Пропавший без вести - Люси Кларк

Это была моя идея – доплыть до желтого буйка. Я заверил Марли: мама не против, она за нами присмотрит. Мы быстро доплыли туда, и я заметил, что вид у Марли какой-то озадаченный. Я спросил, в чем дело. Мы ничего не скрывали друг от друга.

Он сказал, что в книжке у мамы нашел любовное письмо. От моего отца.

Я покачал головой. «Ты все выдумываешь!» Но мы оба знали, что Марли не стал бы врать. Он начал цитировать: «Айла Берри, я всегда буду любить тебя. Ты – смысл моей жизни. Что бы ни случилось, ты для меня дороже всего на свете».

В тот момент я посмотрел на берег и понял, как далеко мы заплыли. Внутри разрасталась паника, я хотел поскорее выбраться – подальше от воды, подальше от Марли. Я молчал, а он все твердил мне про письмо. Отца у Марли не было, так что его полностью захватила мысль о том, что я поделюсь с ним своим папой.

Я просто хотел, чтобы он заткнулся! Ударил по носу, и из его ноздрей хлынула кровь.

Он кашлял, кричал, цеплялся за меня. Я оттолкнул его и сам ушел под воду. Мы с безумными воплями дергали руками и ногами. Я уперся в плечи Марли, не давая ему выплыть. Так не хотелось видеть его перепуганное кровавое лицо! Потом я отпустил его, но Марли не показался на поверхности. Я кружил на месте, искал его, звал… его нигде не было. Я задыхался. И вдруг катер… веревка, до которой я никак не мог достать… и сильная рука вытащила меня из моря.

Помню, уже сидя на борту рядом с омарами в клетках, я все думал: «Не может быть. Марли жив. Он ведь мой лучший друг». Костяшки опухли, и я засунул руки под бедра. Нет! Нет!

Я впиваюсь пальцами в холодный камень, на котором сижу. Никогда не забуду ужас в глазах тонущего Марли.

Я не мог понять, что на меня нашло. Откуда во мне столько злобы?

Теперь я понимаю. Внутри живет мрак, и от него не сбежишь.

По страшной иронии много лет спустя я узнал, что в молодости папа встречался с Айлой. Наверное, тогда он и написал ей это письмо, а Айла просто засунула его в книгу.

Мама спускается с террасы и идет вдоль берега. Она и не представляет, как сильно я на нее похож.

Она вдруг смотрит в мою сторону. Издалека меня можно принять хоть за рыбака, хоть за любителя пеших прогулок, но на мгновение мне кажется, что мама узнала меня. Надеюсь, что узнала. Я хочу, чтобы она подошла ко мне, обняла и сказала, что все будет хорошо.

Мама улыбается, засовывает руки в карманы и идет в обратную сторону. Внутри у меня все сжимается.

Как только она исчезает из виду, я встаю и иду к морю. Снимаю кроссовки и аккуратно ставлю рядом, потом кладу сверху куртку. Во внутреннем кармане лежит записка.

Я делаю шаг вперед, и холод больно обжигает мои ноги. Я иду дальше, глядя на горизонт и крепко сжимая в руках стеклянную банку. Вода пропитывает джинсы, впивается в икры, потом в спину.

Я отвожу руку назад – меня всего трясет – и с размаху кидаю банку в море.

Делаю глубокий вдох. Позади меня отмель, впереди – морозный горизонт. Ноги утопают в иле, а я все жду, пока этот мрак внутри меня рассеется.