вы кайфанули.

Я покраснел до корней волос.

— Ну и ну! — воскликнул Джастин. — Лично я первый раз попробовал наркотики в восемнадцать лет! А тебе сейчас сколько? Двенадцать?

— Тринадцать, — твердо ответил я. — Мне тринадцать.

— Ну ты даешь! Ты ведь совсем еще пацан! — сказал он. — Снимаю перед тобой шляпу.

Скажу честно, я не понял его восхищения. Ведь это явно был дурной поступок. Но я все равно улыбнулся.

— Знаешь, — заговорщически произнес он, — я могу вырастить здесь что угодно. Практически все. Ты врубаешься, что я имею в виду?

Я покачал головой.

— Я не просто выращиваю полезные вещи. Я могу выращивать и другие. Все, что только захочешь.

Я серьезно кивнул.

— Вы имеете в виду наркотики? — спросил я.

Он вновь рассмеялся своим утробным смехом.

— Ну да, наверно. Хорошие. — Он постучал себя по носу. — И плохие тоже.

В этот момент открылась задняя дверь. Мы оба обернулись, чтобы посмотреть, кто это.

Это были Дэвид и Берди. Они обнимали друг друга за талию. Быстро посмотрев в нашу сторону, они пошли и сели в другом конце сада. Атмосфера мгновенно изменилась. Как будто облако закрыло собой солнце.

— Вы в порядке? — шепотом спросил я у Джастина.

— Да, — кивнул он.

Некоторое время мы сидели в удушающем коконе их присутствия, болтая о разных растениях и об их свойствах. Я спросил у Джастина про яды, и он рассказал мне о белладонне, или смертельном паслене, которым, если верить легенде, солдаты Макбета якобы отравили наступающую английскую армию, и о цикуте, ставшей причиной смерти Сократа. Он также рассказал мне о колдовских травах, с помощью которых можно наводить чары, и о афродизиаках, таких как гинкго билоба.

— И откуда только вы все это знаете? — спросил я.

Джастин пожал плечами.

— Из книг. В основном. И моя мать обожает садоводство. В некотором смысле я рос на земле, среди растений. Так что ничего удивительного…

На тот момент у нас не было уроков, точнее, их не стало с тех пор, как Салли уехала. Мы, дети, были предоставлены самим себе: беспрепятственно слонялись по дому, скучая и не зная, чем себя занять.

— Почитай книгу, — говорили взрослые любому из нас, кто жаловался на то, что ему нечего делать. — Реши несколько задач.

Так что я, похоже, созрел для того, чтобы узнавать что-то новое, но все, что нам предлагалось, — это странные упражнения Дэвида или Берди со своими уроками скрипки.

— А есть ли какие-нибудь растения, которые могут заставить людей, ну вы знаете, делать вещи — против их воли?

— Да, есть. Галлюциногенные вещества… волшебные грибы и тому подобное.

— А вы можете вырастить их? — спросил я. — В нашем саду?

— Я могу вырастить практически все, мальчик, причем где угодно.

— Могу я вам помочь? — спросил я. — Могу я помочь вам выращивать такие вещи?

— Конечно, — ответил Джастин. — Ты можешь стать моим маленьким дружком-учеником. Это будет классно.

* * *

Я не знаю, какие постельные разговоры велись за ужасной дверью комнаты Дэвида и Берди. Я старался не задумываться о том, что происходило за этой дверью. Я слышал вещи, которые даже сейчас, почти тридцать лет спустя, заставляют меня содрогнуться. Каждую ночь я спал, накрыв голову подушкой.

Каждое утро они вместе спускались вниз, излучая самодовольство и чувство собственного превосходства. Дэвид был одержим длинными, до пояса, волосами Берди. Он постоянно их трогал. Он накручивал их на пальцы и сжимал в руках пряди; разговаривая с ней, он гладил, перебирал их. Как-то раз я видел, как он поднял прядь ее волос, поднес ее к носу и глубоко вдохнул.

— Разве волосы Берди не прекрасны? — сказал он однажды. Он посмотрел на мою сестру и Клеменси, которые обе носили волосы до плеч. — Разве вы не хотели бы иметь такие волосы, девочки? — спросил он.

— Во многих религиях, — сказала Берди, — для женщин считается высокодуховным носить длинные волосы.

Хотя ни Дэвид, ни Берди не были религиозны, в первые дни их отношений они много рассуждали о религии. Они говорили о смысле жизни и жуткой одноразовости всего сущего. Они обсуждали минимализм и фэн-шуй. Они спросили мою маму, не будет ли та против, если они перекрасят свою спальню в белый цвет, а заодно перенесут свою старинную металлическую кровать в другую комнату, а на пол положат матрас. Они ненавидели аэрозольные баллончики, фаст-фуд, фармацевтические препараты, искусственные волокна и полиэтиленовые пакеты, автомобили и самолеты.

Они уже тогда говорили об угрозе глобального потепления и беспокоились о последствиях своих углеродных следов. Если посмотреть на все это с точки зрения сценария конца света, который разыгрывается перед нами во время зловещей жары 2018 года, когда мы видим полный пластика океан и его мертвых обитателей, когда белые медведи соскальзывают в воду с тающих льдин, приходится признать: эта парочка опередила свое время. Но в контексте 1990-х годов, когда мир только начинал осознавать, чем чреваты современные технологии и одноразовая культура, они казались отклонением от нормы.

Если честно, я бы даже зауважал Дэвида и Берди и силу их заботы о нашей планете, если бы не тот факт, что Дэвид считал, что все должны жить согласно его воле. Ему и Берди было мало просто спать на матрасах на полу. Им захотелось, чтобы мы следовали их примеру. Мы все должны спать на матрасах на полу. Ему и Берди было мало только их собственного отказа от машин, аспирина и рыбных палочек. Мы все должны отказаться от машин, аспирина и рыбных палочек. Мне стало ясно: то, что я подсознательно предвидел несколько недель назад, когда стал свидетелем поцелуя Дэвида и Берди, сбылось. Она выпустила на волю в Дэвиде нечто ужасное и теперь хотела, чтобы Дэвид все контролировал.