Все это правда - Лиджия Дей Пенафлор

– Вы знали, что Фатима приходила в Грэм?

– Слышал. Это было большое событие, верно?

– Все словно с ума посходили. Тревис Фоли пытался с ней заигрывать. Учителя вели себя хуже учеников – делали селфи и просили подписать им книжки. Мисс Граусс, моя учительница по английскому, спросила у нее, как делать узел на макушке. Тогда я поняла, что это… (Думает.)

– Что?

– Начало конца. Да, я поняла, что это начало конца.

– Ты про вашу уютную компанию?

– Ну да. И вот еще что было странно…

– Что?

– Мне показалось, что между Фатимой и Джоной что-то есть. Сначала я заметила, как они секретничают во дворе. Она даже не стала заходить внутрь, как будто пришла только для того, чтобы увидеться с Джоной. А потом, когда Фатима стала разговаривать с остальными, она все время поглядывала на него, а он – на нее. Я сразу поняла, что это неспроста.

– Как-то не верится, что у Фатимы могло что-то быть с Джоной.

– Знаю… зачем он ей? Он для нее еще ребенок. Она ведь встречается с парнями постарше. Даже не с парнями – со взрослыми мужчинами. К тому же она – Фатима Роу. Но кто знает, что этим творческим личностям в голову взбредет. По телику все время показывают всяких знаменитостей, которых застукали с горничной или что-то в таком роде. В любом случае, не обязательно быть президентом совета учащихся или капитаном команды по дебатам, чтобы иметь чутье на такие вещи. Я вам говорю – между ними что-то происходило. Я не могла стоять рядом с Солейл и делать вид, что ничего не замечаю, поэтому я прямо ее спросила: «ЧТД и Ф?» – и показала ей, как они перемигиваются друг с другом.

– А она что?

– Она сказала: «Уверена, там нет ничего такого». Просто отмахнулась от меня. Может, и правда, ничего такого не было, а может, Солейл просто не хотела ничего знать об этом, так что я не стала продолжать эту тему.

«Искупление Брэди Стивенсона»

ФАТИМА РОУ

(отрывок)

26 октября 2016 г.

Тора Темпл в кафетерии Морли!

15:21

А-а-а! Я пропустила половину разговора! Хорошо, что Палома написала мне, чтобы я спускалась. Попробую записать оставшуюся половину.

В.: Где вы купили такой пиджак? Очень красивый.

О.: Спасибо! Я нашла его в винтажном магазинчике в Хэмптонсе^[60], только уже не помню, как этот магазинчик назывался, и чек потеряла. Меня бесит, что я вечно забываю названия. Даже в Интернете вряд ли смогу найти.

В.: А можно потрогать? Обожаю замшу.

О.: Конечно. Мягкая, правда?

В.: В какой школе вы учились?

О.: В частной школе в Массачусетсе. Примерно как ваша, только поменьше. Да, и еще у нас была более хипповская атмосфера. Нам не ставили оценок, просто писали характеристику работы, а учителя разрешали ученикам называть себя по имени. Учителя были для нас скорее друзьями, чем преподавателями. У нас в школе создали среду, где ученику не считалось зазорным иметь собственное мнение. Я могла свободно выразить свою точку зрения по любому вопросу.

В.: Вы начали писать еще в школе?

О.: Да. Тогда я писала не романы, а рассказы и стихи для «Форточки» – так назывался наш литературный журнал. Моя писанина была просто чудовищной! Зато это стало выходом для моих эмоций, моей трибуной. Писательство придало мне уверенности и добавило популярности.