Пропавший без вести - Люси Кларк

А теперь у него есть свой, родной.

Сэмюэль обернулся. Нельзя было допустить, чтобы он меня увидел – уставшей с дороги, с рваным рюкзаком на плечах, да и искренне порадоваться его новой семье я тоже не в силах.

Я поспешно нырнула в ближайший магазин. Зазвенел колокольчик над входом, запахло старыми книгами, поздоровался продавец. Сердце отстукивало безумный ритм, а я смотрела в окно, как Сэмюэль достает детскую коляску, забирает у спутницы сумку, и все они повторяют хорошо отрепетированные движения. Сэмюэль наклонился и поцеловал сына в макушку.

А когда-то он целовал Марли. Когда-то он произносил мое имя. Со слезами на глазах обещал, что будет ждать сколько понадобится.

И ждал.

Сэмюэль писал длинные письма, присылал сборники стихов, которые, по его мнению, должны были мне понравиться. На электронную почту от него приходили смешные картинки, а на пороге он оставлял букеты из полевых цветов и фотографии его отремонтированного дома – Сэмюэль по-прежнему хотел, чтобы я к нему переехала. Все время звонил и заваливал сообщениями.

А потом перестал.

Приехав на отмель, я с радостью увидела, что Сара уже открыла мой дом, чтобы проветрить его, и убрала ставни. В стеклянную банку она поставила букет цветов и написала на листке бумаги: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!». В подписи стояли все три имени – Сара, Ник, Джейкоб – и значок поцелуя.

Их самих не было, да и Джо с Бинкс тоже. Уставшая и потрясенная, я достала из ящика детский альбом Марли и прижала к губам. В Чили я его с собой не брала: альбом должен оставаться здесь, на пляже. Только тут я позволяла себе погрузиться в воспоминания о сыне.

Я не стала сразу его открывать. Настроение было не то. Я убрала альбом, а вместо него решила взять подстилку и что-нибудь почитать и устроилась на песке, прямо у кромки воды. Книжкой я закрывала глаза от солнца, соленый воздух успокаивал дыхание, мерный плеск волн навевал дремоту. Пахнущая чернилами и бумажной массой книга медленно опустилась на лицо. Прикрою глаза. Всего на минутку.

Я видела сны. Мне снился Сэмюэль. Я прижималась к нему, а потом, отпрянув, вдруг понимала, что это Марли. Весь мокрый и холодный.

Я резко вскочила, потому что кто-то звал меня по имени. Книжка упала на песок. Где я? Прямо передо мной стоял молодой мужчина, загорелый и с голым торсом.

– Тетя Айла?

Я удивленно прищурилась. Джейкоб? Как он изменился! Темные глаза под выразительными бровями, квадратный подбородок, резкие черты лица. Я не видела Джейкоба два года, и перемена была разительной.

Я встала – и оказалось, что я теперь ниже его.

– Джейкоб! – широко улыбнулась я и крепко его обняла. – Я так соскучилась!

От его обнаженной кожи шло тепло, на руках и спине отчетливо проступали мышцы. Я всегда отмеряла время по Джейкобу, вот и теперь представила, что Марли, как и он, уже превратился в молодого мужчину.

– Поверить не могу, какой ты стал большой! И чем мама тебя кормила?

Джейкоб улыбнулся и пожал плечами. Он держался уверенно, с легкостью ловил мой взгляд – раньше такого не было, и это слегка сбивало с толку.

– Я тебе кое-что привезла.

Я оставила коврик на пляже, и мы пошли к домику. Джейкоб, как обычно, устроился на диване.

Покопавшись в рюкзаке, я достала подарок, упакованный в коричневую бумагу и перевязанный тесьмой. Я всегда привозила ему что-нибудь после долгого отсутствия. Это уже стало традицией, и перед отъездом я с удовольствием искала подходящий сувенир. Бродя по букинистическим магазинчикам, торговым лавкам и рынкам, я представляла, что выбираю подарок для Марли.

Вдруг скажет, что он уже слишком взрослый для такой вещицы?

Джейкоб снял упаковку и достал резную фигурку птицы.

– Зимородок, – серьезным тоном произнес он, водя пальцем по изгибам блестящего дерева. – Потрясающе. – По всему телу разлилось тепло. – Спасибо, Айла, – поблагодарил Джейкоб, обняв меня, а я в этот момент, всего на секундочку, закрыла глаза и представила, что это Марли.

Мы сидели на террасе.

– Как учеба?

– Да нормально.

– На скейте еще катаешься?

– Ага, недавно купил себе лонгборд. Хватит с меня выкрутасов.

– Из-за лодыжки? Мама говорила, прошлым летом ты сломал ногу.

– В колесико попал песок, – кивнул Джейкоб.

– Жуть. Ну а как родители?

Джейкоб пожал плечами.

– У отца запарка на работе. Точнее, самой работы толком нет, но он вроде держится, – сказал Джейкоб, сделав глоток пива.

– А мама?

– Вечно ко мне пристает.

Я собиралась спросить что-нибудь еще, но Джейкоб отвлекся. Он смотрел на красивую загорелую девушку со светлыми волосами, которая шла по пляжу.

– Это случайно не дочка Роберта? – спросила я.

– Каз! – позвал ее Джейкоб. Красотка прикрыла глаза ладонью от солнца и, заметив Джейкоба, тут же заулыбалась.

Джейкоб тоже не отрывал от нее взгляда.

– Иди-иди, – разрешила я. – И пиво можешь взять. Еще увидимся.

Он поспешил к Каз легкими уверенными шагами. Подойдя ближе, сказал что-то такое, что ее рассмешило, и Каз игриво шлепнула его по плечу. Они взялись за руки и пошли куда-то дальше вместе.

«Ты пока этого не понимаешь, – подумала тогда я, – но у тебя все еще впереди».

Сара с Ником привезли кучу пакетов, будто скупили весь магазин.

– Отпразднуем твой приезд! – сказала Сара, держа в руках две бутылки шампанского. Поставив их на стол, она крепко обняла меня. – Боже, Айла! Наконец-то ты вернулась!

Ник тоже заключил меня в объятия.

– Айла Берри!

Мы не виделись два года, и Ник заметно постарел. Стояла середина лета, а лицо у него было бледное, и волосы отросли, словно он забыл подстричься.

– Похоже, ты привезла с собой солнце! – добавил Ник, протягивая руки к залитому яркими лучами небу.

– Точно, до этого был просто кошмар. Самый дождливый июнь в истории метеонаблюдений, – пожаловалась Сара. – Да ты наверняка уже слышала.

– Будем надеяться, что в июле и августе лето наверстает упущенное, – ответила я.

– Ты приехала на два месяца? – спросил Ник.

– Почти. Обратный вылет на утро после годовщины.

Ник вышел на террасу, чтобы почистить гриль и разжечь огонь, а мы с Сарой продолжили болтать, одновременно нарезая продукты для барбекю. Когда я упомянула про Сэмюэля, Сара покраснела.

– Черт! Прости, совсем забыла предупредить тебя. Я не думала…

– Ты знала? И ничего не сказала мне?

– Не хотела расстраивать, да и не телефонный это разговор.