Кровь отверженных - Карин Слотер

– Лэйси! – окликнула Сара, отодвинув дверь. – Ты что же…

И, не договорив, остановилась.

Такого бледного человека она в последний раз видела в морге. Девочка сидела на стуле возле смотрового стола, обхватив руками живот. В эту жаркую погоду она зачем-то надела плащ. Согнувшись пополам, она стонала от боли.

Сара дотронулась до нее и поразилась: даже под плащом чувствовалось, что спина влажная.

Стуча зубами, Лэйси пробормотала:

– Мне необходимо с вами поговорить.

– Иди сюда, – Сара помогла ей встать. – Я тебя осмотрю.

Лэйси колебалась, и Сара подсадила ее на смотровой стол.

– Я не… – вымолвила Лэйси.

Она так тряслась, что не могла продолжить. Сара приложила руку ко лбу девочки. Она не могла понять, почему та трясется – от страха или от лихорадки. Кожа горячая, как, впрочем, и наружная температура. Сара не улавливала разницы.

– Давай снимем плащ, – предложила Сара, но Лэйси все так же держалась за живот.

– Что случилось? – Сара старалась, чтобы голос звучал спокойно.

Атмосфера в комнате наэлектризовалась: похоже, и в самом деле что-то случилось.

Лэйси подалась вперед, и Сара поймала ее, прежде чем девочка упала со стола.

– Я хочу спать, – сказала Лэйси.

– Подожди, я сейчас, – сказала Сара и крикнула в коридор: – Молли!

– Мне плохо, – сказала девочка.

Сара взяла Лэйси за худенькие плечи.

– Где болит?

Лэйси открыла рот, чтобы ответить, и ее вдруг вырвало, прямо на Сару. Такое случалось и раньше, но Сара не успела на этот раз отступить вовремя.

Когда все закончилось, Лэйси пробормотала:

– Простите.

– Ничего, детка, – сказала Сара.

– Живот болит.

– Все будет в порядке, – сказала Сара.

Придерживая Лэйси одной другой, она дотянулась до бумагодержателя и оторвав полотенце, подала его девочке.

– Мне плохо.

Сара снова возвысила голос.

– Молли! – позвала она, понимая, что кричит напрасно: отсюда ее не услышат.

– Ложись, – предложила Сара. – Если станет тошнить, повернись на бок.

– Не уходите! – воскликнула девочка и уцепилась за руку Сары. – Пожалуйста, доктор Линтон. Мне нужно поговорить с вами. Я хочу рассказать, что случилось.

Сара догадывалась, что случилось, но сейчас надо было срочно сделать другие вещи.

– Я хочу рассказать, – повторила девочка.

– О ребенке? – спросила Сара.

По выражению лица Лэйси Сара поняла, что она угадала. Глупо, что она раньше не поняла.

– Я знаю, детка. Знаю. Полежи, я скоро приду.

Девочка напряглась.

– Откуда вы знаете?

– Лежи, – сказала Сара.

Думая, что это ее успокоит, Сара предложила:

– Я вызову твою маму.

Лэйси подскочила.

– Нет, не надо вызывать маму.

– Тебе сейчас не следует волноваться.

– Вы не должны ей говорить.

По щекам Лэйси потекли слезы.

– Она больна. Она очень больна.

Сара не поняла, что та имеет в виду, и на всякий случай решила утешить девочку.

– Все будет хорошо.

– Обещайте, что ничего ей не скажете.

– Детка, об этом поговорим позже.

– Нет! – завопила она и вцепилась Саре в руку. – Вы не скажете маме. Пожалуйста! Пожалуйста, не говорите ей.

– Оставайся здесь, – приказала Сара. – Я сейчас приду.

Не дожидаясь ответа, Сара вышла в коридор, на ходу снимая запачканный халат.

– Что случилось? – спросила Нелли.

– Вызовите скорую, – сказала Сара и сунула халат в корзину с грязным бельем.

Оглянулась: не вышла ли Лэйси из комнаты.

– Пригласите Молли в шестой кабинет и позвоните Фрэнку в полицейский участок.

– Господи! – пробормотала Нелли и схватилась за телефон.

Из смотрового кабинета вышел Эллиот.

– Эй, Сара! – сказал он. – У меня тут шестилетняя девочка…

– Не сейчас, – отмахнулась Сара.

Оглянувшись на коридор, вошла в свой кабинет и набрала номер сотового телефона Джеффри. Прозвучало четыре звонка. Не дождавшись ответа, она набрала номер участка.

– Округ Грант, полицейский участок, – сказала Марла Симмс. – Чем могу помочь?

– Марла, – сказала Сара, – срочно найдите Джеффри и пришлите его в клинику.

В коридоре что-то грохнуло. Сара выругалась: судя по звуку, стукнула дверь со стороны черного хода.

– Сара! – сказала Марла.

Сара бросила трубку и выскочила в коридор, приготовившись бежать за Лэйси. То, что она увидела, заставило ее похолодеть. В конце коридора стоял Марк Паттерсон. Голубая рубашка на животе была разрезана, в этом месте расплылось темно-красное пятно. Джинсы порваны на коленях: похоже, он упал на асфальт.

– Лэйси! – завопил он и рванул на себя первую же дверь.

Сара услышала испуганный возглас матери юной пациентки и рев испуганного ребенка.

– Сара! – изумленно воскликнула Нелли.

Она стояла у стола с телефоном в руке.

– Звоните в участок, – сказала Сара. – Скажите, чтобы прислали сюда кого-нибудь.

– Лэйси!!! – не унимался Марк.

Стены дрожали от его крика. Слава богу, он пока не заметил, что коридор изгибается под прямым углом, и там есть еще две смотровые комнаты.

Марк подошел поближе, и Сара увидела, что его одежда чем-то заляпана. Это была белая краска. Волосы грязные и спутанные, словно он давно не мылся. Сара раньше не замечала за ним такой неряшливости.

– Черт побери! – заорал Марк и взмахнул руками. – Где моя чертова сестра?

За спиной Сары открылись двери двух кабинетов. Она повернулась и дала знак пациентам оставаться на местах.

Молли встала рядом с Сарой, прижимая к груди историю болезни. За долгие годы работы Сара впервые увидела, что сестра потрясена.

– Марк, – властным голосом сказала Сара. – Что ты тут делаешь?

– Где Лэйси? – прокричал он и стукнул кулаком в следующую дверь.

Тонкая перегородка содрогнулась, и Сара услышала, как в комнате заплакал ребенок.

Нелли, прикрыв трубку рукой, говорила с кем-то по телефону. Слов Сара не слышала, но надеялась, что полиция кого-нибудь пришлет.