Полный цикл мести - Евгений Ткаченко

очередной поднос, уставленный различными яствами. И над всем этим возвышалась бутылка вина. Было понятно, о каком лекарстве говорила Мириам. Анна улыбнулась, а вот ее мать немного загрустила. И когда та встретилась с вопросительным взглядом Мириам, лишь грустно покачала головой. Мириам же ничуть не смутилась. Наполнила два бокала и, не дав Анне времени что-либо предпринять, залпом выпила свою порцию.

– Дорогуша, не могу сейчас составить тебе компанию. У нас сегодня просто напасть какая-то. Вся «почтенная» публика заявилась разом.

Только сейчас Анна услышала искаженную алкоголем речь, которая по большей части состояла из нецензурной брани и больше напоминала звериный рев.

– Умоляю, не спускайтесь вниз! Это не место для прекрасных дам.

Уходя, Мириам затворила за собой дверь. Но гул пьяных голосов все равно проникал внутрь. И хотя, с каждым глотком чувство раздражения отступало, чувство безмятежного сладостного покоя так и не пришло. Анна вспомнила, как жила в лесу в полном одиночестве. Никто не беспокоил ее, даже вездесущие насекомые не докучали. Анна могла полностью отдаваться изучению мира и его изнанки. Она путешествовала по миру. И для этого ей необязательно было покидать свою странную, но уютную лесную обитель. Она путешествовала по огненным и ледяным пустыням, полным опасностей лесам, населенными суеверными дикарями, подземным городам, созданными древнейшими расами, пришедшими с далеких звезд. Иногда, устав от одиночества, она отправлялась в города и деревни. Даже посещала далекие миры, но это не доставляло ей удовольствия. Миры были разнообразными, необычными, интересными, но все же чуждыми. Не уродливыми, не страшными, а именно чуждыми. Буйство красок и форм заставляли Анну грустить о доме. И Анна всегда возвращалась. Для чего? Анна не знала. Она чувствовала, что-то зовет ее обратно и только. Человеческий мир – самый убогий и жестокий из всех, что она видела. И тем не менее, она снова здесь. Снова надеется, что все измениться в лучшую сторону. Изменения, конечно, есть, но такие неуверенные и незначительные, что Анне снова захотелось сбежать. Она уже собралась допить вино, забрать Мириам и отправиться в новое путешествие. Может, даже нарушить правила и отправиться не только за пределы пространства. Нарушить ход самого времени. Только она не решила, как лучше это сделать. Отправиться в будущее, когда все тревоги, переживания и боль растворяться. А, что если будущее будет не лучше настоящего? И человечество ждет не рассвет, а упадок? Можно вернуться назад. Но, как жить с этим знанием? Можно отправиться в прошлое и спалить дом до того, как в него заявится Судья-Палач…

Судья! Его образ моментально заполнил мысли Анны. Ее больше не беспокоили вопросы хрупкости мироздания. Только злоба и месть. И чем больше Анна пила, тем сильнее укреплялась в мысли, что она всегда возвращалась ради того, чтобы принести справедливость в этот мир. А никакая справедливость не возможна пока Судья, ему подобные и их прихвостни ходят по земле.

Анна спустилась вниз. В ней было достаточно алкоголя, чтобы презреть здравый смысл и просьбу Мириам. Она спустилась, с готовностью нарушить все мыслимые законы и заповеди. Помещение было заполнено людьми. Там были не только мужчины, но и женщины. Отличались они только одеждой. Пили на равных, орали, обнимались и дрались. Может это были и не женщины вовсе. Анна горько улыбнулась – прелюбодействовать тут было не с кем.

Анна увидела того самого священника, который спорил с судьей. Священник уверенно пил, и судя по объему тары, что-то крепкоалкогольное. Даже в своем черном одеянии он резко контрастировал с местными пьяницами. Анна прошла мимо и села за соседний свободный столик. Она без труда определила прихвостней судьи. Они были уродливей остальных. Внешне они не сильно отличались от рядовых пьянчуг. Но души их были просто омерзительны, и Анна видела это. Она смотрела на них с такой неприкрытой ненавистью, что со стороны казалось, что она вот-вот обратит их в пепел. И это вовсе не метафора.

– Простите, – раздался голос над ухом.

Анна подняла взгляд и увидела перед собой священника. Он стоял слегка пошатываясь, держа в руке бутылку. Он был молод, но солнце и заботы состарили его кожу. Одежда была поношенная и старая. Оставалось только догадываться, каких усилий ему стоило поддерживать ее в презентабельном состоянии. Не смотря на бестактность, держался он вполне уверенно.

«Не впервой подкатывать к девушкам?»

– Не против, если присяду? – Голос священника звучал звонко и уверенно.

Анна кротко кивнула. А когда священник расположился за столом, ядовито спросила:

– Собираетесь читать мне проповедь? Или у Вас какие-то другие планы на мой счет?

– Ничего не пристойного и никаких проповедей. Не обращайте внимания на мой наряд. Сейчас я всего лишь человек, который нуждается в общении.

– Священник, что нуждается в общении?

– Вас это удивляет?

– Разве прихожане не уделяют Вам достаточно своего времени?

– Скорее, это я уделяю им свое. Прихожане обычно приходят не за общением, а за советом или помощью.

– Разве не в этом смысл паствы?

– Да, именно в этом. Но, Вы ведь не из моей паствы. Вот у меня и сложилось мнение, что мы можем помочь друг другу.

– Помочь друг другу?

– Я видел Вас сегодня утром. И кое-что меня привлекло в Вас. А именно Ваш взгляд. Полный ненависти и, что самое страшное, решимости. Что бы Вы ни задумали – не делайте этого.

– Вы даже не представляете, что я задумала и на что способна.

– Ваша правда. Но, по своему опыту скажу лишь, что гнев никого не доводил до добра.

Анна не нашлась, что ответить. Ее мать сказала ей практически то же самое. В любом случае, она не может проявить свою сущность перед священником. По правде говоря, и перед людьми не причастными тоже не может. Собственно, она вообще не задумывалась над последствиями. Что она будет делать дальше? Использовав свои способности, она лишь развяжет руки Судье. А внятного плана, как расправиться с ним, у нее нет.

– Я думала, Вы приведете цитату из библии.

– А надо ли? – спросил священник, наполняя рюмку. Заметив укоризненный взгляд Анны добавил: – Увы, плоть слаба.

– Да нет, – Анна немного смягчилась. – Также спасибо, что вмешались в… процесс.

– Я просто обязан был это сделать.

– А, что, если это была и вправду ведьма.

– И что? По-Вашему, она заслужила немедленной смерти? Или издевательств? Прилюдного унижения только по тому, что она ведьма? В первую очередь нужно доказать, что она опасна, а уж потом заключать в кандалы!

Священник поднял рюмку.

– Считаете, ведьма может быть не опасной? Ведь любое колдовство – это происки дьявола.

– Я в этом не так